Одноразовое использование - Чингиз Абдуллаев

Солнцев сидел за рулем. Он был в темной куртке, всолнцезащитных очках и светлых вельветовых брюках. Фархад невольно покосился нанего.

— Не узнали? — улыбнулся Вадим Сергеевич.

— Узнал, — кивнул Сеидов, — вы сейчас выглядите какнастоящий шпион.

Солнцев усмехнулся.

— Это, наверное, комплимент, — пробормотал он.

— Куда мы едем? — спросил Фархад.

— За город. Вы же понимаете, что наши встречи в самой Москвепрактически невозможны. Вы стали слишком важной персоной, господин Сеидов. И мыобязаны теперь оберегать ваше реноме.

— Вы хотите взять с меня подписку о сотрудничестве?

— Нет, — засмеялся Солнцев. — Это вчерашний день. Мнекажется, что вы все еще не совсем понимаете, что именно происходит. Никто васне неволит. И никто вас не принуждает к сотрудничеству. Тем более что никакогосотрудничества и не будет. Вы стали вице-президентом компании исключительноблагодаря собственным заслугам и опыту. А мы, узнав об этом, решили проявить квам интерес…

— Какой интерес? — не понял Фархад.

— Определенный. И очень конкретный. Вы не нужны нам вкачестве агента или сотрудника нашей организации. Поверьте, что у нас хватаетсотрудников и осведомителей, в том числе и из вашей компании. О нашемконкретном интересе вам сегодня расскажут.

— Понятно. Нам далеко ехать?

— Не очень. Вас это беспокоит?

— Конечно. Я сказал жене, что еду на встречу с коллегами.Будет неправильно, если я вернусь домой под утро.

— Вы вернетесь домой не позже полуночи, — успокоил егоСолнцев, — и вообще не нужно так нервничать. Ничего особенного не происходит.Мы просто едем в гости к одному специалисту по Ближнему Востоку, который хочетс вами поговорить. Он неплохо знает Ирак и соседние страны.

— Ясно. — Фархад взглянул на часы. Если он будетзадерживаться, нужно перезвонить Карине.

Остаток пути они молчали. Лишь когда машина въехала внебольшой дачный поселок, Солнцев снова обратился к нему:

— Не нервничайте. Разговаривайте спокойно и раскованно.Никто не собирается вас принуждать к невероятным акциям. Поверьте мне, что мыне собираемся вас вербовать или использовать в качестве агента. Это было бынепростительной роскошью — использовать в качестве агента вице-президента такойизвестной компании с такой устоявшейся репутацией. Нам всего лишь нужно узнатьваше мнение о некоторых деталях происходящих событий.

— Если меня будут спрашивать о служебной информации, я тожебуду молчать. Запасы нефти и газа…

— Вот про это вас точно спрашивать не будут, — рассмеялсяСолнцев, — вы можете быть уверены, что интересы «Южнефтегазпрома» никак непострадают. Это я могу вам гарантировать. И не забывайте, что ваша компанияявляется крупнейшим поставщиком нефти и газа на европейский рынок, а поэтомуона служит в первую очередь государственным интересам России. Как и мы,господин Сеидов.

Автомобиль въехал в открывшиеся ворота и остановился унебольшого одноэтажного деревянного домика. Из него вышел молодой человек,который кивнул Солнцеву. Тот передал ключи незнакомцу и пригласил войти в домсвоего спутника. Вместе с Фархадом они прошли в дом, где в уютной гостиной ихвстретил мужчина лет пятидесяти пяти. У него были седая короткая борода и усы,тронутые сединой волосы, круглое лицо, внимательный взгляд карих глаз, нос снебольшой горбинкой. Он мягко пожал руку гостю, приглашая сесть в глубокоекресло. Сам он устроился в другом кресле, а Солнцев уселся на диван.

Фархад обратил внимание, что окна в комнате, где они сидели,были не только закрыты жалюзи, но изнутри еще задернуты металлическими шторами.А над домом находилось сразу несколько антен. Очевидно, здесь принимали особыемеры, чтобы их разговор невозможно было прослушать.

— Позвольте представиться, — сказал неизвестный, — мояфамилия Богданов. Андрей Андреевич Богданов.

— Очень приятно, — кивнул Фархад, — мою фамилию вы уженаверняка знаете.

— Да, — улыбнулся Богданов, — мне очень приятно, что выприняли наше приглашение. Заодно поздравляю вас с назначением на этот высокийпост. Учитывая ваш опыт и знания, это представляется большим и важным шагом вразвитии вашей компании. Да и в вашей судьбе тоже. Вы ведь несколько летработали в банке, хотя и преподавали в это время в университете.

— Я старался не терять квалификацию, — ответил Сеидов.

— Правильно. У вас уже имелся опыт работы и вгосударственной компании «Азнефть», и в «Газпроме», и даже в Ираке.

— Я там был в служебной командировке с восемьдесят пятого повосемьдесят восьмой год. Хотя, как я подозреваю, вам об этом известно.

— Действительно, — улыбнулся Богданов. — А теперь давайтеперейдем к нашим делам. Итак, через неделю вы полетите в Ирак в качестве главыделегации и генерального представителя компании «Южнефтегазпром». И увидите,как изменился Ирак за последние двадцать лет.

— Представляю себе, — согласился Фархад, — хотя я тоже былтам не в самый мирный период. Тогда шла война между Ираком и Ираном. Было многопогибших с обеих сторон. Очень большие жертвы.

— Сейчас погибших еще больше, — мрачно заметил Богданов, — иконца этому насилию не видно. Иранское правительство, начиная войну,рассчитывало на шиитов, которые составляли около сорока процентов всех живущихв стране. Вы ведь знаете, что государственной религией Ирана является шиизм,тогда как в Ираке и в Пакистане, как и повсюду в мусульманских государствах,включая Турцию, больше распространен суннизм.

— Везде, кроме Азербайджана, — добродушно заметил Сеидов, —только в Азербайджане и в Иране господствующая религия шиизм.