Акция возмездия - Сергей Москвин

Работа оперативной группы. 19.03, воскресенье, 14–00.

Служебная машина опергруппы Чернышова остановилась возле стандартного московского дома. Ветров, сидящий за рулем служебных «Жигулей», повернулся к сидящему рядом с ним начальнику и сказал:

– Ну вот, Павел Андреевич, это тот адрес, который мне сообщили в дежурной части ГИБДД.

«Типовой панельный дом, – подумал полковник, осматривая здание из окна машины. – Шесть подъездов, двенадцать этажей, на каждом этаже по четыре квартиры. И в одной из них живет человек, на машине которого разъезжает Раптор. Но имеет ли отношение этот человек к террористу или он просто стал очередной его жертвой?»

– Ну что, поднимаемся к нему и проверяем, что это за птица? – сгорая от нетерпения, спросил у Чернышова Ветров.

Более выдержанный Муромцев хранил молчание. Как и полковник, он внимательно разглядывал дом, пытаясь определить окна интересующей их квартиры.

– Неплохо было бы сначала собрать побольше информации об этом человеке, – ответил Чернышов на вопрос Артема.

– Так вы же знаете, Павел Андреевич, что у нас нет времени!

– Знаю, – согласился с Артемом полковник. – А вдруг Раптор сейчас у него на квартире?

– Я что-то не пойму, Павел Андреевич. Вы хотите, чтобы Раптор оказался там или чтобы его там не было? – удивленно заметил Ветров.

– Ладно, поднимаемся, – решил Чернышов. – Оружие на всякий случай держите наготове.

Последний вопрос Артема он так и оставил без ответа.

Чернышов с Ветровым на лифте, а Муромцев по лестнице поднялись на восьмой этаж, где располагалась квартира с указанным в адресе номером. Все трое приготовили оружие, и полковник, проверив, правильно ли встали возле двери его товарищи, нажал кнопку дверного звонка. Послышались шаркающие шаги, потом щелкнул замок, и дверь распахнулась. Перед оперативниками предстал тощий парень в футболке, спортивных трусах и шлепанцах, надетых на босые ноги. Очевидно, парень собирался увидеть кого-то другого, потому что на лице его отразилось полное недоумение.

Но удивиться до конца парень так и не успел. Ветров рывком выдернул его на площадку и, прижав к стене, тихо, но отчетливо спросил:

– Еще кто-нибудь есть в квартире?

Парень отрицательно замотал головой. Теперь на его лице проступило уже не удивление, а настоящий испуг.

– Проверим, – так же тихо сказал Артем. – Иди вперед.

Он развернул парня спиной к себе и втолкнул обратно в квартиру. Следом за ним в квартиру ворвались и оперативники. Первым шел Ветров, его прикрывал Муромцев, а замыкал цепочку Чернышов. Полковнику совершенно не нравилось то, что сейчас происходило. Все его естество протестовало против того, чтобы силой врываться в чужую квартиру. Однако сделать это было необходимо, чтобы свести к минимуму возможный риск. Чернышов знал массу случаев, когда в аналогичных обстоятельствах погибали отличные оперативники, и только потому, что, входя в незнакомую квартиру, не предусмотрели возможности нападения на них.

…Последний такой случай произошел в Московском управлении ФСБ всего месяц назад. Уже опытный оперативник, майор, которого Чернышов знал лично, поехал на квартиру одного парня, чтобы получить от того свидетельские показания. Предстоящий разговор со свидетелем не предвещал никакой опасности, поэтому оперативник смело поехал один к нему на квартиру. Но он не учел того, что парень – наркоман. В тот момент, когда оперативник явился к нему, парень как раз готовил очередную дозу для себя и для своего приятеля, такого же наркомана. Ничего не подозревая, оперативник вошел в квартиру, а у второго наркомана под рукой оказался пистолет. Едва заметив на пороге превратившейся в притон комнаты незнакомого человека, наркоман немедленно выстрелил, так как испугался, что у него могут отнять его дозу. Как выяснилось позже, других причин для убийства у него не было, хотя убийца разрядил в тело оперативника всю обойму.