Сто баксов на похороны - Борис Бабкин

– Ты лучше сзади иди, – сказал он. – И оглядывайся почаще. Вдруг мусора догонять будут. И если так, то…

– Петь начну, – улыбнулась она.

– И еще, – вполне серьезно проговорил Зубов, – если что – мы не знакомы вообще. Ясно?

– Мог бы и не говорить, – усмехнулся Леха, – но вот ты…

– Это мы уже проходили, – недовольно прервал его Зубов. – Тронулись.

– Мне нужен Клен! – Взяв плешивого за грудки, Алексей тряхнул его. – И чем быстрее ты его найдешь, тем лучше. Тебя это тоже касается, – оттолкнув плешивого, кивнул он стоявшему у окна беззубому. – Ты мне сломал все.

– Я его, – зло буркнул гнилозубый, – в задницу отдеру. Он мне, сучара, такой кайф поломал!

– Ты думаешь, он? – быстро спросил Алексей.

– А ты меня за кретина маешь? – хмыкнул тот. – Тебе плевать на икону, я с ней не при делах.

– Действуйте, – бросил Алексей.

– А если он выполнял поручение Кости? – спросил плешивый. – У нас будут крупные неприятности, если мы наедем на…

– Так узнайте! – заорал Алексей. – И скажите! Работайте.

* * *

– Он заболел, – говорила в сотовый телефон светловолосая женщина. – Температура и кашляет. Я не знаю, что делать… Я с вечера пришла, вроде был нормальный. Только все время плакал. Как обычно. Мол, домой, к маме хочу. Петька на него заорал и ушел. Он вроде потом успокоился и уснул. Утром я зашла его кормить, а он кашляет и температура. Смерила, тридцать семь и девять. Что делать?… Хорошо, только поскорее. А то кто знает, что у него?

– Дядя, – в комнату заглянула Инна, – мне нужно уехать часа на два. Если будет звонить Алексей, скажи, что я вернусь к пяти. Еще должна позвонить одна женщина, сообщить размеры. Это для шубы. Зовут ее…

– Какая мне разница, – поморщился Глеб, – как ее зовут? Скажет размеры, запишу, и пока. Кому еще что сказать, кроме Лешки?

– Больше никому ничего не говори. – Она ушла.

– Чао-какао, – буркнул Глеб.

«Надоело мне здесь торчать, – думал он. – Надо улетать на хрен. А то что я, нянька? Защитить ее мусора смогут. Вон какие мордовороты сидят. Им тоже не позавидуешь, сиди как мышь. В туалет только можно или на кухню, чай заварить, Инка и то не особо разрешает. Насчет кормежки вообще атас, мужики, как в поход, с собой пайки берут. Надо было мне с Игорем лететь. Какого черта я здесь высиживаю? Размеры жду. Инка бы сообщила. Да, впрочем, прикинул я на досуге и понял, что прав Игорек – не выйдет из меня поставщика дальневосточных шуб. А жаль! – засмеялся Глеб. – Вполне может быть, свой Дом моделей в Агре открыли бы, и поехал бы туда народ со всего света за опытом. – Рассмеявшись, Глеб встал. – Надо чайку покрепче сварганить. И наверное, поеду я за билетом. Ну их на хрен, эти дела московские. Помощь Инке, если заявится мужик ее, менты смогут оказать. Они здесь и ждут его. Да и она чего-то воду мутит. Боится. Точно боится, что он ее выловит. А с чего бы? Если думает, что о Лешке мужик узнал и поэтому в бега рванул, навряд ли, ему сейчас не до этого. В общем, уезжаю. Сейчас чайку хватану – и в Домодедово за билетом. Может, сегодня вечером и улечу».

