Жены, которым не повезло - Евгений Сухов

Тогда я без обиняков объявил ему, что занимаюсь расследованием убийства его супруги и у меня есть к нему несколько вопросов. Юрий Сергеевич пристально посмотрел на меня, переспросил, как меня зовут и какую организацию я представляю, после чего категорически отказался отвечать на мои вопросы, а просто сел в свое авто и по-быстрому укатил. Мне только и оставалось, что уныло посмотреть вслед его толстозадому «Мерседесу».

Я не стал задаваться вопросом, почему он так поступил, поскольку я не был следователем и он имел полное право не отвечать на мои вопросы. Крохин мог чего-то бояться, мог не желать, а мог и попросту не иметь времени на разговоры со мной.

Хорошая весть пришла и не от Володьки (надо сказать, вопреки ожиданию).

Восемнадцатого, как и было между нами оговорено, он позвонил, поздоровался и спросил:

– Ты еще не передумал?

– Нет, – ответил я.

– Тогда слушай: Крохин Юрий Сергеевич, одна тысяча семьдесят второго года рождения, русский, окончил Вольское высшее военное училище тыла по специальности «менеджмент» в девяносто четвертом. С девяносто четвертого по две тысячи второй год служил в органах внутренних дел. Звание – майор. Затем – чиновник Счетной палаты Российской Федерации.

– Как-то очень неожиданно.

– Соглашусь. Но у нас так часто бывает, сам знаешь…

– Кто-то продвинул?

– А то! Дальше он становится начальником отдела в Пенсионном департаменте, заведует назначением и выплатами пенсий лицам, достигшим пенсионного возраста. В десятом году становится заместителем директора Департамента имуществ в Москве, а с тринадцатого года – начальником Государственной инспекции по надзору за московскими объектами недвижимости. Вот такая карьера, брат. Да, женился на Аиде Владимировне Кравец в девяносто пятом году, детей не имеется.

– Почему? – спросил я.

– По кочану, – ответил мне Володька. – Нет, и все тут.

– Понял, – сказал я. – Дальше про ограбление… Только не надо говорить мне про то, что пропало.

– А что, уже узнал? – спросил Коробов.

– Узнал.

– Откуда?

– У меня свои источники информации. Ты лучше скажи, где Крохин был в вечер убийства, поскольку домой он приехал около часа ночи.

– Он был в баре на Измайловском бульваре, – в рифму ответил Володька.

– Как называется бар?

– Бар «Восточный округ». Работает обычно до пяти утра, а по выходным – до полуночи.

– А то, что он был в баре, это с его слов или его кто-нибудь там видел? – поинтересовался я.

– А мне почем знать? – удивился Володька. – Я в дело не заглядывал. Говорю тебе то, что накопал по крохам, поскольку дело ведет следователь Михеев, а не я. И мы с ним отнюдь не в дружеских отношениях… Его сотовый тебя интересует? Ну, Крохина этого?

– Да, интересует.

Володька продиктовал мне номер мобильного телефона Крохина, а потом не без участия спросил:

– Ну что, немного хоть помог?

– Да, немного помог, – ответил я без тени сомнения. И добавил, чтобы Володька не сомневался в том, что сделал доброе дело: – Сотовый, например, дал. Теперь я знаю, что мне делать дальше.

– В бар этот пойдешь? – догадался он.

– Планирую.

– Тогда удачи, – произнес Володька. – Звони, если что.

– Спасибо…

Что такое удача?

Мне думается, что в этом термине заложен скорее глубокий философский смысл, нежели практическая значимость. Удача – не благо, сваливающееся на бесталанную голову неподготовленного человека по воле слепого случая или весьма неожиданно. За удачу нужно биться, как за любовь! Мы ведь обычно не сидим и не ждем ее, позевывая и подперев голову кулаком. Удачу нужно выгрызать из неприглядных обстоятельств зубами. Хотя, впрочем, ее неожиданное появление также весьма возможно, правда, крайне редко. В этом случае нужно тотчас бежать в церковь и ставить свечку за благодать Божию. Но вот чтобы удача пришла случайно и невесть кому, это вряд ли… Она – не каприз природы, а скорее приз. Некий солидный бонус за качественно исполненную работу.

Мне госпожа удача явилась в образе официанта. Разговорчивого малого, который, узнав, что я журналист, не стал отказываться от беседы, а, напротив, охотно и полно отвечал на все мои вопросы.

В бар «Восточный округ» я пришел после разговора с Володькой. Было что-то около пяти вечера, публика только-только стала подгребать, посему официант, которого звали Артем, не был шибко задействован и имел возможность спокойно побеседовать со мной.

Представившись и выждав момент, когда Артем освободится, я задал ему первый вопрос:

– Вы ведь, надо полагать, слышали про убийство женщины, что случилось шестого декабря недалеко о вас?

– Крохиной? – внимательно посмотрел на меня официант. – Жены Юрия Сергеевича?

– Да.

– Слышал.

– А кто вам об этом сказал?

– Да я уж и не помню, – ответил Артем. – А седьмого следователь приходил. Расспрашивал.

– Он представился?

– Да, представился. Майор Михеев, следователь Главного следственного управления Москвы.

– И что он у вас спрашивал? – поинтересовался я.

– Про Юрия Сергеевича спрашивал: когда пришел, с кем был, во сколько ушел.

– Ну, и что вы ему ответили?

– Он пришел в бар где-то в районе девяти. Один.

– А он все время один к вам ходит?

– Когда как. Бывает, один, а бывает, с господином сыщиком. Они оба наши постоянные клиенты…

– То есть? – не понял я. – Кто это – «господин сыщик»?

– Ну, так мы зовем Альберта Ивановича, – пояснил официант. – Он частный детектив, и у него свое детективное агентство. Здесь, недалеко, «Алиби» называется.

– Вот как? – заинтересованно произнес я. – Значит, и Юрия Сергеевича Крохина, и Альберта Ивановича…

– Киприани, – подсказал Артем.

– …Киприани… вы, стало быть, знаете.

– Конечно, – кивнул Артем. – Мы всех наших постоянных клиентов знаем. И в лицо, и по имени-отчеству, и по их предпочтениям и вкусам. Особенно тех, кто хорошие чаевые дает. – Он неожиданно широко и обезоруживающе улыбнулся.

– Хорошо, – констатировал я. – Итак, Крохин пришел в районе девяти. Что было дальше?

– Сел за столик, заказал виски, выпил залпом, потом еще заказал. Долго не мог выбрать меню. Кажется, он был сильно чем-то расстроен. Ну, мне так показалось…

– А по каким признакам вам так показалось?

– Ну, я даже и не знаю… – неопределенно ответил Артем. – Хмур был, задумчив…