Мое второе я - Татьяна Полякова

— В смысле, катись отсюда, — сказал Арсений.

— Как это катись? Куда я в форме, с чужим удостоверением? У меня денег ни копейки, как я до дома доберусь?

— Я дам тебе денег на билет, — сказал Арсений спокойно, хотя чувствовалось: его терпение на исходе.

— Не можете вы меня просто взять и выгнать. Да я на вас ментам настучу.

Арсений скупо улыбнулся, и парня точно ветром сдуло. Он скрылся за дверью, но не успели мы вздохнуть с облегчением, как он появился вновь.

— Дали бы хоть во что переодеться… И куда я на ночь глядя? Можно, я здесь переночую?

— Может, правда его тут оставить? — нерешительно произнесла Раиса.

— Это твой трофей, — съязвил Арсений. — Вот ты его и забирай.

— Ладно, дом большой, пусть переночует. И одежду я ему какую-нибудь подыщу. Маруся, ты у меня ночуешь? — повернулась она ко мне.

— Могу остановиться в гостинице.

— С какой стати? — удивилась она, перевела взгляд на Арсения и нерешительно кашлянула. Тот смотрел волком. Я решила, что была с ним излишне сурова, подошла и спросила медовым голосом:

— Ты отвезешь нас к Раисе или мне следует вызвать такси?

— Отвезу, — буркнул он.

— Тогда поехали, — вновь заговорила Раиса. — Я едва на ногах стою. Надо срочно принять ванну и проспать часов двенадцать.

Я была с ней согласна. Мы снова оказались на улице и направились к припаркованному возле крыльца «Лексусу». Витька забежал вперед и распахнул перед Раисой дверь, глядя на нее с видом собаки, ожидающей сосиску за старательность.

— А ты ничего, смышленый, — буркнула подруга, окинула его взглядом с головы до ног и удовлетворенно кивнула. Так как Витька устроился рядом с ней, мне пришлось занять переднее кресло, Арсений в мою сторону не смотрел, и я сказала:

— Все мы сегодня немного нервные… Извини, если наговорила лишнего.

Он никак не отреагировал на мои слова, а я разозлилась. Кажется, это называется «метать бисер перед свиньями».

Жила Раиса в пригороде, в симпатичном домике в стиле альпийского шале. Дом достался ей от покойного мужа. Тот был старше моей подруги на тридцать один год и увлекся виагрой. Кончина его пришлась на момент, когда супруги сливались в экстазе, что позволило Раисе заявить на суде, что он умер в состоянии блаженства. В суд на нее подали безутешные дети, младший из которых был старше Раисы на четыре года. Они утверждали, что она принуждала супруга к занятиям сексом с намерением ускорить его кончину. В ответ Раиса назвала смерть старца оргазменной, что вызвало ухмылки в зале и скрежет зубовный у сирот. Впрочем, для скрежета была еще причина. Все свое имущество супруг завещал Раисе. Подсуетившись, сироты собрали на Раису компромат, и ей в конце концов пришлось идти на мировую, но внакладе она не осталась, а вскоре вновь вышла замуж.

Мы подъехали к дому, ворота автоматические открылись, и Арсений притормозил возле гаража. Мы вышли из машины. Заметив, что Арсений остался в авто, Раиса предложила:

— Давай я тебя чаем напою.

— Вряд ли он в этом нуждается, — съязвила я. — У него наверняка есть планы на вечер. Она блондинка или брюнетка?

Арсений не ответил, но к крыльцу отправился вместе с нами. Признаться, это меня порадовало. Раиса поднялась на первую ступеньку и заголосила:

— Господи, меня ограбили! Входная дверь не заперта.

Так и есть. Входная дверь была прикрыта неплотно.

— Может, ты сама забыла ее закрыть? — сказала я. — Учитывая твое состояние…

— Еще чего… — Раиса рванула к двери, но Арсений ее остановил:

— Подожди… — и первым вошел в дом.

Через минуту он изумленно присвистнул, и было с чего. Просторный холл, который переходил в гостиную, больше напоминал поле битвы. Ящики шкафов выдвинуты, вещи разбросаны, роскошный персидский ковер свернут, даже мебель зачем-то сдвинули с места. Раиса бросилась к дивану и, встав на четвереньки, скрылась за его спинкой, а потом завопила:

— Так и есть!

Я подошла и заглянула за диван. В стене чуть выше пола был вмонтирован сейф. Дверца его открыта, а сейф пуст.

— Плакали мои денежки, — сказала Раиса, выпрямляясь.

— Деньги следует держать в банке, — вздохнула я.

— Поучи еще… ну, надо же… Мало мне покойника, так еще машину угнали, а теперь и деньги сперли.

— Будем вызывать милицию? — несколько суетливо предложил Витька.

— Только их мне и не хватало, — отмахнулась Раиса, плюхаясь на диван. — Ведь хотела сигнализацию поставить, уже договорилась на понедельник. Соседей на днях ограбили… надо собаку завести, овчарку…

— Вы здесь одна живете? — устраиваясь рядом с ней, заботливо спросил Витька. — В таком доме и без мужчины… неудивительно, что вас ограбили.

— Сгинь с глаз… Маруся, накапай мне валерьянки, — попросила она. — На кухне, в шкафчике… да ты знаешь.

Я пошла в кухню, обратив внимание на то, что Арсений стоит посреди гостиной и оглядывается с весьма хмурым видом.

— А что, собственно, пропало? — донесся до меня его голос, пока я искала валерьянку.

— Двадцать тысяч баксов. Ой, мои драгоценности! — взвизгнула Раиса и помчалась в спальню, откуда вернулась через две минуты со шкатулкой в руках. — Дурдом какой-то. Золото не взяли.

— Да, грабители — оригиналы, — заметил Арсений, продолжая оглядываться.

Я сунула Раисе стакан с валерьянкой и спросила Арсения:

— Что тебе не нравится?

— Все. У тебя не создалось впечатления, что здесь что-то искали?

— Само собой. Это же грабители, они всегда что-то ищут. С золотом возни много, опять же это след, а деньги… — Я не успела договорить, зазвонил домашний телефон. Мы, как по команде, на него уставились, а Раиса сказала:

— Ответь, Маруся.

Я подошла и сняла трубку.

— Госпожа Четвертак? — издевательски поинтересовался мужской голос.

— Слушаю вас, — спокойно ответила я.

— Куда вы дели труп? — Яда в голосе прибавилось.

— Он представляет для вас ценность? — спросила я.

Как видно, не такого ответа от меня ждали.

— Вот что, — сурово произнес мужчина с легкой заминкой. — У вас осталась вещь, которая вам не принадлежит.

— Вы труп имеете в виду?

— Не валяй дурака. Верни ее немедленно и, может, цела останешься.

— Я не претендую на чужое, но вы говорите загадками. Если хотите, чтобы я вернула вашу вещь, объясните, что это такое.

Ответить мне не пожелали. Пошли гудки, и я повесила трубку.

— Угрозы? — спросил Арсений.