– Может, это, – нетерпеливо предложил шагавший рядом с Зубовым Леха, – давай переоденемся. Зайдем в подъезд и…

– Да ты на свою рожу посмотри, – посоветовала идущая чуть сзади с большой сумкой Нина. – Тебе неделю отмываться надо, чтоб потом…

– А сама-то, – огрызнулся он, – думаешь, лучше выглядишь? Мы последний раз мылись месяца два назад. В баню ходили. И то еле пустили. В душ, говорят, пожалуйста. Там кабинки. А в общую…

– А денег только на два общих и хватило, – смеясь, добавила Нина. – От меня бабы знаешь как шарахались?

– Пришли, – кивнул Павел на вход в кирпичный пятиэтажный дом старой постройки.

– Душевые, – прочитала Нина. – Все виды массажа. К вашим услугам парикмахеры, врачи и…

– Заходите, – открыв дверь, кивнул Зубов.

Нина, а за ней Леха, постоянно оглядываясь на него, несмело вошли и, остановившись, испуганно замерли.

– Назад! – Помахивая дубинкой, к ним шагнул рослый бритоголовый мужчина в камуфляже.

– Все путем, – загородив собой оробевшую пару бродяг, кивнул Зубов и сунул в нагрудный карман куртки охранника пятьдесят долларов. – Так, – кивнул он. – Сауну обоим. Потом душ. Ему парикмахера, ей тоже. Ей все эти дела… Ну там, покраска и все такое. Понял?

– Все будет в лучшем виде, – явно удивленный словами Зуба, кивнул охранник. – Прошу. Ты налево, а вы, мадам, – усмехнулся он, – направо. Нелли, – позвал охранник, – прими даму. И все дела.

Открывшая дверь стройная женщина в белом халате округлила глаза. Приветливая служебная улыбка застыла на ее губах.

– Все оплачено, – усмехнулся охранник.

– Чек, – едва сумела сказать женщина в халате.

– Сюда, – кивнул Павлу на окно кассы охранник.

– Хватит, – сунул тот ему пятьдесят баксов. – Сдачу поделишь с ней. – Он кивнул на женщину в дверях. – И вопрос. Через сколько они будут доведены до кондиции?

– Он, – кивнул на Леху кассир, полный мужчина, – через пятьдесят пять минут. Она – через полтора часа.

– Парьте его как следует, – рассмеялся Павел. – Выйдут вместе. Я говорю про время. И еще, – подождав, пока Нина и Леха уйдут, продолжил он, – ничего после бани не давать, платить не буду. Черт, – вспомнил он, – у мужика в пакете бутылка водки.

– Понял, – кивнул охранник и включил переговорное устройство. – К тебе клиент. Выглядит хреново, но богат. В сумке водка. Изъять. Отдашь мне. Здесь охрана беспокоится. Мужик крут не по виду. – Отключив устройство, взглянул на Зуба. – Кто они? На вид…

– Киноактеры, – Зубов улыбнулся, – пробуют себя на роль. Таланта нет, но денег полно. Вот и…

– Понятно, а бабки они тебе…

– Это тебя не касается! – отрезал Зубов. – В общем, через полтора часа я буду. Запомни, никакого спиртного. Ни пива, ни джин-тоника.

– Понял, – кивнул охранник.

«Надеюсь, Леха не будет бабу себе в сауну просить, – выходя, думал Зубов, – а Нинка не клюнет на мускулистого юношу. – Сам он решил посидеть в пивбаре напротив. И остановился. – Чертило из Нижнего Тагила, как же из башки вылетело?» Он вернулся обратно.

– Что угодно? – сразу вышел к нему охранник.

– Телефон, – сказал Павел.

– Сей момент! – Тот подошел к кассе и вернулся с радиотелефоном. Кивнув, Зубов сел в глубокое кресло. Наморщив лоб, вспомнил номер. После двух гудков услышал детский голос.

– Настя, – сказал он. – Это ваш знакомый. Помнишь, я у вас десять рублей брал? Вот сейчас могу вернуть.

– Дядя Паша, – обрадованно отозвалась она, – вы где?

– В городе, – улыбнулся Зубов. – И могу…