Источник счастья. Misterium tremendum. Тайна, приводящая в трепет - Полина Дашкова

«Почему мне так страшно? Я чувствую себя преступником,убийцей. Но ведь ни одного смертельного исхода. Троих, совершенно разных людей,препарат спас. Теперь я знаю и четвертый случай. Федя, молодой, здоровыйчеловек, сделал себе вливание. Червь пощадил его. Повторяемость феномена. А чтостало бы с Кудияровым? Нет, я слишком много на себя беру. Откуда мне известно,что жулика чекиста убило бы вливание? Почему я думаю, что оно убьет БелкинаМатвея Леонидовича? Нет, не думаю. Чувствую. А вправе ли я доверять своимсмутным чувствам?»

И тут же в голове его прозвучало: «Misterium tremendum».Тайна, приводящая в трепет.

Руки стали тяжелыми, как сырые деревяшки. Пальцы неслушались. Вышла из комнаты Зина. Федор перетянул резиновым жгутом плечоБелкина, протер локтевой сгиб ваткой со спиртом.

– Михаил Владимирович, пора, он теряет сознание.

– Нет, я здесь, я все слышу, – сквозь мучительную икотупроизнес больной, – прошу вас, быстрее, терпеть не могу уколы.

«Я переоцениваю свою интуицию. Будь что будет. Все равно ужнет пути назад. Надо заставить себя поверить в успех, иначе я промахнусь, непопаду в вену».

Он мягко и точно ввел иглу.

– Ну вот, теперь только пережить лихорадку, и все будетхорошо, – прозвучал рядом голос Федора.

– Переживу, мне лучше. Вы колете мастерски, профессор.Совсем не больно, – сказал Белкин и благодарно сжал профессору руку.

* * *

Москва, 2007

Дверь открылась бесшумно. Адам зарычал, оскалил желтыеклыки. Шерсть на загривке встала дыбом.

– Спокойно, малыш, не волнуйся, я все знаю, я жду этихгостей, – прошептал Федор Федорович.

Он придержал пса за ошейник и довольно громко крикнул:

– Приветствую вас, господа! Прежде чем пройти в кабинет,извольте снять уличную обувь.

Старик и пес были одни дома. Охранник ушел всего несколькоминут назад. Он имел привычку отправляться за покупками в круглосуточныйсупермаркет поздно вечером, когда там было совсем мало народу.

Из прихожей слышались возня, приглушенные голоса. Адамдрожал и скалился, хотел залаять, но хозяин не разрешал.

– Ничего плохого они мне не сделают, мы только поговорим, иони уйдут, – шептал он псу.

Первой в кабинет заглянула Ирина.

– Добрый вечер, сударыня, проходите, не бойтесь, Адам вас нетронет, я держу его.

Ирина вошла и молча опустилась в кресло. Вслед за ней явилсяФриц Радел, медленно приблизился к старику.

– Приветствую вас, товарищ Радел. Давно не виделись, –сказал Федор Федорович и крепче сжал ошейник Адама. – Тихо, малыш, не стоит такнервничать.

– Собака старая, слабая, а все равно неприятно, – сказалРадел по-русски, – вы плохо выглядите, Дисипль.

Акцент у него был сильный, однако говорил он свободно, безошибок.

– У вас тоже далеко не цветущий вид, дорогой Фриц.

Радел стоял напротив кресла старика, широко расставив ноги,сложив руки на груди.

Ирина сидела неподвижно, смотрела в одну точку.

– Барышня, стоило ли так рисковать? Зачем вы утащили ключ?Могли прийти легально, я был бы только рад вас видеть.

Она не отреагировала на это замечание. Радел уставился настарика и медленно произнес:

– Вы должны отдать мне все расшифровки.

– А если не отдам, что будет?

Радел поднял руку, провел ладонью перед лицом старика,пробормотал несколько невнятных слов по-латыни. Адам дернулся и готов былвцепиться ему в ногу, но старик удержал пса, вздохнул и покачал головой.

– Ах, Фриц, время никого не щадит. Ну, не надо такнапрягаться. Вы ведь знаете, я не поддаюсь ни гипнозу, ни экстрасенсорнымвоздействиям. Да и вы уж не тот, силы на исходе.

– Что вы имеете в виду, Дисипль?

– Плохо дело, раньше вы не нуждались в объяснениях, понималивсе с полуслова или вообще без слов.

– Дисипль, вы готовы отдать расшифровки?

– Ничего я вам отдавать не собираюсь.

Ирина поднялась, подошла к торшеру и направила свет лампыстарику в лицо. Радел смотрел на него, не моргая.

– Барышня, вы бы сходили на кухню, приготовили бы чаю, –Федор Федорович поморщился и отвернулся от яркого света.

Ирина осталась стоять.

– Где записи? – спросил Радел.

– Как где? В компьютере. А вам они зачем?

Радел отодвинул кресло старика от стола, кивнул Ирине. Онамолча включила компьютер.

– Назовите сразу пароль, чтобы нам не терять время, – сказалРадел.

– Фриц, я не пойму, вы действительно так сильнодеградировали за то время, пока мы не виделись? Или присутствие барышнидействует на вас расслабляюще?

– Пароль, – спокойно повторил Радел и шагнул ближе кстарику.

Рык Адама звучал все громче. Пес дрожал и скалился. ФедорФедорович едва удерживал ошейник слабыми пальцами.

– Угомоните собаку, если не хотите, чтобы я причинил ейвред, – быстро произнес Радел.

– Адам, тихо, иди сюда, залезай. – Федор Федорович легонькопотянул ошейник вверх.

Пес неловко вскарабкался на колени к хозяину. Эторазрешалось ему крайне редко, в особых случаях. Старик принялся поглаживатьпса, почесывать, прошептал что-то ему на ухо. Адам улегся удобней, немногоуспокоился, однако глаза его неотрывно следили за Раделом.

– Дисипль, мы теряем время, назовите пароль и нужные файлы.Мы уйдем, как только скачаем их, – сказал Радел.

– Фриц, зачем они вам? Неужели всерьез верите, что они могутвас спасти?

– От чего именно спасти? – быстро, тревожно спросил Радел ипокосился на Ирину.

– От разоблачения, мой друг, и всего, что за ним последует.Но что уж теперь говорить напрасно? Пустые мечты. Поздно, дорогой мой Фриц.Слишком много вы совершили ошибок. Мне очень жаль.

– В чем ошибки?

– Хотите, чтобы я объяснял вам это при барышне?

Радел отвел пристальный взгляд от старика, посмотрел наИрину, хмуро помолчал, наконец процедил сквозь зубы: