Найти то... - Дия Гарина

– Что, „иначе“? Дашь объявление в газету о моей ужасной трусости? Заклеймишь позором с голубого экрана? Ну и флаг тебе в руки, – делай что хочешь, только дай пройти. Я устал и хочу выспаться.

– Ты будешь драться со мной, иначе я просто приколю тебя, как человека, дискредитирующего наш клуб и недостойного даже прикасаться к мечу, – и он отработанным движением выхватил из-за спины зеркально отполированный, чуть изогнутый клинок, в котором я без труда узнал японскую катану.

Па-ба-ба-бам. Точно Макаров сказал, – у парня явно крыша в пути. Не успею оглянуться, как развалит он меня на две примерно равные половинки. И уныло потянется на тот свет все семейство Семеновых со мною родимым во главе. Хренушки! Попробуем отвертеться.

– Да мне, если честно, и самому хотелось с тобой клинками позвенеть, – лениво протянул я, – Только вот беда, меча с собою не прихватил. Я, понимаешь, в отличие от тебя по улице с катаной не разгуливаю, и Дункана Мак Лауда из себя не корчу. Так что, ты пока подожди, а я быстренько домой за мечом сбегаю…

– Ты никуда не пойдешь, – острие меча поднялось на уровень моей груди, – один раз ты от меня уже сбежал, второго не будет.

– И чем же мне с тобой драться прикажешь? Веточку с дерева отломить? Так я недавно с „Гринпис“ вступил, мне природу уродовать запрещено, – „Красная книга“ не позволяет…

– Я предвидел твою отмазку. Держи!

Моя рука рефлекторно вскинулась навстречу сверкнувшей молнии, чтобы через мгновение пальцы уверенно сжали шершавую рукоять меча. Интересно, как же я фехтовать буду? Не помню ведь ничегошеньки… А, ладно, будем мыслить позитивно и надеяться на лучшее. В частности на то, что меч он мне подсунул настоящий, а не муляж из ближайшего сувенирного магазина.

Быстро повернув клинок, я пристально, насколько позволяло наличие отсутствия нормального освещения, вгляделся в кромку заточки. Кажется, все в порядке. Но, черт побери, это ведь настоящий идиотизм! Жизнь самых близких мне людей на волоске моей потерянной памяти висит, а этот сосунок вынуждает меня показательные выступления устраивать!

Пока я накачивал себя таким образом, моя рука абсолютно по собственной инициативе выписывала мечом какие-то сложные фигуры. Ага, стало быть, не соврал главный меченосный путеец, оказывается, я действительно кое-что умею. И все-таки ситуация выглядела настолько театральной, что аж скулы сводило. Может быть, попытаться еще раз…

– Послушай, Сергей, я сейчас не в лучшей форме, – мой примирительный тон самому был противен, – Видишь?

И я выразительно помахал перевязанной левой рукой. Но, судя по всему, его это нисколько не смутило.

– А кто хвастался, что надерет мне задницу одной левой? – усмехнулся Сергей, – Вот давай, теперь, надирай, как обещал. Хотя бы правой …

Н-да-а. Поосторожнее мне надо быть с крылатыми фразами, не то из-за них и ангельские крылья вырасти могут. Теперь уж точно не отвертеться…

Не успел я додумать эту мудрую мысль, как пришлось действительно волчком завертеться, уклоняясь от молниеносной атаки лучшего, по словам какого-то Танаки, мечемашца нашего клуба. И тогда произошло то, что было абсолютно не мыслимо для любого истинного последователя кэндо – во мне вскипела ненависть. Злость, отчаяние, страх, накопившиеся в душе с момента обретения себя на железнодорожных путях, настойчиво потребовали выхода. Моя ответная атака была смертельной. Увы, понимание этого пришло ко мне с большим опозданием. А ведь я совершенно не собирался убивать своего нахального противника. Задницу надрать, каюсь – собирался. Но убивать? Этого мальчишку, выстроившего свой собственный мир на зыбкой почве совкодема?!

Размытый движением клинок уже летел к нему, рассекая воздух с каким-то особо хищным свистом, когда, поставив себя в весьма невыгодное положение, я чудом сумел промахнуться. И как всегда поплатился за доброе дело. Парень-то был не промах, причем в прямом смысле. Он так и не понял, что стоял на самом краю, зато грамотно воспользовался подаренным преимуществом. Блеснувшее лезвие обожгло щеку, и я проклял случившийся со мной приступ человеколюбия в недопустимых для утонченного самурая сугубо российских выражениях.

– Да сколько можно эти маты слушать!? – раздался сверху трубный глас. На мгновенье оторвавшись от мелькания клинков, я кинул быстрый взгляд на ближайший балкон. Монументальная женская фигура в белой ночной рубашке потрясала воздетыми вверх кулаками.

– Совести у вас нет, хулиганье! Два часа ночи, а им хоть бы хны, – звенят себе, и звенят! – ее пронзительный голос эхом отражался от окрестных домов, – Ой! Да что же это?! Коля, иди сюда!! Посмотри, что они вытворяют, ироды!!!

Не знаю, многих ли в доме лишил сна звон наших клинков, но от ее крика чуть ли не в половине окон смутно забелели заспанные лица особо любопытных. Стенающие реп тинэйджеры тоже заинтересовались и дружно повернулись в нашу сторону, благо, к тому времени мы уже переместились на площадку.

Я больше не решался атаковать, и ушел в глухую защиту, ругая на чем свет стоит свою ни на что не годную левую руку. Дело в том, что практически вся техника владения катаной (вообще-то „катана“ не склоняется, но я по российской привычке говорю так, как удобнее) строится на „двурукости“. И посему мне пришлось работать в европейском стиле, который, как ни крути, значительно уступает японскому. Если бы я сражался с реальным самураем XVIII века, от меня давно остались бы рожки да ножки. Но к счастью, Сергею было еще очень далеко до такого уровня. В довершение всего располосованное запястье немилосердно саднило, и я ощутил, как теплая струйка змеей извивается вдоль руки. Только этого не хватало! Пора заканчивать этот спектакль, иначе в один прекрасный момент нарастающая усталость и боль заставят меня совершить ошибку, которая может стать последней. Вон как Серега решительно настроен, так и скачет вокруг. Весьма захватывающее зрелище.

Очевидно, еще кто-то решил точно также, и я с изумлением увидел, что наши колоритные фигуры с не менее колоритными мечами попали в круг яркого света, которого здесь быть не должно. Оказывается, какие-то шутники взяли на себя обязанности театральных осветителей и, развернув нацеленный на стоянку прожектор, направили на нас его путеводный луч.

– Сашка, давай камеру скорей тащи! – пошлем в передачу „Вы – очевидец“! – надрывался кто-то с балкона третьего этажа.

– Так здесь, наверное, уже есть камеры! Это ведь фильм про русского Горца из Дагестана снимают. А главного героя зовут „Дунька Марк Клава“, – изощрялся местный остряк-самоучка.

– Круто! Жаль только, что мечи ненастоящие…

– Да, кажись, настоящие.

– Ха, разбежался, станут они тебе настоящими махать. Так и головы лишиться можно.

– Зуб даю – настоящие! Вон у того дядьки по щеке кровь из пореза течет.

– Народ, гляньте! Это ведь Игорь из сорок второй!

– Да вызовите кто-нибудь милицию! Они же поубивают друг дружку.

– Зачем милицию? Они по-честному дерутся. Когда поубивают, тогда и вызовем. А пока цирк бесплатный посмотрим…