Опасный месяц май - Чингиз Абдуллаев

– Не говори так, – вспыхнула Андриана. – Это неудобно. Он иностранец, который работает в моей булочной. Что подумают люди?

– Люди подумают, что ты захотела быть счастливой, – разозлилась Эмилия. – Как ты можешь такое говорить! Судьба дала тебе уникальный шанс, послав одинокого мужчину твоего возраста, который влюблен в тебя по уши. Или ты думаешь, что он жить не может без твоей булочной?

– Не нужно так говорить, – снова попросила Андриана, но было понятно, что этот разговор останется в ее памяти.

Она не могла знать, что уже вечером этого дня Эмилия постучится в комнату своего постояльца, который лежал на кровати. Он поднялся, открыл дверь.

– Добрый вечер, – сказала Эмилия. – Вы разрешите мне войти?

– Это ваш дом, – напомнил Анвер. – Конечно, входите.

Эмилия вошла в комнату и с удовольствием отметила идеальный порядок. Ее жилец не ленился даже протирать пыль. Хозяйка удовлетворенно кивнула.

– Вам что-нибудь нужно? – осведомился Анвер.

– Нет. Лично мне ничего не требуется, – сказала Эмилия. – Деньги за следующий месяц вы уже внесли. Комната в идеальном состоянии. Все правильно. Мне только непонятно, почему вы по вечерам постоянно сидите в комнате и никуда не выходите.

– Я смотрю телевизор, который вы мне любезно оставили, параллельно учу итальянский. Я еще не знаю многих слов.

– Сколько вам лет? – неожиданно спросила она.

– Тридцать четыре, – ответил Анвер.

– И вы решили, что такое времяпрепровождение является нормальным занятием для молодого мужчины?

Жилец удивленно взглянул на хозяйку и сказал:

– Я вас не совсем понимаю.

– Не надо!.. Вы все прекрасно понимаете, – отмахнулась Эмилия. – Только искусно притворяетесь. Андриана рассказала мне романтическую историю вашего знакомства. Вы, оказывается, благородный рыцарь.

– Она вам говорила?

– Я сама попросила ее об этом. А потом вы случайно оказались здесь, каким-то чудом нашли дом Андрианы и, сами того не желая, решили устроиться на работу в ее булочной, не так ли?

– Этого я не говорил.

– Но вы делаете все от вас зависящее, чтобы горожане так думали. Неужели вас настолько беспокоит мнение жителей нашего местечка?

– Меня беспокоит только отношение ко мне Андрианы Ковелли, – ответил Анвер. – Какое угодно мнение любого другого человека не является для меня определяющим.

– Тогда вы тем более ведете себя глупо. Поймите, что все это я говорю только от своего имени. Почему такой молодой и красивый мужчина должен сохнуть в комнате моего младшего сына?

– У вас есть какие-то другие предложения?

– Конечно. Идите к ней.

– Что?

– Вы услышали. Прямо сейчас идите к ней и оставайтесь в ее доме. Неужели вы не понимаете, что она молодая, красивая, умная женщина, которая просто не может вешаться на шею первому встречному, тем более иностранцу, который работает в ее булочной? Андриана считает неприличным позволять себе увлечься. Но она вдова и уже три года не знает мужской ласки, не чувствует надежной поддержки. Ее дочь живет далеко отсюда.

– Вы предлагаете мне заменить ей дочь или мужа?

– Я предлагаю вам быть самим собой, – резко оборвала его шутливый тон Эмилия. – В конце концов, вы ничего не теряете. Ни репутацию, ни свободу. Почему вы не хотите сделать ее счастливой? Это ведь так легко!

– Не забывайте, что она мне очень помогла и является моим работодателем, – напомнил Анвер.

– Вы уже успели выучить и это итальянское слово! – Эмилия покачала головой. – Наверное, вы обратили внимание, что по субботам я ухожу из дома. Сейчас я вам скажу, почему я так поступаю. Начальник почты Антонио, с которым мы дружим уже много лет, обычно ждет меня в номере отеля, который он снимает для нас. Нам обоим уже за пятьдесят и у нас есть внуки, но мы не считаем зазорными такие встречи. Да, у Антонио есть супруга, четверо детей и столько же внуков. Но его супруга давно болеет и находится дома. Мы встречаемся к нашей общей радости, никого не обижая и не предавая.

– Сексуальная революция, – пробормотал Анвер. – Вам не говорили, что вы просто молодец, Эмилия?

– А вы дурак, Анваро, – с чувством произнесла хозяйка. – Одевайтесь и прямо сейчас идите к ней. Уверяю, она вас не выгонит.

Он молчал, не зная, что именно ему надо отвечать на такое вот заявление.

– Вы хотите, чтобы я отвела вас туда за руку? – спросила Эмилия. – Или боитесь ее собаки?

– Я пойду, – решился Анвер. – Но не потому, что вы меня убедили. Дело в том, что я сам этого хочу.

– Я так и думала, – удовлетворенно произнесла Эмилия.

На часах было около девяти, когда он подошел к дому Андрианы и постучал. В ответ послышался лай собаки. Наверное, она тоже поняла, почему незваный гость появился поздно вечером. Хозяйка булочной прикрикнула на собаку и открыла дверь.

– Добрый вечер, Андриана, – поздоровался гость.

– Здравствуйте, Анваро. Что-нибудь случилось в булочной? – Это была игра, понятная для них обоих.

– Там все в порядке. Но я хотел с вами переговорить, – выдохнул он, не решаясь смотреть ей в глаза.

– Входите, конечно. – Она впустила его в дом.

Гость увидел овчарку, которая снова громко залаяла.

– На место, – строго сказала хозяйка.

Когда овчарка медленно прошла в комнату, которая считалась ее территорией, она заперла дверь и предложила:

– Поговорим в большой гостиной наверху, да?

– Как хотите, – ответил гость.

– Я уже обратила внимание на то, что вы любите море, а оттуда прекрасный вид на него, Анваро, – сказала Андриана.

– Я вырос у моря, – напомнил визитер, который уже привыкал к тому, что его называли здесь именно так, на итальянский лад.

Они поднялись на второй этаж. Хозяйка дома включила освещение. В десятом часу вечера было уже темно. Оба сели за стол.

– Какое у вас дело? – спросила Андриана, которая была в синем длинном платье.

– Я думаю, мне нужно уволиться, – неожиданно даже для самого себя произнес он.

– Что? – изумилась женщина. – Почему уволиться? Что произошло? Вы хотите уехать?

– Думаю, так будет правильно.

– Почему? Что случилось?

– Вы хотите знать правду?

– Конечно. Иначе вам не стоило сюда приходить.

– Полагаю, что вы ее знаете.

– В каком смысле. Что я должна знать?

– Вы мне нравитесь, – сумел выдавить он из себя. – Нет, не так. Вы мне очень нравитесь, сеньора Ковелли. И я боюсь, что больше не могу оставаться вашим заместителем и сотрудником булочной, принадлежащей вам.