Капкан на спонсора - Татьяна Полякова

— Если честно, не только к вам. Гавриленко отказал, внашем городе именно он занимается благотворительностью, я имею в виду помогаетхудожникам…

Про Гавриленко Ярославу Сергеевичу слушать было неинтересно,он даже непроизвольно поморщился, а я свернула свою речь на середине фразы,кашлянула и добавила:

— Вы даете рекламу в газете, где работает ЕвгенияПетровна, вот мы и подумали… — Могу поклясться, он опять не поверил. Погладилмою ладонь и спросил очень тихо:

— Вы знали Стеллу?

— Кого? — не поняла я. Он улыбнулся, убрал руку икивнул, точно с чем-то соглашаясь. Может, стоит спросить, здоров ли он?

— Значит, все это вымысел? — Он широко улыбнулся,дряхнул головой, точно освобождаясь от назойливых мыслей, и буквально черезпять минут стал совершенно нормальным человеком, заговорил вполне осмысленнодаже деловито, я успокоилась и понемногу начала получать удовольствие от ужина.

Однако под конец он опять все испортил. Мы прощались у моегоподъезда. Ярослав Сергеевич покинул машину вместе со мной, чем, признаться,несколько насторожил, ухватил мою руку, заглянул в глаза и замолчал. Оченьмногозначительно. «Может, в гости напрашивается? — паниковала я, но,вспомнив о Женьке, ждущей вестей моей квартире, успокоилась. — Пустьнапрашивается, я приглашу, посидим втроем, выпьем чаю».

— Я ваш друг, — заявил Аверин несколько невпопад иторопливо зашагал к машине, а я со вздохом облегчения скрылась в подъезде.

Дверь распахнулась сразу, я еще даже не успела позвонить.Женька хмурилась и шарила глазами по моей физиономии.

— Ну? — спросила она грозно.

— Гну, — ответила я, прошла, сбросила туфли иустроилась в кресле.

— Долго ты будешь меня мучить? — заныла подружка.

— Все нормально. У нас. А у Аверина явно не все дома.

— Приставал? — плюхнувшись в кресло, обрадоваласьЖенька.

— Черт его знает. Может, и приставал, да я не поняла.Только сдается мне, мужик он с приветом.

— Деловые все с приветом, работа тяжелая, баксы многосоков из мозгов отсасывают. А чего начудил-то?

— Говорил как-то странно. Выспрашивал, задавалсовершенно нелепые вопросы. Стеллу приплел…

— Кого?

— Откуда я знаю? Спросил ни с того ни с сего: «Вы зналиСтеллу?»

— А ты?

— Чего я?

— Да ничего, сказала бы, что знала, трудно, что ли?

— Мало мне одного чокнутого… — разозлилась я и пошластавить чайник.

Женька пошлепала следом.

— Денег даст?

— Даст.

— Порядок. О чем базарили так долго, ведь интересно мне…

— Слушай, а твой Аверин часом не вдовец? — озариломеня.

— С какой стати?

— С такой. Говорю, дурацкие вопросы задавал, откудасюжет, и все такое. Стеллу приплел.

— Думаешь, тюкнул бизнесмен Стеллу под горячую руку атеперь шибко переживает?

— Чем-то его сюжет взволновал…

— Меня тоже, плакала два раза.

— Его по-другому взволновал, — нахмуриласья. — Он точно не был женат?

— Нет. Я узнавала… в личных целях. Может, у него былгражданский брак, он благоверную хрясь — и в георгины, а тут тебя черт принессо своим детективом, мужик запаниковал… Теперь точно деньги даст, вот великаясила искусства… Дай облобызаю, ты гений. Талант в землю не зароешь, уделалибизнесмена. — Женька раскрыла объятия, я припала к родному плечу, и мыначали хохотать как сумасшедшие.

Два дня ничего не происходило, то есть Аверин не объявлялся,а мы беспокоить его не рискнули: как бы не разозлился да и не передумал соспонсорством. Но между делом Женька навела о нем справки, и теперь мыдоподлинно знали, что жены законной или не совсем у Ярослава Сергеевича никогдане было и жениться он вовсе не собирался, так как его большая и, надо полагать,пламенная любовь уже была замужем. Это то, что удалось узнать наверняка, далееодни слухи: любовь эта — жена то ли какого-то банкира, то ли мафиози, говорил оней Ярослав намеками, а по большей части молчал, и никто даже не знал ее имени.В обществе его видели с разными женщинами, которая из них она, сказать трудно,а может, Аверин все нарочно выдумал, чтобы бабы не лезли с женитьбой.

Этим сведениям я от души порадовалась: во-первых, если невдовец, значит, супругу укокошить не мог, а во-вторых, если у него любовь, тоот меня ему вряд ли что потребуется. Помочь он обещал, Женька уже связалась сАполлонским, и он заверил: будут деньги, будет и книжка. я не знала, стоитрадоваться или малость подождать, и тут вечером третьего дня позвонил Аверин.

— Анна? — начал он. — Это Ярослав. Я непобеспокоил? Не очень поздно?

— Что вы, конечно, нет.

В моем голосе появились подхалимские нотки, а улыбалась ятак старательно, точно Аверин мог меня видеть.

— Я хотел бы встретиться с вами. По делу, — слегкой заминкой сказал он. — Ничего, если я сейчас приеду?

«Совершенно ни к чему», — подумала я, но вслухпринялась что-то бормотать о ремонте и временных неудобствах.

— Тогда, может быть, вы ко мне? — «Ага,разбежалась». Тут он, словно спохватившись, добавил: — Я имею в виду офис, яеще на работе. Разговор займет немного времени, а потом я отвезу вас домой.

— А нельзя поговорить по телефону? — высказала ядельную мысль, но Аверину она таковой не показалась.

— Думаю, это не телефонный разговор.

— Что ж, я приеду, — вынуждена была я согласиться.Со спонсорами, как известно, не поспоришь. — Где-то минут через сорок. Васустроит?

— Да-да, — торопливо заверил он и добавил: — Ещераз извините.

«Вежливый», — я усмехнулась, повесила трубку, вздохнулаи начала собираться.

На сборы ушло двадцать минут, еще двадцать пять вызов такси,звонок Женьке и дорогу до офиса Аверина. Я расплатилась, поднялась на высокоекрыльцо и нажала кнопку. Характерного щелчка не последовало. Я нажала кнопкуеще раз, с тем же успехом, и лишь после этого догадалась посмотреть на окна: нив одном из них, за исключением двух последних, свет не горел. А эти самые дваокна находились как раз в кабинете Ярослава Сергеевича, если я не путаю,конечно.