Нефритовые четки - Борис Акунин

– Иду узнать, чем там у вас закончилось, –жизнерадостно сообщил он. – Сидел у входа в Бутылочное Горло, переживал.Вдруг русские бегут, толпой. Спасайтесь, кричат, бандиты. Всех переубивают. Яговорю, а Безголовый? Они мне: нет никакого Безголового. За нами гонятся ЧёрныеПлатки. И дальше побежали. Я кричу: а где Мел Скотт и мистер Фэндорин? Китаецгде? «Убили, всех убили!» И только пыль столбом. Вот мы с Пегги и пошлипосмотреть, раз Безголового нет. Интересно же.

Болтать Рид болтал, но в ситуации разобрался сразу, без объяснений.

Помог усадить бесчувственного Масу в седло, прикрутил клошадиной шее арканом и только потом спросил:

– А Скотта точно грохнули?

– Точно. С минуты на м-минуту они будут здесь.

Негр шепнул что-то на ухо лошади, легонько шлёпнул её покрупу, и Пегги, некрасиво выбрасывая ноги, порысила вперёд, но при этом такровно, что Маса почти не раскачивался в седле.

– Не остановится, пока не добежит до салуна, –сказал Рид. – Кто-нибудь позовёт дока. Все знают, что это ваш китаец.

– Он японец.

На это Уош философски заметил:

– Моего прадедушку белые люди привезли из Сенегамбии.Ну и что же, кто-нибудь когда-нибудь звал меня «сенегамбцем»? Мы для вас тутвсе «негры», и это ещё в лучшем случае. С другой стороны, если вы приплывёте вАфрику, вас тоже вряд ли станут называть «русским». Я слышал, африканцы всехбелых называют «пятколицыми». Если вежливо – «ладонелицыми».

Эраст Петрович оглянулся в сторону гор.

– Мистер Рид, не могли бы мы идти побыстрее?

Уош беспечно дёрнул плечами, поправляя лямку карабина.

– Зачем? Вон оно, ущелье. Рукой подать.

– В ущелье нам и вовсе будет н-некуда укрыться!

Но чернокожий и не подумал прибавить шагу, а чувствособственного достоинства не позволило Фандорину настаивать.

Ну, и допрыгались, докрасовались друг перед другом.

Не успели пройти по Бутылочному Горлу и пятисот шагов, каксзади донёсся топот множества копыт, крики, гиканье.

Оглянувшись, Эраст Петрович увидел столб пыли, в которомчернели силуэты всадников.

Бежать было бессмысленно. Он достал «герсталь» и укрылся забольшим камнем – не для того, чтоб спрятаться, а чтобы преследователиприблизились на дистанцию револьверного выстрела.

Рядом пристроился Рид. Он и в этой ситуации не утратилблагодушия. Снял с плеча карабин, проверил мушку, передёрнул затвор.

– Не стреляйте, пока не подъедут вплотную, –предупредил Фандорин. – Иначе я с моим оружием вам не п-помощник.

– А зачем мне помощник?

Уош прицелился и выстрелил.

Первый из конных рухнул вместе с конём, но тут же поднялся инырнул за выступ скалы.

– Ч-чёрт бы вас побрал! Вы промазали!

Карабин снова рыкнул.

Ещё один из крутящихся в пыли верховых завалился с лошадью –и опять спрятался, судя по резвости, даже не раненый.

Остальные исчезли из поля зрения – рассредоточились иукрылись от пуль.

– Вы снова попали в к-коня! – обругалнезадачливого стрелка Фандорин.

Негр ответил:

– Не в людей же мне стрелять? Может, я его убью, а ончеловек приличный. Или покалечу, а у него семья. И потом, вы-то уедете, а мнетут оставаться. – Он нажал на спуск ещё два раза, теперь даже и нецелясь. – Ничего. Больше не сунутся. Им тоже жить охота.

И действительно. Хоть с того конца палили и густо, но пулиуходили вверх. Очевидно, бандиты так и не поняли, откуда по ним стреляют – эхоспутало.

– Можно потихоньку трогаться дальше.

Пригнувшись, Уош выскользнул из-за камня. Фандоринпоследовал за ним.

За поворотом они распрямились и пошли в полный рост.Выстрелы не стали реже, но уже не оглушали.

– Ну как, успокоились? – спросил Рид, проявивнеожиданную проницательность. Эраст Петрович, в самом деле, лишь теперьповерил, что выберется из Долины Мечты живым. – Тогда рассказывайте, чтотам у вас произошло.

Выслушав, сглотнул слюну и странно глухим голосом попросил:

– Покажите мешочек, который вы оттуда захватили.

Высыпал на ладонь маленькие жёлто-серые комочки и крупицы,лизнул одну, попробовал на язык. Лицо Уоша всё заходило морщинами.

– Это то, что я д-думаю?

– Золото! – выдохнул Рид. – На камешек вродеэтого можно пить и гулять целый месяц в лучших заведениях Круктауна! И многотам ящиков?

Подумав, Эраст Петрович сказал:

– Штук тридцать. Примерно вот таких.

– И во всю стену зерновые вкрапления? От пола допотолка? Ствол книзу расширяется?

– Да.

– А пустой породы сколько?

– …Полагаю, с десяток г-груд, каждая мне по пояс.

Рид прикинул что-то, хлопнул себя по бедру.

– Это невероятно! Такого содержания не было даже вИгл-крике, где я однажды за день наковырял шесть фунтов! – Он плюнул наодин из самородков, потёр пальцем. – А какая чистота! Будь я проклят, еслименьше 950-ой пробы! Уж я в таких вещах толк знаю!

Подводим итоги

– …Ваш старатель при помощи плевка произвёл довольноточный анализ, – сдержанно улыбаясь, перешёл к главному эксперт. –Лабораторное исследование образцов показало, что это золото 959-ой пробы, тоесть относящееся к категории «весьма высокопробное». Самородки извлечены изжильной минеральной породы и по химическому составу идентичны золотой руде,добывавшейся на рудниках Оуэна в Чёрных Горах.

– Это были богатейшие рудники на всём Среднем Западе –пока не иссякли! – с энтузиазмом воскликнул полковник Стар. – Но радибога, доктор Фобб, продолжайте!

Эксперт поправил очки, заглянул в блокнот с записями.

– Как вам известно, золото в копях Оуэна не иссякло.Просто, когда выработка достигла глубины в тысячу футов, производство пересталобыть прибыльным, и добычу прекратили. Вероятней всего, рассматриваемые образцыруды взяты из другого языка той же самой жилы, выходящего на поверхность в иномместе.

Доктор Фобб, штатный специалист-рудоисследователь в компанииСтара, откашлялся и с особым нажимом произнёс, кивая на Эраста Петровича: