Каждый твой вздох - Мэри Хиггинс Кларк

– А я и не утверждаю, что Пенни могла убить Джинни. Как я уже говорил, мне кажется, это дело рук детей. Но Пенни очень обидчивая. Она рассчитывала, что сможет занять серьезную должность в «Уэйклинг девелопмент», но семья видела в ней лишь помощницу, к тому же не слишком квалифицированную. На мой взгляд, она была ненадежной и постоянно отвлекалась. Пенни часто уходила слишком рано или опаздывала. Джинни смотрела на недостатки Пенни сквозь пальцы в память о ее матери и Бобе, но мне не нравится, когда люди злоупотребляют чужой добротой. Я несколько раз разговаривал с Пенни о том, что ей следует серьезнее относиться к своим профессиональным обязанностям и этике.

Айван уже второй раз упомянул о важности «профессиональной этики». Если он говорил правду, то мог оказать более серьезное влияние на Джинни в вопросе изменения завещания, чем признавал и сам понимал.

– Если Пенни и могла причинить ей вред, то из-за того, что боялась увольнения после нашей предстоящей женитьбы, а также опасалась лишиться того небольшого наследства, которое рассчитывала когда-нибудь получить. Оно не слишком велико – семьдесят пять тысяч долларов, – но для Пенни сумма значительная.

– А хватило бы у Пенни сил, чтобы сбросить Джинни с крыши музея?

Он покачал головой.

– Пенни еще слабее Анны и больше похожа на хворостинку. Кстати, о том, что она постоянно отвлекалась. Пенни часто болтала по телефону с каким-то таинственным поклонником, и ее ужасно беспокоило, как она будет выглядеть на приеме – после того, как потратила столько сил, чтобы туда попасть. У меня сложилось впечатление, что ее неизвестный приятель там будет. Однако она пришла вместе с женой попечителя, который был занят и не смог присутствовать на празднике. – Голос Айвана стал более хриплым. – Я очень надеюсь, что это не Пенни. Я не хочу думать, что сыграл роль, пусть и косвенную, в смерти Джинни, когда достаточно жестко разговаривал с Пенни.

– Ну, у меня складывается впечатление, что вы не верите в причастность Пенни к смерти Джинни, – сказала Лори.

– Да, если бы не один неприятный факт. Пенни чаще, чем все остальные, видела Джинни и меня вместе. Она понимала, что нас связывают серьезные отношения. Несмотря на различия в происхождении, мы с Джинни испытывали сильные чувства и хорошо знали друг друга. И были по-настоящему близки. – Он на мгновение отвел взгляд в сторону, и Лори впервые поверила, что этот человек скорбит о Вирджинии Уэйклинг. Он несколько раз моргнул, прежде чем снова заговорил: – Когда желтая пресса стала делать из меня авантюриста и монстра, Пенни не попыталась меня защищать. Она отдала меня им на растерзание, заявив, что я попросил Джинни купить мне «Порше» – что является полнейшей ложью. Я так и не нашел объяснения ее поведению и уже начал подумывать о том, что она пытается свалить вину на меня, вот только зачем ей так поступать?

Теперь Лори делала очень быстрые заметки в блокноте. Она подняла голову и увидела, что Райан на нее смотрит, всем своим видом показывая: я же тебе говорил.

Райан оказался прав: дело было идеальным.

* * *

Как только они проводили Айвана до лифта, Райан вопросительно посмотрел на Лори.

– Что дальше?

– Я попытаюсь договориться с семьей. И еще я намерена связаться с людьми из «Метрополитен». Эти части головоломки должны занять свои места, чтобы мы могли идти дальше.

Лори ожидала, что Райан предложит поучаствовать в обоих случаях, но он лишь кивнул. Она была продюсером. А он – ведущим. У него не имелось официальной роли, пока они не начнут производство сериала.

– Райан, это хорошее дело, – сказала Лори, когда они шли обратно по коридору.

– Благодарю. И ты была права: мне не следовало ходить к Бретту.

Хорошо, что они пришли к согласию хотя бы в чем-то.

После того как Лори сделала два телефонных звонка, она составила расписание, которое порадовало бы даже Бретта Янга. Глава безопасности музея согласился встретиться с ней после ленча. И, к удивлению Лори, помощница Анны Уэйклинг пригласила ее на следующее утро.