Не время для славы - Юлия Латынина

Они даже не побились. Кирилл дернул руль влево и чуть не улетел в кювет, а джип шарахнулся в сторону, обогнул их по пологой параболе, и с визгом затормозил.

Кирилл распахнул дверцу и вылетел вон, как пробка из шампанского.

– Глаза разуй! – заорал Кирилл.

Из джипа выскочили трое. Все трое были при оружии и в камуфляжных штанах, заправленных в высокие шнурованные ботинки. Кирилл видел их впервые в жизни. Впоследствии ему сказали, что за рулем джипа был начальник охраны бывшего мэра Торби-калы, крепкий тридцатилетний чеченец по имени Эльдар, но тогда Кирилл этого не знал. По правде говоря, Кирилл решил, что эти ребятки откуда-то из АТЦ.

– Куда прешь! – заорал Эльдар.

И в эту минуту из машины сопровождения выскочили автоматчики.

Как только чеченец увидел пятерых вооруженных до зубов федералов, настроение его мгновенно переменилось. Он больше не тратил времени на слова. Он развернулся и врезал первому спецназовцу по зубам. Тот улетел в нокаут.

Второй чеченец выхватил автомат.

– Не двигаться! – заорал он.

Спецназовцы стояли столбом. Эльдар развернулся и пнул второго русского – ботинком в коленную чашечку. Спецназовец тоже упал. В эту секунду Кирилл заметил третьего чеченца. Он поднимался из машины, с пассажирского сиденья, и в руке его был «стечкин». Похоже, он был обдолбан куда больше Эльдара, и главное – он собирался стрелять.

Кирилл подскочил к нему и изо всей силы хлопнул дверцей машины, зажав руку чеченца между салоном и ребром. Тот нажал на курок, но пули уходили вверх. Чеченец дергался, пытаясь повернуть ствол к Кириллу, Кирилл навалился на дверцу всем телом, а третий боец, тот, кто был с автоматом, принялся вызывать подмогу по рации.

Еще через секунду Кирилл увидел бегущих к ним охранников завода. Чеченец со «стечкиным» нырнул в машину и заорал:

– Валим!

Водитель заскочил за руль и втопил педаль газа, автоматчик, прокричав что-то, бросился на заднее сиденье, и джип помчался по дороге, немедленно скрывшись в облаке желтой вонючей пыли.

Четверо вооруженных до зубов федералов пялились им вслед. Пятый, с разбитым лицом, шевелился в пыли. Кирилл обернулся к машине, и увидел, что из нее выползает Мао, белый, как пастила, и на штанах его расплывается мокрое неровное пятно.

При виде этого пятна все мысли вдруг вылетели из Кирилла, как пробки при коротком замыкании, он сжал кулаки и шагнул к председателю правительства, – и тут Христофор заорал прямо в подоспевшую камеру:

– Это покушение! Это теракт!

* * *

Через четыре часа после злополучной перестрелки в республику, в дополнение к зампрокурору, прилетел вице-премьер, курировавший силовые структуры, и два замдиректора ФСБ.

– Это третье покушение на высшее должностное лицо за неделю! – заявил председатель правительства Христофор Мао на расширенном заседании силовых структур, – очевидно, что местное МВД не может справиться с разгулом бандитизма и террора! Есть случаи, когда под маской правоохранителей скрываются явные террористы!

На следующее утро на авиабазе в Бештое сели два транспортных самолета с солдатами из дивизии им. Дзержинского и ростовским ОМОНом.

Через два часа началась зачистка села Тленкой.

* * *

Кирилл понимал, что любая зачистка в республике неминуемо начнется с Тленкоя. В конце концов, «бельгийский эмиссар» был родом из Тленкоя, Булавди был родом из Тленкоя, ребята, покушавшиеся на Дауда, тоже были из Тленкоя, и село было… а, что говорить!

Кирилл сам прекрасно помнил, как после свадьбы он заехал в дом к главе администрации, и они кушали за столом курицу, а по ковру катались дети, – а потом один из мальчиков выпрямился, посмотрел на Кирилла, и спросил его по-чеченски:

– А ты русский?

– Русский, – сказал Кирилл.

– А почему мы тебя не убили?

В общем, Кирилл понимал, что со Старым Тленкоем надо что-то делать, но сильно сомневался, что это что-то можно сделать БТРами.

В суматохе он не заметил, что Алихан не вернулся из школы; потом он срочно ему понадобился, но сотовый его был выключен. Связь в республике вообще была неважная. Кирилл не обратил на это внимания и послал с поручением другого человека.

Звонок раздался в пять часов вечера. Звонил какой-то майор из Ростова. Голос у него был усталый, простонародный и издерганный.

– Кирилл Владимирович, – сказал майор, – белый крузер с московскими номерами, семь-ноль-семь – это ваша машина?

Это была машина Алихана.

– А что? – спросил Кирилл.

– Мы тут в Тленкое проводим проверку. Машина стоит во дворе главы администрации села, он говорит, что вы машину селу подарили.

– Дайте-ка мне главу администрации, – сказал Кирилл.

– Кирилл, дорогой! – заговорил в трубку глава администрации, – я как раз тебе собирался звонить, сказать, спасибо за доброту! Чудо машина, зверь, не машина, а эти теперь пришли и говорят, что машина краденая…

– Рад, что понравилось, – сказал Кирилл, – слышите, майор? Перестаньте бочку катить. Это село моей жены. Как там у вас обстановка?

– Да никого нет, – сказал майор, – они все ушли в горы.

Майор что-то еще растерянно крякал в трубку. Кирилл ответил ему, положил телефон и уставился невидящим взглядом перед собой.

Машина Алихана стояла в оцепленном селе, а самого Алихана в селе не было. Куда может деться человек из оцепленного села без машины?

«Когда-нибудь ты поймешь, что они не дети. Но будет уже поздно».

Кирилл Владимирович Водров, президент компании Navalis Avaria, бывший спецпредставитель России при ООН, бывший топ-менеджер «Бергстром и Бергстром», совладелец вертикально-интегрированного производственного мегакомплекса по переработке и утилизации природного газа с потенциальной капитализацией в двадцать миллиардов долларов, невысокий худощавый человек в темном пиджаке и поддетой под него глухой водолазке, положил голову на полированный стол и тихо, сквозь зубы, застонал. «Боже мой. Что я скажу Диане?»

* * *

Вечером в горах над Старым Тленкоем началась спецоперация. По предполагаемым местам укрытия боевиков била РСЗО «Град», небо стало сплошным морем огня с фиолетовыми прожилками, и вертолеты закладывали круги над селом, а на площади возле мечети сидели люди.

Они сидели и ждали, зная, что те, кто обстрелял машину Дауда и взорвал «газик», ушли из села, чтобы не подвергать сельчан опасности, и что сейчас они сидят там, в горах, под рвущимся «градом» и стягивающейся цепью из ростовских омоновцев и солдат внутренних войск.

* * *

Новости о спецоперации последовали наутро. В восемь утра Христофор Мао сообщил, что в горах возле села Тленкой окружена и разгромлена банда Булавди Хаджиева; потери боевиков убитыми составили предположительно до семи человек. Погибли и трое милиционеров.