Такой маленький бизнес - Марина Серова

Я продолжала болтать с Семеном, а сама пыталась высмотреть, чем там занимается американец.

Мне удалось увидеть только белокурый локон, мелькнувший из-за грифа контрабаса.

Тем временем на эстраде уже играл небольшой ансамбль, и сладкие звуки шведской музыки — хиты «АББА» двадцатилетней давности — заполнили пространство кафе.

— Ах, — мечтательно завел глаза Сема, — у тебя это не вызывает никаких ассоциаций?

— Липкое шампанское, — машинально ответила я, всматриваясь вдаль.

— Таня, — обиженно тронул меня за рукав Игудин. — Ведь мы же с тобой танцевали под эту музыку на дискотеке. Помнишь, тогда я впервые поцеловал тебя.

— Очень может быть, — рассеянно ответила я.

Камински уже шел к нашему столику, как вдруг в зал ввалилась шумная компания.

Подгулявшая публика болтала не по-нашему и, завидев Стивена, резко усилила темп речи и силу звука.

Мой слух улавливал английские, немецкие и русские слова, но все вместе представляло собой полуневнятные восторженные восклицания.

Веселая братия — трое мужчин и одна женщина — направилась к нам.

Официанты, увидев такое количество иностранцев, засуетились, забегали и, когда те подходили к столику, уже стояли за нашими спинами едва ли не по стойке смирно.

— Шимон и Татьяна! — торжественно провозгласил Камински. — Разрешите представить вам моих добрых друзей. Я думаю, что у нас найдется немало общих тем для совместного обсуждения. И, как знать, не поможет ли это решить наши проблемы.

При этих словах Стивен Камински украдкой посмотрел в мою сторону.

Игудин привстал, незаметно дожевывая кусок отбивной.

— Франсуа Бержье!

Камински указал Семену на плюгавого француза лет шестидесяти.

Если бы не золотое пенсне, каким-то чудом держащееся на его носу, я бы решила, что передо мной стоит вахтер какого-нибудь захудалого заводика.

— Очень рад, — хрипло воскликнул француз.

— Вольфганг Шиффер! — продолжал представлять гостей американец.

Казалось, что этот немец поставил себе задачу выглядеть, как все немцы, — во всяком случае, именно такими мы себе их и представляем.

Сытый, ухоженный, слегка отстраненный и одновременно слегка вульгарный, деловой и сентиментальный, Вольфганг на секунду изобразил на своем лице щенячий восторг от радости знакомства, но тут же стал оглядывать зал и уже через минуту внимательно изучал меню.

— Комаров Сергей Иванович, — сухо представился невзрачного вида человек.

— О! — не смогла я сдержать радостного восклицания. — На ловца и зверь бежит!

— Поясните, пожалуйста, вашу мысль, — спокойно попросил Комаров. — Из чего следует, что я — зверь?

— Из того, Сергей Иванович, что я не далее как сегодня безуспешно пыталась разыскать вас по телефону.

— Понятно, — так же спокойно отозвался Комаров. — Приходите ко мне завтра без звонка. Прямо в приемную, я с вами побеседую. В одиннадцать вас устроит?

Я рассыпалась в благодарностях.

— А это наша Маша, — Стивен ласково похлопал по плечу невысокую женщину, явно разменявшую шестой десяток. — Большой специалист по языкам и…

Тут он сделал эффектную паузу.

— И по различным тайным наукам! — загадочно добавил Камински.

Компания восхищенно заахала.

Я с любопытством поглядывала на родственную душу, но пока что решила не раскрывать себя.

Наверное, этот талант Маши до сих пор был неизвестен присутствующим, и они тотчас же захотели, чтобы женщина продемонстрировала им свое умение.

— Мадам Ганина, мы очень вас просим! — канючил Бержье, прижав руки к груди.

Немца, казалось, больше интересовало меню, но он тоже счел своим долгом присоединиться к общему хору.

— Да-да, покажите, как вы это делаете, — попросил Вольфганг.

— Вы действительно этого хотите, господа? — кокетничала Ганина.

— Не принципиально, — едва слышно пробормотал Сергей Иванович.

— Хорошо, — согласилась Ганина, чуток поломавшись для приличия. — Садитесь за стол, господа, и я попробую рассказать, что сулит вам ближайшее будущее.

Все уселись кругом.

На лицах иностранцев было написано нетерпение.

То ли они и вправду хотели узнать, что ожидает их впереди, то ли просто предвкушали развлечение…

А может быть, все это было затеяно с какой-то тайной целью?

Я внимательно следила за Марией Ганиной, которая достала из сумочки новенькую колоду карт и сосредоточенно тасовала атласные листы.

— Ну, дорогие мои, — начала она, словно заправская гадалка, — сейчас-то мы все и узнаем!

— Неужели все! — ахнул в притворном страхе Шиффер.

Послышался дружный смех.

Ганина погрозила ему пальцем.

— Вы известный плейбой, Вольфганг! Но только меня не интересуют ваши старые похождения. Гораздо важнее знать, что будет завтра, не так ли?

— Не так, — не сумела удержаться я.

Ганина с удивлением посмотрела на меня.

— Вы полагаете?

— Разумеется, — решительно ответила я. — Ведь наше будущее зависит от нашего прошлого. Вы согласны со мной, Стивен?

— Наверное, да, — осторожно ответил американец. — И все-таки, давайте послушаем, что напророчит нам Маша.

Ганина приказала очистить стол (Сема вовремя успел подхватить салатик, иначе его бы утащили вместе с остальной посудой) и раскинула колоду.

— У меня несколько нетрадиционный способ гадания, — извиняющимся голосом проговорила она, неуверенно оглядывая присутствующих. — Но, как говорится, фирма гарантирует…

Мне показалось, что Маша явно блефует.

Значит, сейчас произойдет нечто, к гаданию не имеющее никакого отношения.

Что же?

Кого и о чем она хочет предупредить?

Или произнести приговор?

— Значит, так, — потерла руки Маша, — начнем с вас, Танечка.

Поклон в мою сторону.

— У вас намечаются большие проблемы со здоровьем, — сочувственно глядя на меня, проговорила Ганина.

— С душевным здоровьем или физическим? — мрачно осведомилась я.

— И с тем, и с другим, — утешила меня Ганина. — Впрочем, если вы решите как следует отдохнуть и развеяться, то сможете избежать досадных недомоганий.

— Куда направишься, Танечка? — шутливо поинтересовался Сема. — Может быть, к нам, в Израиль?

— Слишком жарко, — отмахнулась я.