Строптивая мишень - Татьяна Полякова

Чем больше я за ним наблюдала, тем больше он мне нравился.Положительно, он именно тот, кто мне нужен… Картошку поглощали в молчании. Взнак признательности за оказанное гостеприимство я вымыла посуду и спросила:

— Где можно спать лечь? Я с ног валюсь…

— В большой комнате диван, в маленькой кровать,выбирай.

— Можно, я на кровати? Диваны, они обычно жесткие…

— Я же сказал, выбирай…

— Ага, — обрадовалась я. — Тогда спокойнойночи… Алексей, отдал бы ты мне пушку…

— Зачем?

— Ну, не знаю… место глухое, и ты, уж извини, наблагородного рыцаря не очень похож…

— Это в том смысле, что я к тебе приставатьначну? — усмехнулся он.

— Это в том смысле, что сдашь меня, когда я спать буду.Сам сказал, что охотников на меня знаешь.

— Так ты что, отстреливаться думаешь?

— Конечно.

— Мысль паршивая, должен тебе сказать. Вряд ли ты когоподстрелишь, зато наверняка попортишь пулями стены и соседей зря напугаешь.

— У тебя сложилось не правильное мнение, — началая, но он меня перебил:

— Иди-ка спать, дорогуша.

Я пожала плечами и ушла.

Кровать была железная, с шариками, такие я только в старыхфильмах видела. Еще бы гору подушек… Я немного попрыгала на матрасе, испытываяблаженство при мысли, что сейчас разденусь, лягу и усну.

Спала я крепко и без сновидений, а проснувшись,почувствовала доносящийся с кухни запах кофе, жареного хлеба и яичницы. Ясладко потянулась и выглянула в окно, где ярко светило солнце, а потомпосмотрела на часы: 9.15. Я выспалась и чувствовала себя отлично. Поднялась ивышла в кухню. Алексей в старых шортах сидел за столом и пил кофе, демонстрируяголую грудь и свежевыбритую физиономию. Если честно, привлекательнее он нестал.

— Привет, — сказала я, на всякий случай улыбаясь.Он мрачно посмотрел на меня и буркнул:

— Ты бы не шастала в таком виде, дорогуша. У меня последвух лет отсидки нервы слабые.

— Извини, — поторопилась я исчезнуть за дверью.Натянула джинсы и вновь появилась в кухне. — Можно позавтракать? —спросила, усаживаясь напротив.

— Можно. Ты куда мотать собираешься? —поинтересовался он через пару минут. Я пожала плечами:

— Все равно. Что один город, что другой. У меня ж нетникого. — По-моему, получилось трогательно.

— А родители?

— Папа умер, когда я еще в школе училась, а мама пятьлет назад. Они оба из детского дома, так что я круглая сирота.

— Ясно.

— А как ты думаешь, это надолго?

— Что?

— Ну, то, что они за мной охотятся?

— Так это, пока не поймают.

— Что ж они, всю жизнь за мной бегать будут?

— Размечталась! Поймают гораздо раньше.

— Это ты так успокоил, что ли?

— Вроде того.

— Здорово у тебя получается… Вот ты вчера говорил, чтотипа одного убить хочешь, а за самим толпа народа бегает. Это как понять?

— Понять несложно. Кому ж умирать охота? Знает он, чтоя вышел, вот и послал людишек. Только зря это. Шлепну я его, не разговор…

— Ага. — Я кивнула и посмотрела в окно, а потомспросила:

— Может, ты не откажешься мне помочь?

— Что? — нахмурился он.

— Ты ведь сказал, что узнал кого-то…

— Ну?..

— Может быть, есть способ сообщить этим людям, что яничего не видела и в милиции слова не скажу?

— И не скажешь. Для этого имеется старый и оченьнадежный способ.

— А по-другому никак нельзя? — опечалилась я.

— Это ты меня спрашиваешь? — ухмыльнулся Алексей,а я разозлилась.

— Похоже, мне удалось уловить общий дух нашей беседы: ясо вчерашнего дня труп, но пока об этом не знаю.

— А выглядишь как живая, — съязвил он. —Ладно, у меня дела в городе. А ты здесь сиди и не высовывайся, ясно?

— Нет. Зачем мне здесь сидеть?

— А что, у тебя есть другое место?

— Нет, — подумав, ответила я. — Значит, тымне поможешь?

— Как, интересно?.. Попробую что-нибудь узнать.

— Пойдем вместе, а?

— Или слушай, что говорят, или катись!

Алексей ушел в комнату переодеваться, а я занялась мытьемпосуды. Через пять минут он заглянул в кухню и сказал:

— Дверь запри. Если уйти надумаешь, ключ под лестницуповесь, там гвоздь.

— Ты надолго?

— Как получится.

Входная дверь захлопнулась, и я осталась одна. Следовалорешить, что делать дальше. Прежде всего покинуть дом. Я не была столь глупа,чтобы доверять подобному типу, впрочем, как и любому другому. Однако уезжать яникуда не собиралась, а бегать по городу от банды убийц в одиночку мне явно непо силам. Алексей показал себя человеком решительным, не обремененным избыткомморали и в то же время на свой лад честным: сумка с деньгами лежала под столом,в пачке не хватало 120 долларов (десятку он взял за завтрак). В ресторане наэти деньги меня бы так не накормили. В общем, я все больше склонялась к мысли,что он мне нужен. Хотя я могу ошибаться и тогда здорово поплачусь за это, еслинемедленно не смоюсь отсюда. На сборы ушло минут пять. Я вышла, заперла дверь,повесила ключ под крыльцом и огляделась. Мне было необходимо укрытие. Особо немудрствуя, я прошла в глубь двора к двухэтажному дому. Входная дверь оказаласьзаперта на замок, но одна створка выбита. Я протиснулась внутрь. Дом былнеобитаем. Местная молодежь, похоже, устраивала здесь посиделки, но почему-топокинула эти места. Куски хлеба походили на гранит, бутылки покрылись толстымслоем пыли, все это вместе с кострищем на полу выглядело как первобытнаястоянка. Я прошлась по дому. Еще одна дверь вела в соседний двор, пустынный игрязный, тропинка петляла между сараев, брошенных огородов с остовами теплиц изаканчивалась на задвоpках магазина: штабеля сломанных ящиков, грязные коробки,а дальше вереница скучных одноэтажных домов.