Подводная война - Анатолий Сарычев

Самолет взревел двигателями и начал разбег.

Малыш, едва только усевшись на жесткое металлическое сиденье, вытянул длинные ноги и, откинув назад голову, заснул, «ароматизируя» воздух перегаром деревенского самогона.

За два часа до начала полета Клим успел полностью преобразить себя и своего напарника.

Сейчас на приставных сиденьях сидели два «новых русских», являя окружающим почти подлинные образцы анекдотичных представителей богатеньких бандитов.

Трехкилограммовая золотая цепь на шее Клима, спускавшаяся до пояса, могла служить неплохим подспорьем при схватке с вооруженным холодным оружием противником, а два массивных золотых перстня могли сыграть роль кастетов.

Майор МУРа, выдавший этот реквизит, восхищенно поглядев на Клима, украшенного «презренным» металлом, заметил:

– Парень! Я таких быков пятнадцать лет назад пачками закрывал!

– Затем и приехали! – глубокомысленно изрек Клим, убирая в сумку еще одну златую цепь и четыре «гайки» для Малыша, который беззаботно спал на стоянке в машине.

Взятый прямо с дружеской попойки в родном доме, Малыш, несмотря на изрядную дозу алкоголя, твердо заявил:

– Никаких погружений три дня! Имею полное право!

Пять часов полета, половину которого Клим проспал, привалившись к могучему плечу Малыша, быстро прошли.

Хмурый эмчеэсовец с погонами подполковника вышел в отсек и, тронув Клима за плечо, предупредил:

– Через десять минут промежуточная посадка!

Брезгливо втянув носом воздух, он скорчил жалостливую физиономию и изрек:

– На острове сухой закон. За появление на улице в нетрезвом состоянии полиция может вас посадить на десять лет в тюрьму. В таком виде вам нельзя проходить таможню!

С этими словами подполковник схватил за плечо Малыша правой рукой, готовясь жестко потрясти несчастного пьяницу, который, по его мнению, находился в бессознательном состоянии.

Секунда, и бравый чистенький подполковник, уткнувшись лицом в грязный пол, взвыл, разом перекрыв рев самолетных турбин.

– Никогда не трогай людей руками, особенно незнакомых, – может плохо кончиться! – наставительно сказал Малыш.

Затем он уселся сверху на полковника и, держа его руку за указательный палец, вопросительно взглянул на Клима.

Мотнув головой, Клим размышлял над словами подполковника:

«Билл мог спокойно напиться и попасть в полицейский участок – десять лет тюрьмы ему, конечно, не дадут, а вот спрятаться в камере от своих преследователей – лучший выход в создавшемся положении!»

– Я тебе, бандитская морда, устрою здесь веселую жизнь! – пообещал подполковник, пытаясь встать с пола.

– Ты, урод, хорошо подумай! Следи за базаром и помни о здоровье! – посоветовал Малыш, отпуская наконец его руку.

– Через час тебе будет не до смеха, козел вонючий! – крикнул подполковник, скрываясь за дверцей пилотского отсека.

– Надо попробовать поискать нашу пропажу в полицейском участке, – медленно сказал Клим, поднимая глаза на Малыша.

– Нужны подходы к полицейским, а я только знаю на этом острове подводный мир, и то приблизительно, – сокрушенно сказал Малыш, кидая взгляд в иллюминатор.

Выражение лица Малыша сменилось на озабоченное.

– Похоже, ты дракона увидел? – вопросительно сказал Клим, тоже приникая к иллюминатору.

По аэродромному полю неслись два черных полицейских автомобиля, озаряя вечерние сумерки всполохами мигалок.

– Даю голову на отсечение, что эти менты по нашу душу! – выдал Малыш, кинув выразительный взгляд в сторону пилотской двери, где скрылся обиженный подполковник.

– Если по звонку полкана так быстро прискакали полицейские, то надо внимательно к нему присмотреться! – заметил Клим, вынимая мобильный телефон.

Набрав номер диспетчера, Клим быстро сказал, нимало не заботясь о конспирации (мобильный телефон был обеспечен программой шифратора и дешифратора):

– У нас начались сложности с полицией. Инициатор – подполковник МЧС, летящий с нами в одном самолете. Прошу собрать на него данные.

– Ты хотел познакомиться с местной полицией – сейчас у тебя будет возможность! – пообещал Клим, пристегиваясь к боковым скамейкам.

Самолет круто шел на посадку.