Мент: Рождество по-новорусски - Александр Золотько

– Вот именно, – Доктор помог даме встать с кушетки и проводил ее до дверей кабинета. – Помните об этом, и с вами ничего не случится.

– Спасибо, доктор, – растроганно прошептала дама. – Я вам так благодарна. И так удачно, что сегодня меня принимали вы, а не Альфред Генрихович.

– Ну что вы…

– Нет, правда. Вам понадобилось только полчаса, чтобы все понять и объяснить, а он работал со мной уже почти год. И совершенно без толку. Еще раз спасибо.

Дама выпорхнула из кабинета, оставив в руке Доктора пятьдесят долларов.

Когда такое случилось с Доктором сегодня в первый раз, он попытался догнать клиенту и вернуть деньги, но к десяти часам вечера уже привык и успокоился.

Дамы шли косяком. Им было назначено Альфредом Генриховичем. Альфред Генрихович принимал их в это время всегда, поэтому дамы, когда им мягко намекали, что Центр некоторое время будет работать в другом режиме, начинали устраивать сцены и требовать самого Альфреда Генриховича. Вернее, кричали первые две дамы. Потом Доктор решил, что гораздо спокойнее будет вести прием возбужденных и расстроенных дам лично.

Альфред Генрихович, приняв около полудня Липского и сопровождающих лиц, представил всем обслуживающим работникам Центра Доктора как своего заместителя, и уехал. От греха подальше. Стационарных клиентов, к счастью, в Центре, на тот момент, не было, а о приходящих клиентках Альфред Генрихович в спешке как-то забыл.

Пришлось Доктору изображать из себя психоаналитика. И, как с некоторым смущением сообщил Доктор Ирине, изображать удачно.

– Вы понимаете, Ирина, они все, прощаясь, говорили как замечательно, что познакомились со мной, что Альфред Генрихович…

– Жулик твой Альфред Генрихович, – сказал Ирина.

– Да, но я ведь тоже не психоаналитик. В мединституте, конечно, я изучал общий курс психиатрии, но…

– Ты тоже жулик, но еще и дурак, – спокойно сказала Ирина.

– Позвольте, но…

– Че, понять не можешь? Сколько, говоришь, он эту последнюю дуру лечит?

– Год.

– И получает за один час болтовни пятьдесят долларов. Так? Сколько это за год вышло? Если один раз в неделю? А ты, бестолковый, ее за один день вылечил. Всего за полтинник. Понял?

Доктор обиженно промолчал. Хотя, с другой стороны, Ирина, конечно, была права. Но Доктор и не собирался вести с дамами длительное знакомство. И деньги, которые он заработал за сегодня, с его точки зрения были деньгами очень хорошими. Большими, можно сказать, деньгами.

– Мы что-то будем еще сегодня кушать? – спросил Доктор.

– Ты к пациенту сходи, – сказала Ирина.

– Но я привык кушать поздно. И я хочу поесть. В конце концов, я честно заработал сегодняшний ужин.

– Пойди к мальчишке, – повторила Ирина. – Я потом позову.

Обреченно вздохнув, Доктор вышел с кухни. Ирина есть Ирина и спорить с ней не решается никто.

Вон даже туповатые Кошкины.

Братья сидели на стульях возле комнаты Липского.

– Дежурите? – спросил Доктор.

– Дежурим, – сказал один Кошкин.

Второй кивнул.

– Хорошо, – сказал Доктор и вошел в комнату.

На палату это похоже было мало. Обеденный стол, кресла, телевизор, кожаный диван, музыкальный центр… Но особой радости от всего этого Липский не испытывал.

Он сидел в кресле перед телевизором и мрачно смотрел какой-то боевик. Стрельба, взрывы, крики.

– Добрый вечер, – сказал Доктор.

– Вечер добрый, – ответил Браток, сидевший на диване.

– Как дела у Леонида? – спросил Доктор.

– Нормально у него дела. Совершенно нормально. Сидит вон, кинуху смотрит.

Липский продолжал сидеть так, словно речь шла не о нем.

– Жалоб нет? – спросил Доктор.

– Я хочу лечь спать, – сказал Липский.

– К сожалению, придется подождать, – Доктор развел руками, – звонил Юрий Иванович Гринчук и сказал, что хочет с вами побеседовать.

– Я хочу спать, – сказал Липский и попытался встать с дивана.

– Сидеть, – ленивым тоном приказал Браток.

– Да пошел ты, – завелся Леонид, но Браток был невозмутим.

– Ты на мой портрет смотрел? – спросил он Липского.

На лице у Братка явственно читались последствия недоразумения с сержантами.

Леонид искоса бросил взгляд и отвернулся. Но обратно в кресло не сел.

– Как думаешь, – скучным голосом спросил Браток, – у меня настроение хорошее?

Липский промолчал.

– Думаешь, я буду повторять приказы?

Липский сел в кресло.

– Да вы не волнуйтесь так, Леонид. Вы успокойтесь, вам не следует переутомлять нервную систему…

– Ну не знаю я где деньги, – сказал Липский. – Ничего они не говорили мне. Не знаю.

– Это нас не касается, – поспешил заверить Доктор. – Я должен проследить, чтобы вы…

– Телефон мне дайте, – попросил Леонид. – Друзьям позвонить.

– Обойдешься, – сказал Браток.

– Извините, – попытался сгладить грубость Братка Доктор. – Вам не стоит ни с кем связываться. Нервы, знаете ли.

На экране что-то взорвалось. Липский взял пульт, нажал кнопку. Телевизор выключился.

– Ну, и где ваш подполковник?

– Приедет, – пообещал Браток. – Наш подполковник такой человек, что если обещал, то обязательно приедет.

– Это точно, – подтвердил Доктор.

– И если сказал, что найдет – то точно найдет. И с темы не съедет, пока не выяснит, кто твоей матери звонил. Все перевернет, все вывернет, а найдет. Можешь быть уверен.

– Да нечего же искать, – сказал Леонид. – Вы же слышали, что спланировал все Ромка.

– А деньги где? Уплыли? Нет, – лениво протянул Браток, – бабки кто-то забрал. Кто-то все это организовал, подставил Ромку и тех троих, а сам бабки унес. И кто-то этот рядом крутится. Из своих.

Лицо Липского сменило выражение. Оно перестало быть злым, а стало каким-то задумчивым. Он словно перебирал в голове мысли, что-то взвешивал.

– Вы думаете, что…

– Конечно, – засмеялся Браток. – А то как же? Чтобы такое заморочить – нужно иметь голову. Ромка такое придумал? И подставился по дурному? Нет, не выходит.

Леонид взъерошил волосы.

– Получается, что кто-то, кто организовал мое похищение и кто убил мою семью, до сих пор жив и даже, может быть, забрал себе деньги? – медленно проговорил Леонид.

– Леня, вам вредно волноваться, – предупредил быстро Доктор.