Священный Грааль отступников - Лариса Капелле

Попрощавшись с Олесей и пообещав вернуться за провизией после обеда, они вышли от Стрельцовых. Возвращались к палатке молча. Каждый переваривал только что увиденное. Минут через десять Кирилл с явным удивлением пробормотал:

– Лабиринт!

– При чем тут лабиринт? – удивилась Кася.

– Потрясающе! – продолжал Кирилл, – у меня ощущение, что это не просто картины, а какое-то закодированное послание, все это удивительно похоже на эзотерические символы. Видеть эти мотивы в российской глубинке, в деревенской избе – абсолютно неожиданно.

– У тебя не начинается какое-то редкое профессиональное заболевание? – с легким ехидством поинтересовалась Кася.

– И какое же?

– Что-то вроде криптографической мании преследования… – произнесла она, намекая на род занятий Кирилла.

Когда ее подруга Ирина представила ей Кирилла, его профессию она назвала неопределенно: специалист по информационным системам. Формулировка была более чем обтекаемая, но Кася подробностей тогда выспрашивать не стала. Она реально опасалась, что объяснения только напустят туману да еще выявят её слабые познания в данном вопросе. А показывать себя в невыгодном свете тогда ей совершенно не хотелось. Сейчас, когда их отношения продолжались уже больше года, она знала больше. Но и теперь значительная часть деталей ей была неизвестна. И не потому, что Кирилл не желал посвящать ее в подробности собственной деятельности. Он-то как раз пытался ей рассказывать, но все это было довольно занудно. Главное, что Кирилл был редким и очень востребованным специалистом. И ей самой уже не раз пришлось убедиться в его талантах. Во всяком случае, в ее предыдущих успехах в качестве детектива-любителя Кириллу принадлежала достаточно солидная роль.

– Нет, я действительно отличаюсь удивительно кротким и покладистым нравом, – вздохнул Кирилл, – ты сама меня во все это впутала, а когда я пытаюсь разобраться и помочь тебе, начинаешь иронизировать.

– Извини, меня действительно изредка заносит.

– Изредка! – приподнял одну бровь Кирилл.

– Иногда, – поправилась Кася.

– Иногда – ближе к истине, – милостиво согласился Кирилл.

– Но ты прав, в картинах есть действительно что-то, напоминающее послание, – неожиданно для самой себя подтвердила правоту Кирилла Кася.

– Остается найти ответ, что это за послание…

– Не только и не столько, мы с тобой упустили главное, – промолвила девушка.

– Главное?

– Не за эти ли картины Юля заплатила собственной жизнью?

– Только что меня обвиняли в криптографической мании преследования, а саму-то тоже в эзотерику заносит!

– Заносит, – призналась Кася, – но от таких картин куда только не занесет!

Они проговорили до самого вечера. Так и уснули, продолжая размышлять и пытаясь найти ответ на вопрос, что бы все это значило. Незадолго до рассвета кто-то требовательно затеребил палатку.

– Кася, просыпайтесь, Кася! – послышался снаружи голос Криса.

С трудом вырываясь из объятий глубокого сна и выбираясь наружу, Кася пробормотала:

– Что случилось?

– Сергей!.. – Крис дрожал.

– Что Сергей? – встревожилась Кася.

– Его нашли! – выдохнул Крис.

– Как – нашли? – переспросила она, предчувствуя худшее.

– Он не сам нашелся? – уточнил вылезший вслед за Касей Кирилл, протирая никак не желавшие открываться глаза.

– Нет! – Крис бессильно опустился на землю рядом с палаткой и закрыл лицо руками. Он был бледен и прерывисто дышал.

– Почему? – продолжал выспрашивать Кирилл.

– Оставь его в покое, ты не видишь, в каком он состоянии! – одернула возлюбленного Кася и добавила по-русски: – Отдышится, сам расскажет.

Они сели напротив Ланга и стали терпеливо ждать. Тот действительно минуты через три задышал более ровно, усилием воли заставил себя перестать дрожать и поднял на них глаза:

– Его нашли в овраге между обводным каналом и озером! В километрах двух отсюда… Вернее, нашли то, что от него осталось.

– То, что от него осталось?! – Кася потрясенно уставилась на археолога.

– Сергея сожгли на костре!

Кася выдохнула и схватила Кирилла за руку. Все остальное напоминало дурной сон. Они, кое-как причесавшись и ополоснув заспанные лица водой, послушно последовали за Кристофером. Пока шли, окончательно рассвело. Место, где нашли тело, было уже надежно оцеплено, но несколько деревенских, предупрежденных кем-то из местных, топтались неподалеку от ограждений, пытаясь разглядеть происходящее. Касю и Кирилла пропустили в качестве переводчиков с основным свидетелем. Они прошли мимо побледневших членов экспедиции и приблизились к огромному стволу столетней и уже умершей ели. У подножия виднелись остатки большого костра и лежало тело. Но к Касиному облегчению, то, что осталось от Сергея, уже прикрыли. Вокруг неторопливо работала следственная группа. По их ошарашенному виду Кася поняла, что даже для этих привычных ко всему людей убийство Волынского было шоком. После она, словно автомат, переводила рассказ Криса и его ответы на вопросы следователей. Получалось, что Волынский после ужина отправился на встречу с неким другом. Его имя назвать своим коллегам он отказался. Судя по всему, рассказ Кристофера подтвердили и другие члены экспедиции. Наконец, им сказали, что они с Кириллом свободны. Задерживаться они не стали, словно и для него, и для нее самым важным в этот момент было подальше убраться от этого страшного места, будто кошмарные картины могли стать легче с расстоянием.

Они шли, держась за руки. Так им было легче. Долго молчали, пока, наконец, голос Кирилла не разорвал повисшее молчание:

– Не могу отделаться от одной мысли!

– Какой? – прошептала Кася.

– Чертовщина какая-то, но мне кажется, что Волынского перед смертью распяли, словно принесли в жертву во искупление чего-то. Только чего?..