Африканская охота для дам - Мария Жукова-Гладкова

– Знаешь, мы бы с тобой так быстро не справились, – вынуждена была признать Верка. А у нас с ней имелся немалый опыт открывания дверей, в которые нас не хотели пускать.

– Ты выяснила, откуда взялся этот Володя и с чем его едят?

– Нет! Когда бы я успела? Не до того было.

– Ладно, продолжай. Что дальше?

Володя распахнул дверь – и тихо выматерился. Хотел оттолкнуть Верку, но разве Верку оттолкнешь, если она желает что-то увидеть?

Она увидела все, что хотела. Володя тоже. Он уже хотел закрыть дверь, когда Верка сообразила: мертвому бумажник больше не нужен. Верка всегда очень хорошо соображает, когда речь идет о деньгах. Но Володе она, конечно, подала мысль под соответствующим соусом: не надо оставлять документов парня. Володя идеей мгновенно проникся, сам вытащил из кармана убитого бумажник и паспорт и вручил их Верке, сказав: «Пусть пока у тебя побудут».

– И ты взяла?!

– А как же?!

Паспорт Верка, правда, уже спустила в унитаз (в нашем салоне), бумажник, находившиеся там водительские права и кредитки – в еще один (тоже в нашем салоне), а бабки сложила и сунула в лифчик. Когда переодевалась утром, перепрятала в сумку.

Тут она как раз извлекла их из сумки и пересчитала.

– Негусто, – расстроилась подружка. – Всего пять тысяч баксов. И рубли – какая-то мелочь. Что это он так мало с собой взял?

– А ты больше взяла?

– Ну, я всегда на месте заработать могу.

– Судя по тому, что рассказала Ольга, тут и белые мужики могут неплохо подзаработать.

– Ты думаешь, мужик об этом знал? Он тут работать собирался? Кстати, Костика надо правильно сориентировать. Будем вместе ему подыскивать негритяночек.

– Еще не хватало! Подцепить СПИД от какой-нибудь черной заразы! И потом, между прочим, он может и тебя заразить. Пусть не разменивается. Нам и баронессы хватит. Мы люди не гордые.

– Она – маркиза.

– Неважно.

– Как это неважно? У тебя племянники будут маркизы.

– Вера, ты ее видела. Ей лет-то сколько? Выглядит на пятьдесят. Значит, ей вполне может быть шестьдесят или шестьдесят пять.

– Теперь капиталисты в любом возрасте рожают, – отмахнулась Верка. – Но о Косте мы потом поговорим.

И подружка вернулась к рассказу о ночных событиях.

Володя, отдав Верке бумажник и паспорт приятеля, быстро закрыл дверь туалета, причем как-то еще хитро завернул замок, после чего быстро и тщательно протер дверную ручку носовым платком, подхватил Верку под ручку и потащил к месту дислокации группы. Афганец, гад, поняв, в чем дело, лично проводил Верку на место бундеса, ночевавшего в нашем салоне на пышной Нининой груди. Мужики же стали о чем-то совещаться. Верка все-таки заснула, а утром Афганец с Вовчиком привели ее обратно в наш салон.

– То есть до приземления, как я понимаю, мужика не нашли?

Верка пожала плечами.

Мог быть еще один вариант: экипаж решил не поднимать панику. Хотя вряд ли. Если бы они нашли труп на борту, то нас на земле ждала бы торжественная встреча, и совсем неважно, в какой стране мы приземлились.

Их должно было бы заинтересовать то, что туалет занят…

На мой последний аргумент Верка заметила, что Володя сделал все так, чтобы стюардессы решили: замок сломался. Тем более что за дверью не раздавалось никаких звуков. Это нам с ней сразу же пришло бы в голову, что там может быть труп, а французам? Навряд ли.

Володя с приятелем взяли вещи убитого, чтобы не оставлять никаких улик. Попробуй теперь опознай труп! Его пальчики ни в картотеке Интерпола, ни даже у отечественных ментов не числятся.

– Слушай, а как Володя вообще отреагировал на эту смерть? В смысле… он предполагал, что такое может произойти?

– По-моему, да, – кивнула Верка. – Я и вчера об этом думала, пока не заснула, и сегодня. И с уверенностью могу сказать: следы он умеет заметать не хуже, чем мы с тобой.