Особый прием Гурова - Алексей Макеев

– Льва Толстого я читал и согласен, что это сравнение здесь вполне уместно, – согласился Гуров и, усмехаясь, предложил: – Давай на улицу выйдем, а то на нас уже все смотрят. – Когда они вышли из магазина, он спросил: – А может, нужно искать среди тех, кого он отсюда выжил?

– В том-то и дело, что он никого не выживал! – уже спокойнее объяснил генерал. – Это называется: здоровая конкуренция! Тут у нас от супермаркетов, аптек и салонов сотовой связи не продохнуть было! Весь центр скупили! А он стал все муниципальное открывать! И сотовый оператор у нас свой, местный, и минута копейки стоит! Вот они все и загнулись!

– Ну, киоски-то можно было оставить, – заметил Лев.

– И на каждый камеру наблюдения направить? – ехидно спросил Сафронов. – Нет уж! У нас все в магазине! А прилавок со спиртным и сигаретами под особым присмотром, и каждая продавщица знает, что, если она продаст что-нибудь несовершеннолетнему, ее на первый раз серьезно оштрафуют, а на второй – выгонят, к чертовой матери, с такой записью в трудовой книжке, что она никогда больше ни в одно муниципальное предприятие не устроится!

– Мы так и будем стоять возле магазина? И ты будешь на меня орать, а я – слушать? – поинтересовался Гуров.

– Извини! – буркнул генерал. – Как все это случилось, ни секунды не спал. Нервы ни к черту! Ведь на пороховой бочке все сидим! Тут так может рвануть, что щепок не останется!

– Я уже и так все понял, – отмахнулся Лев. – Ладно, пошли, а то у меня к тебе еще много вопросов. – Они неторопливо двинулись дальше, и он продолжил разговор: – Что у вас с наркотиками? По отчетности, так прямо сплошное благолепие.

– Вмале, как говорят попы. Королев заставил Соснина – он в областной администрации руководит управлением по медицине и соцстраху – провести диспансеризацию всех школьников и студентов, причем в понедельник, то есть после дискотек и прочих увеселений. По анализу крови сразу же стало ясно, кто чист, а кто – нет.

– И опять родителей на ковер! – все поняв, подхватил Гуров. – А уж те со своего чадушки глаз не спустят! Да и тому перспектива в детдом попасть тоже не улыбается.

– Вот именно! – кивнул Сафронов. – Со студентами сложнее было, но их предупредили, что могут и повторный анализ взять, и, если окажется, что он снова согрешил, то тогда с высшим образованием ему придется распрощаться.

– На этих тоже подействовало?

– Не на всех, так что несколько человек действительно отчислили за недостойное поведение. Но тут ведь еще один аспект – Королев с самого момента своего воцарения стал каждую субботу по телевизору выступать. Вот он все эти годы и вдалбливал людям, что они должны заботиться о своем городе точно так же, как о своей квартире! То, что сегодня произошло с соседским ребенком, может завтра случиться уже с их собственным. И объяснял, что это не стукачество, не доносы, а бдительность и забота о своем городе. Вот мы благодаря наблюдательным бдительным старушкам и накрыли несколько наркопритонов. А на дискотеках гвардейцы дежурят, и, чуть малейшее подозрение, они супостата под белы рученьки – и к нам. Конечно, свинья грязь всегда найдет, но заразу эту мы довольно основательно извели.

– Организованная преступность, как я понял, тоже по нулям.

– Так все братки в бизнес подались, налоги платят да благотворительностью занимаются. А бытовуха, она при всех царях была и будет, только у нас и с ней негусто. Представь себе, наломается мужик на работе за день, придет домой, а его на столе уже тарелка борща дожидается, а в ней шмат мяса с лапоть, что при наших ценах в каждой семье есть. Поест он и в кресле перед телевизором вырубится, а жена ходит и на детей шикает, чтобы они папе отдыхать не мешали. И чувствует он себя кормильцем и главой семьи – какая уж тут бытовуха? А если ему расслабиться захочется, так у нас по всему городу спортбары, только там, кроме пива, ничего не подают. Соберутся мужики, чтобы матч какой-нибудь посмотреть, проорутся, проматерятся, пар выпустят, а потом, успокоенные, по домом расходятся.

– И что, даже драк не бывает? – удивился Гуров.

– А там гвардейцы дежурят, так что ни водку не принести, ни кулаками помахать – у них не забалуешь.

– А это? – кивнул на мусорные баки Лев. – Что, все люди действительно дисциплинированно разбирают свой мусор, чтобы по разным бакам кидать?

– А ты наверх посмотри, – предложил генерал.

Гуров поднял голову, увидел направленную на баки камеру наружного наблюдения и низким голосом произнес:

– Старший брат наблюдает за тобой.

– Первое время люди валили мусор как попало, только потом их фотографии – опаньки, и во весь экран на местном канале с комментариями: «Этот человек не хочет, чтобы наш город был чистым». Ну, и кто второй раз на такой позор решится?

– Товарищ генерал-майор! Разрешите обратиться? – подал голос Никитин, который все это время молча ходил вместе с ними.

– Капитан, меня зовут Олег Александрович, – ответил генерал. – Что у тебя?

– А почему в городе совсем нет бродячих собак, но зато очень много бездомных кошек? – спросил Володя.

– Наблюдательный он у тебя парень, – одобрительно заметил Сафронов и объяснил: – Собак мы всех отловили, и они теперь свой век доживают в приюте за городом, причем кобелей кастрировали, так что их количество может только уменьшиться. А вот кошки – это естественная преграда между людьми и крысами с мышами. Потому что домашний Мурзик при виде крысы на шкаф сиганет, и его потом даже колбасой не сманишь, а вот дикая кошка по природе своей охотница. Вот их в городе никто и не трогает, наоборот, подкармливают.

– Ладно, генерал, понял я, для чего ты мне эту экскурсию устроил – чтобы понял я, кто для всего этого города Королев и что будет, если он умрет. Придет варяг со своей голодной командой, которая начнет все здесь переиначивать и делить! И начнется «русский бунт, бессмысленный и беспощадный»! – вздохнул Гуров.

– Правильно понял, полковник, – кивнул Сафронов. – Мне до пенсии два месяца, и уйти я хочу достойно! С Почетной грамотой, благодарностью министра, ценным подарком и всем, что еще полагается! А не вылететь с позором с работы! Еще и мне, и моим ребятам очень сильно не хочется вместе с гвардейцами дубинками разгонять толпу, которая выйдет на улицы. Поэтому вот он тебе я, и любая помощь, какая только потребуется, к твоим услугам. Нужно будет, я и казарменное положение введу.

– Хорошо, давай где-нибудь присядем и поговорим по делу, – предложил Гуров и, увидев в тени дерева скамейку, пошел к ней и сел, Сафронов и Никитин присели рядом. – Ну, начнем, благословясь! Подрывник!

– Со вчерашнего вечера во всех военкоматах области проверяют все личные дела людей, которые имели к подобным вещам хоть какое-нибудь отношение, потом с ними беседуют, выясняют, чем они занимались приблизительно три месяца назад, не появились ли в их семьях деньги, и все остальное. В управление информация поступает каждый час. Только непонятно, где он здесь у нас мог взрывчатку достать, поэтому есть мысль, что подрывник может быть и пришлым.