Печальная принцесса - Анна Данилова

– И как, нашла?

– Нет. Но она нашла кое-что посущественнее, чем деньги. Я вот вам расскажу сейчас, а вы мне не поверите. Так получилось, что в те дни в центре города шли ремонтные работы, на тротуарах перекладывали плитку, и Лиля на своих шпильках попала как раз между старыми, разбитыми плитами, да так сильно споткнулась… У нее сразу же обнаружилось растяжение. Но она-то поняла это не сразу. Она ведь упала, сильно ушиблась, нога распухала прямо на глазах.

– Надо же, как не повезло девушке! Сначала с кровати упала…

– Вот и я о том же. Но не все так просто. Она упала, прямо растянулась на земле, среди строительного мусора. Руку еще так неловко вывернула. И когда стала подниматься, то здоровой рукой оперлась на что-то круглое, мягкое, что было присыпано строительным мусором. Рита, представляете, это был тугой такой рулончик денег, долларов, перетянутый розовой резинкой! Вот что это – ей бог послал?

– И сколько же там было? – Это действительно показалось Рите неестественным, потрясающим.

– Три тысячи баксов, вот сколько. И вы думаете, что моя квартирантка сразу же, хромая на больную ногу, побежала в банк и открыла счет, положила туда денежки? Ничего подобного. Она же как птичка. Живет тем, что бог пошлет. Она купила кровать. Хорошую удобную кровать, и привезла ее в мою квартиру. Сияла, как медный грош. Так радовалась этим деньгам! Еще одежды кое-какой прикупила, сказала – чтобы устроиться на хорошую работу, надо приодеться; купила косметику, продукты, но это уже вечером, мы с ней вместе по магазинам ездили. На такси, представляете? И так много всего накупили, я уж думала, что у нее больше денег не осталось, оказывается – нет.

– Тебя шокировал ее поступок? В смысле, покупка кровати?

– Но ведь это же большие деньги! Она еще работу не нашла, а кровать покупает. И ведь не себе же, она мне прямо так и сказала, что если съедет с моей квартиры, то кровать все равно мне оставит. Мы с ней одну ночь даже вместе спали – опробовали койку. Широкая, мягкая, удобная, просто шикарная!

– Мне кажется, я знаю, что случилось потом, – Рита лукаво взглянула на Катю. – Она дала тебе денег и заставила расплатиться за стиральную машинку.

– Да, вы правы. Именно так все и было. И отказаться я не смогла, уж слишком легко достались ей эти деньги.

– А ведь она была хорошим, добрым человеком, – произнесла Рита дрогнувшим голосом. – И мне действительно трудно воспринимать сейчас то, что ты рассказываешь о ней, только потому, что ее нет в живых. Это несправедливо.

– А я ей, дурища, тогда позавидовала! Вы увидите, я ведь и дальше буду ей завидовать. Она и с кровати упала, и на улице упала, ногу растянула, казалось бы, это с нее надо было писать сценарий фильма «Невезучие», но, с другой стороны, эти деньги… Она нашла деньги! Но и это еще не все. Представьте себе, что, когда добрые люди, простые прохожие, погрузили ее на такси и отвезли в травмпункт, там, ожидая своей очереди, она познакомилась с мужчиной. Они просто обменялись телефонами, и все. Он подвернул ногу. Потом оказалось, что он – владелец магазина «Bell», это дорогой парфюмерный магазин. И Семен Сквозников станет ее первым и постоянным любовником, другом.

– Он взял ее на работу? – предположила Рита, не переставая удивляться ходу событий.

– Не сразу. Сначала просто звонил ей, назначал встречи, но она же болела, у нее нога долго не проходила. Думаю, нам не стоило в тот вечер таскаться по магазинам, надо было ей отлежаться. Ну, а потом, когда она могла уже двигаться, он пригласил ее в ресторан. И, надо сказать, она всегда рассказывала мне обо всем, что с ней случалось. Конечно, Семен был женат, имел двоих детей. Но их, по-видимому, это не особенно-то смущало. Они встречались на квартире, которую он то ли снимал, то ли она была его собственной. Лиля в ходе своего бурного романа расцветала прямо на глазах.

