Пятый квадрат - Анатолий Гончар

Утро первого боевого выхода выдалось ясным, погода радовала, настроение у спецназовцев было приподнятым, особенно у впервые идущих на задание. Ожидание настоящего дела заставляло бурлить молодую кровь, подбадриваемую слегка «натянувшимися» нервами. Всё было впервые – не просто новые ощущения, а совершенно другая, новая, по-своему интересная, манящая девятнадцатилетних мальчишек жизнь. Жизнь, где все взаправду и никаких компромиссов – или ты, или тебя, и серьёзная ответственность, и ощущение чего-то великого, выполняемого не кем-то, а именно тобой. Так было для десятков парней, но для Дмитрия Маркитанова всё давно стало привычным. Неспешные сборы, получение оружия и инженерного имущества, построение на плацу, краткий строевой смотр и хрустящий гравий под ногами идущих к машинам разведчиков-спецназовцев.

– Бывай! – Поднятая высоко вверх рука, сжатая в кулаке, – доброе пожелание остающимся.

– Димарик, аккуратнее там! – Наказ знакомого группника из второй роты.

– Не дождётесь! – шутливый ответ, и вот уже группа, выстроившись за воротами КПП, снимает предохранители и щёлкает затворами, заряжая оружие.

– К машине! – крикнул Морин, и спецназовцы начали забираться в кузов. Димарик посчитал бойцов и забрался в кузов самым крайним.

– Командир, все на месте! – не дожидаясь привычного вопроса, доложил он и, повернувшись лицом в глубину кузова, на всякий случай скомандовал: – Провериться по троечкам! – Сам же быстро поймал взглядом притулившихся в углу борта радистов и успокоился.

– Первая тройка – все, – первым отчитывался рядовой Иванов.

– Головняк на месте, – ответил младший сержант Морзобитов.

– Тыл в норме, – послышался слегка хриплый голос Овечкина.

– Вторая тройка ядра здесь, – взглянув на сидящего рядом Киреева, выдал Королькевич.

«Всё спок», – мысленно произнес Димарик и, блаженно закрыв глаза, откинулся на спинку скамейки. Можно вздремнуть. Сколько ещё будут ехать машины до места высадки? Полчаса? Час? Два? И провести их в бездарном бодрствовании? Ну, и что с того, что машину неимоверно трясёт и на очередной выбоине, того и гляди, взлетишь до потолка? Что с того, что совсем рядом безустанно трещит вечная балаболка Поливанов, и что с того, что в любой момент колонну могут обстрелять встретившиеся на пути «чехи»? Всё это сущая чепуха, если ты на войне давно и умеешь привычно урывать в любой обстановке минуту отдыха. Димарик спал, просыпаясь от особо сильных толчков, от особо громких возгласов, от время от времени раздававшихся вдали выстрелов, для того чтобы снова уснуть.

– На выход!

Голос командира Димарик услышал, уже стоя на ногах. Как только машина стала замедлять ход, постепенно съезжая на обочину, он проснулся, одним вдохом-выдохом прогнал остатки сна и приготовился к десантированию.

– Живее, живее! – торопил он разведчиков, дожидаясь своей очереди бежать в лес. Вот на землю спрыгнул второй радист, за ним пулемётчик Киреев, и Димарик, заняв своё место в боевом порядке, бросился вслед за ним к ближайшим зарослям. Тень деревьев упала на лица разведчиков, зашуршала раздвигаемая листва, и отпущенная Киреевым ветка больно ударила по рукам бегущего следом за ним Маркитанова. Тот скривился, но не проронил ни звука.

«Сам виноват, нечего было так сближаться», – скользнула короткая мысль, и, сбавив шаг, старший сержант чуть приотстал, оглянулся, пытаясь сквозь сгущающуюся за спиной листву разглядеть, все ли бойцы группы достигли леса, но тут же едва не свалился на землю, оступившись во внезапно попавшейся под ногу ямке. Снова сдержав рвущиеся наружу эмоции, Димарик выпрямился, поморщился от появившейся в щиколотке боли и, ни на секунду не остановившись, поспешил дальше. Лесная прохлада окружила, приняла, вобрала в себя вошедших людей, поглотив издаваемые ими звуки, сокрыв их под своей зелёной массой. Спецназовцы шли спорым шагом, удаляясь всё дальше и дальше от извивающейся дорожной ленты.

Команда остановиться последовала в тот момент, когда группа, углубившись в лес, перевалила на западную половину небольшого хребта.

– Чи, садимся, выход на связь, – пояснил Димарик беспокойно посмотревшему на него Королькевичу. И тут же скомандовал: – Наблюдай! – После чего, присмотрев себе местечко поудобнее, шлёпнулся на задницу, намереваясь хлебнуть чайку из висевшей на поясе трофейной фляжки. Не успел он отрубить крышку, как раздался голос Киреева:

– Димон! Старших троек к командиру!

– И зачем?

На вопрос Маркитанова Михаил только пожал плечами: «мол, я откуда знаю».

– Королёк, – сунув фляжку обратно в чехол, старший сержант нехотя поднялся, – передай дальше: старшего тройки – к командиру.

Он непритворно вздохнул, ибо искренне не понимал, зачем группнику потребовалось собирать старших троек в самом начале боевого задания, но идти всё же следовало, и потому, поправив на плече лямку рюкзака, Димарик двинулся вдоль линии рассредоточившихся по сторонам разведчиков.

– Командир, что случилось? – тяжко вздыхая, словно от только что выполненной непосильной работы, присел он на корточки.

– Ещё раз напомнить решил, – кивнул подбородком на расстеленную на земле карту командир. И тут же спросил: – Тыл здесь?

– Да, я, – подсаживаясь к остальным, отозвался только что подошедший Овечкин.

– Итак, напоминаю, – остро отточенный карандаш в руке группника метнулся к карте. – Здесь мы находимся сейчас, здесь – основное место сбора, здесь – запасное. – Сидевший к нему ближе всех Димарик зевнул, но Морин, бросив косой взгляд в его сторону, замечания делать не стал. – В случае обнаружения чего-либо подозрительного на досмотр выдвигается вторая тройка ядра, при наличии минной опасности… – Денис повернул голову к сидевшему слева командиру второго отделения младшему сержанту Морзобитову: – Юра, сапёр идет с ними.

– Помню, – отозвался тот, и Морин продолжил:

– При обнаружении противника сразу сообщать мне. В случае вступления в бой первая задача – прижать, не дать противнику опомниться. Димарик, ты действуешь по обстановке.

– Ясно… – сонно отозвался Маркитанов.

– Двигаться без спешки, обо всём подозрительном сразу докладывать. Морзобитов, это больше всего касается тебя! Заметили, остановили группу, доложили. Внимательность и ещё раз внимательность. Я никого не гоню. Расстояние до района разведки невелико, время у нас есть. На сегодня задача-минимум – выйти в район разведки. Максимум… по обстановке. Всем всё ясно? У кого какие вопросы? Если нет, то по своим местам. Начало движения через пять минут. Юра, выдвигаетесь без дополнительной команды, самостоятельно; азимут ты знаешь.

– Знаю, – согласился Морзобитов и, поднявшись первым, направился к голове группы. Остальные старшие троек последовали его примеру.

Через пять минут спецназовцы начали движение в сторону района предстоящей разведки.