Такой маленький бизнес - Марина Серова

Черт возьми!

Это же совсем новая колода!

…На улице припекало.

Возле киосков с прохладительными напитками выстраивались длиннющие очереди.

Тротуар, за неимением урн, был завален жестяными банками из-под кока-колы.

Я тут же вспомнила про Сему Игудина, — очевидно, по ассоциации с палящим солнцем и израильскими пустынями.

Когда я была в Израиле в последний раз — аккурат на прошлую Пасху, — мой организм прокачал через себя такое количество жидкости, что здесь мне бы его хватило на целый год.

— Жара, как в Палестине, — донеслось до меня из телефонной будки.

Я навострила уши.

— А у вас тут почти ничего не изменилось. Понастроили, конечно, всяко-разно. Но в целом… — продолжал свой неспешный разговор человек в будке.

Подойдя поближе, я присмотрелась и с удовлетворением смогла констатировать, что мои ушки в полном порядке.

В будке находился не кто иной, как мой старый знакомый Семка, который несколько лет назад свалил в Израиль и вчера делал вид, что в упор меня не признает.

Как бы там ни было — нехорошо забывать друзей.

Именно это я сейчас и собиралась сказать господину Игудину.

Но чутье подсказывало мне, что Сема трусил неспроста. Не требуется ли иностранному подданному помощь местного частного детектива?

Стараясь не обнаружить себя, я незаметно подкралась к будке и встала рядышком.

— Теперь о делах, — продолжал Семен. — Схема мне известна, деньги можете получить хоть сегодня. Но только в обмен на, так сказать, товар. Да, Франсуа ввел в курс дела. Впрочем, некоторые недавние события… Вы понимаете, что я имею в виду. Да, могу подождать… Но только…

Тут он обернулся и увидел меня.

Сема не на шутку испугался.

Он снова помолодел от страха на десять лет, побледнел и, не прощаясь с собеседником, на ощупь пристроил трубку на рычаг.

Я приветливо улыбнулась и постучала жетоном по стеклу.

— Вы… вам звонить? — едва выдавил из себя Семен Игудин.

— Не-а, — помотала я головой. — Бокер тов, Шимон! Ма хашаа?

Иврит я немного знала и дежурную фразу: «Привет, Сема! Как дела?» — умудрилась произнести почти без акцента.

Игудин автоматически ответил, что все, мол, в порядке, но тут же опомнился:

— Тода, бэсэдер… Но позвольте, какого черта вы за мной ходите по пятам!

— Сема! — ужаснулась я. — Как ты можешь так говорить! Неужели мы снова на «вы»? Нам так долго пришлось переходить на «ты», и вот теперь…

— Я вас не знаю! — отрезал Семен и попытался решительно выйти из телефонной будки.

— Ах так?! — рассвирепела я. — На «вы»?! Тогда извольте объяснить мне, каков ритуал перехода с «ты» на «вы»! Просто так такие вещи не делаются!

— С «ты» на «вы»?.. — пробормотал Сема. — Это в каком же смысле?

— Вот именно! — не унималась я. — Чтобы перейти на «ты», нужно выпить на брудершафт или… ну то, что у нас с тобой было… А как же наоборот?

— Наоборот?.. — недоуменно повторил Сема. — Ты меня вконец запутала.

Наконец он решил, что хватит играть в частичную потерю памяти.

Игудин взял меня под руку и быстрым шагом направился по тротуару.

— Таня, — шептал он мне на ухо, — понимаешь, я тут по очень серьезному делу, и мне не хочется привлекать к себе внимание.

— Оружие, наркотики?

— О боже! — застонал Сема. — Да нет, все законно. Просто это дело сугубо интимное, частное… Так что лучше не кричать на всех углах, что Сема Игудин снова навестил свой родной город, договорились?

— Договорились.

Семен с облегчением вздохнул.

— Вот и славно. Я, конечно, тебя сразу узнал. Но, согласись, голубушка, в той ситуации… Кстати, а что там у вас происходило? Ты с пистолетом в руках, какой-то мужик, привязанный к креслу…

— Понимаешь, Сема, — нежно ответила я, — это дело сугубо интимное, частное…

— А-а, — протянул Игудин. — Тогда конечно.

На спуске к набережной Семен замедлил шаги и тихо произнес:

— В общем, я тебя, Танечка, люблю и помню. Такое не забывается.

Я грустно вздохнула.

— Ты Скорпион, Сема.

— Что-о?

— По гороскопу… Твой эротизм стремится к тотальности. И я, конечно, всего только эпизод в твоей биографии. Помнишь, я составляла тебе натальную карту? Так вот…

Я, с трудом припомнив дату и место рождения Семена, рассказывала ему о том, что должно с ним случиться в ближайшее время.

А сама размышляла при этом, как выудить из него нужные мне сведения.

Наконец мне в голову пришла удачная мысль.

— Давай сегодня поужинаем вместе.

— Хорошая идея! — обрадовался Семен. — Только, ради бога, не в гостинице, там отвратная кухня. И все чересчур дорого.

— Есть очень уютное местечко. С романтическим названием «Хрустальная ночь». Идет?

Семен с радостью согласился, и мы расстались.

Теперь моя очередь звонить по телефону.

Разыскав в сумочке бумажник, я вытащила оттуда клочок бумаги с цифрами, обнаруженный в папке, которую передала мне Подольская.

Я нашла номер Комарова, коллеги убиенного мужа моей клиентки, и набрала шесть цифр.

На четвертом гудке трубку сняли.

— Да-да, — раздался ангельский женский голосок.

— Нельзя ли услышать Сергея Ивановича? — попросила я, невольно подстраиваясь под интонацию своей собеседницы. — Очень срочно.

— О! — встревоженно вскрикнула та, как будто из-за разговора Сергея Ивановича со мной зависела судьба Вселенной. — Конечно-конечно! Сейчас я сбегаю и посмотрю! Пожалуйста, подождите немного!

Трубка легла на стол.

Раздалось нежное мурлыканье.

Я прислушалась.

«Он уехал прочь на ночной электричке…» — сладостно напевал голос моей собеседницы.

Она явно никуда не бежала сломя голову от желания немедленно разыскать своего шефа, а просто бросила трубку на стол и выжидала некоторое время.

Вот только забыла нажать кнопочку временной блокировки линии.

А может, и не было на ее аппарате этой столь полезной кнопочки.

Закончив первый куплет, она громко потопала ногами и снова взяла трубку.

В мембране раздалось прерывистое дыхание.

Можно было подумать, что девушка оббегала все окрестности в поисках Сергея Ивановича.