Никто не заплачет - Полина Дашкова

– Федя, зачем тебе? И вообще, что за тон?

– Дай мне номер, – повторил он и схватил ее за плечо.

– Так, во-первых, убери руку, – спокойно глядя ему в глаза,сказала Вера, – во-вторых, запомни, пожалуйста. О чем бы ты ни спросил менятаким вот тоном, я не отвечу.

В прихожую вышла Соня.

– Эй, вы что, ссоритесь? – спросила она. Пальцы Федораразжались. Даже при неярком свете было видно, что на нежной Вериной кожеостались красные пятна.

– Нет, Сонюшка, мы просто разговариваем. Ты предложи,пожалуйста, компьютерщику Валентину чаю или кофе, а я сейчас приду, – успокоилаее Вера.

Соня понимающе кивнула.

– Прости, – процедил он сквозь зубы, когда Соня скрылась накухне, – но мне все-таки надо знать, откуда взялся этот… как его?

– Валентин, – напомнила Вера, – его однажды порекомендовалимне знакомые. Он работает в какой-то мелкой фирме, торгующей оргтехникой, иподрабатывает частным образом, обучает таких олухов, как я, настраивает разныепрограммы, находит вирусы и так далее. Я вызываю его уже второй раз, примернополгода назад у меня тоже были проблемы. Берет он недорого, а дело свое знает.

– Дай мне номер.

– О Господи, Федя, у тебя ведь нет компьютера. Ты ничего вэтом не понимаешь. Зачем тебе?

– Мне понравилось, как он работает. У меня компьютера нет,но на фирме есть. А хороший специалист – большая проблема.

– Ты такой патриот своей фирмы? – Вера удивленно поднялаброви. – Вот уж: не думала. Однако у тех людей, которым это надо, обычно естьсвои хорошие специалисты.

– И все-таки.

Он дернул головой, и Вера кожей почувствовала, как емухочется сейчас ударить ее. Но он сдерживался.

– А ты, оказывается, еще и зануда, – она заставила себяулыбнуться, – в конце концов, поговори с ним сам.

Она сделала шаг в сторону кухни и громко позвала:

– Валентин!

– Аушки? – ответил веселый голос.

– Тут очень интересуются вами, – Вера уже стояла на порогекухни, – Федор горит желанием узнать ваши координаты, но сам спроситьстесняется.

– Верочка, в чем проблема? Пусть запишет номер пейджера. Онведь есть у вас.

– Нет, – жестко сказал Федор, – мне нужен телефонный номер,пейджер меня не устраивает.

– Почему? – Компьютерщик вышел в прихожую и взглянул на негос удивлением. – Чем же плох пейджер?

– Это односторонняя связь. Это ненадежно. Я люблюопределенность.

– Вера, вы когда-нибудь слышали подобное? – засмеялсякомпьютерщик.

– Вы извините его, Валентин, – вздохнула Вера, – на самомделе Федор очень стеснительный человек, поэтому иногда бывает не совсем вежлив.Но это не от хамства, а от робости.

– Если я буду рекомендовать вас своей фирме, я долженвыяснить, кто вы и откуда. В компьютерах содержится информация, к которойнельзя подпускать кого попало, – хладнокровно объяснил Федор.

Казалось, Верину реплику о вежливости и хамстве он пропустилмимо ушей.

– Извините, но я вовсе не просил вас рекомендовать менявашей фирме, спокойно заметил компьютерщик.

– Разве вам не нужны деньги? – удивился Федор. – Вы должныбыть заинтересованы в заказчиках.

– Но не в таких, которые намерены меня проверять.

– А вам есть что скрывать?

– Федор, прекрати, пожалуйста, – вмешалась Вера, – так себяне ведут. Человек пришел чинить мой компьютер, а ты устраиваешь допрос спристрастием. Хватит.

– Действительно, – хмыкнул компьютерщик, – теперь я простоиз принципа не дам вам никаких своих координат.

Федор ничего не ответил, смерил его долгим, тяжелымвзглядом, а потом как ни в чем не бывало поцеловал Веру в щеку.

– До свидания, Верочка, до завтра.

Когда дверь за Федором захлопнулась, Антон снял дурацкиеквадратные очечки, размотал шейный платок в горошек, сунул в карман.

– А перстень? – послышался детский голос у него за спиной.

Антон стянул с пальца массивный серебряный перстень иулыбнулся Соне:

– Ну что, на кого я больше похож, на торговца живым товаромили на слесаря по ремонту компьютеров?

– На отрицательного героя из мексиканского сериала, –улыбнулась в ответ Соня.

Послышался писк пейджера, и Мотя, все это время мирнодремавший под столом, тревожно гавкнул.

Пейджер Антон одолжил у Галюши, жены депутата Госдумы, Онадала всего на один день после долгих уговоров. Уже сегодня вечером он долженвернуть Галюше ее любимую «пикалку». Она почти не пользовалась своимрадиотелефоном, не носила его с собой. Ей нравились маленькие изящные сумочки.А в них всегда было набито столько косметики, что для радиотелефона просто неоставалось места. Пейджер маленький, совсем крошечный, как пудреница. К тому жеГалюше далеко не всегда хотелось отвечать на звонки, разговаривать, особенно ссобственным мужем-депутатом, который был ревнив и умел угадывать по ее голосу,одна она сейчас или нет. Нажав кнопку, Антон прочитал:

«Где ты? Верни мою пикалку. Приезжай. Можно с ночевкой».

– Мы с ним раньше не встречались, – тихо сказал Антон Вере,– он меня не мог видеть, нигде и никогда. Однако к моему визиту отнесся крайнеподозрительно. А не должен был. Ведь все получилось вполне естественно. Я прав?

Пейджер опять запищал. На этот раз депутат Игнатьевобращался к своей драгоценной Галюше. Это было трогательно.

«Кисуля, не забудь покормить моих рыбок. Буду завтра днем.Целую, твой мышонок».

– Да. К сожалению, вы правы, – сказала Вера, когда Антонпрочитал интимное послание депутата и убрал пейджер в футляр. – И самоескверное – это вранье насчет компьютерных проблем в фирме, которую он охраняет.Знаете, он врал небрежно, непродуманно, с хамским напором. Раньше такого небыло. Следующий шаг – открытая игра. Ему уже не надо будет ничего сочинять. Онне станет утруждать себя сказками, начнет действовать. Но как, с какой целью?Не понимаю… А вы что-нибудь понимаете?

– Кое-что я попробую выяснить. Опять требовательный писк.«Можно хотя бы позвонить. Имей совесть». Без подписи. Понятно, что от Галюши.

– Черт, мне надо отдать пейджер. Я его одолжил, и покоя недадут, пока не верну. Верочка, сейчас я поеду домой и через час позвоню вам.Есть у меня одно предположение… но сначала я должен доехать до дома и кое-чтопроверить? Час потерпите? – Потерплю, – кивнула Вера.