– А как же ее синяки? Как он воспринял их, ведь, когда он увидел ее в первый раз там, в травмпункте, она выглядела – не приведи боже.

– Она сказала Семену, что ударилась при падении, когда растянула ногу. И все выглядело довольно-таки правдоподобно. Хотя, я думаю, при ее патологической честности, она вполне могла позже, уже при личной встрече, рассказать ему о своем муже, который бил ее. Но его это, как видите, не оттолкнуло. И я так понимаю, что мужчине вообще все равно, кто есть кто. Главное – это внешность и душа женщины. А Лиля была очень красивой девушкой, и душа у нее была открытая, светлая. – Катя достала платок и высморкалась.

– И что же было потом? Она переехала на квартиру к своему Семену? Голову вот так поверни, хорошо? Да-да… Вот так.

– Да любая бы на ее месте так поступила! Ведь это же экономия: за квартиру не платить, за свет, телефон, за еду, наконец. Когда живешь с мужчиной, то расходов вообще никаких – ты же находишься на содержании! И тут я узнала Лилю с другой стороны. Она, эта деревенская простушка, битая-перебитая жена, вдруг заявляет мне, что жить будет у меня, ничего в этом плане она менять не собирается и, несмотря на то что является любовницей богатого человека, она все равно будет работать, пусть даже и в его магазине, а почему бы и нет? Она сказала мне с завидной уверенностью, что мужчина будет ее уважать еще больше, если она займется чем-то полезным и приносящим пусть и небольшие деньги, вместо того чтобы целыми днями валяться на кровати перед телевизором. Знаете, после этих слов она стала мне еще симпатичнее. Больше того, я со своими принципами не знаю, как поступила бы на ее месте, не исключаю даже, что бросила бы работу и попробовала себя в роли содержанки. Отдохнула бы, наконец, от забот и проблем. Но Лиле надо было что-то другое. Она хотела быть на людях, вероятно, понимала, что ее красота не должна быть скрыта от людских глаз. Господи, Рита, я же совсем забыла! Я принесла ее фотографии, это фотосессия, Лилю снимал один известный саратовский фотограф. Вы увидите, какая она была красавица!

И Катя, словно забыв о том, что позирует, вскочила и бросилась к двери, вернулась с пакетом и достала альбом:

– Вот, смотрите!

Рита, сжигаемая любопытством, раскрыла альбом, и на нее сразу же посмотрели зеленоватые, как морская волна, длинные русалочьи глаза. Светлые волосы до плеч, короткая челка. Маленький аккуратный нос, тонкие бледные губы. Но сколько тоски и грусти было в этом взгляде! И как этот образ не вязался с тем, что рассказывала о погибшей подруге Катя. Да, безусловно, чувствовалось, что Лиля добрая, мягкая, но чтобы она светилась оптимизмом? Да в ее душе поселилась такая черная меланхолия, что не заметить этого было просто невозможно.

На остальных снимках Лиля позировала в роскошных старинных нарядах, явно позаимствованных в театре оперы и балета, и как хороша была она в завитом парике, украшенном бутонами шелковых роз, или, наоборот, в парике под каре – брюнетка с лукавым взглядом, исполненным невыразимой боли. Даже когда она улыбалась, показывая ровные белые зубки, все равно чувствовалось, что что-то гложет ее, мучает.

– Да, действительно, очень красивая девушка. И фигурка у нее отличная, таким ножкам могла бы позавидовать сама Николь Кидман. В черном гимнастическом трико она смотрится потрясающе. И грудь пышная, все при ней. А что, Катя, красота ведь тоже капитал, – произнесла Рита с чувством, позабыв о том, что сидящая перед ней девушка обладает вполне заурядной внешностью и может обидеться.