Бой капитанов - Александр Тамоников

Карахан пожал плечами:

– Ну и при чем здесь Галина? Старика, видно, инфаркт хватил, все же лет-то ему немало было. Чего ты бабу решил прессануть?

– Не знаю! Но после ее ласк боссу стало плохо. Она последней с ним время провела.

– Тебе что, Каландин сказал перед смертью, что его заездила Галька? Он жаловался на нее?

– Нет! Ничего не говорил!

– Тогда какие у тебя основания в чем-то подозревать ее?

– Не знаю я, Ваха, ничего не знаю. Каландин умер! Ты понимаешь, босс умер!

Ваха сказал:

– Боссы не умирают, Матвей! Это люди приходят и уходят, боссы же остаются. Только меняются их имена и фамилии. А вместо истерики сына его оповести! Чтобы приехал с отцом проститься да в наследство имуществом папаши вступить. Вот чем надо заниматься, а не паниковать. Все мы смертны и когда-нибудь уйдем туда, откуда возврата на землю нет. Еще никто не жил вечно. Ступай, займись делом. А я свяжусь с Масудом. Сообщу ему печальную весть! Галька же пока будет при мне.

Осипов поднялся:

– Ты прав! Извини! Я просто…

Карахан прервал уже бывшего помощника бывшего хозяина усадьбы:

– Не говори лишнего. Тебя понять не сложно. Я понимаю!

– Как же мы теперь без Каландина, Ваха?

– Без старого Каландина. Но приедет молодой Каландин, и усадьба обретет нового хозяина. Будешь служить ему!

– Да! Слыхал я о том, что представляет собой Аркадий Георгиевич. Не дай господь попасть к такому хозяину. Гуляка еще тот. Он в момент все тут разорит!

Карахан сказал:

– Хозяев, Матвей, не выбирают. Но гуляки, пьяницы, бабники, как правило, люди слабые. А слабые люди трусливы. К тому же здесь Дон, а не Москва. Так что, если поставить себя как надо, то вполне можно подмять под себя Аркадия, не дать ему разграбить то, что было нажито трудом его отца. И ему не дадут править тут, несмотря на то, что он формально будет владеть имением.

Осипов спросил:

– Кто не даст?

– Люди, которые и дали покойному Каландину жить так, как он жил.

– Но кто они, эти люди? Ты их знаешь?

– Конечно, знаю! И ты узнаешь. Не волнуйся, все будет нормально. Иди работай, у тебя сейчас дел много. Но главное – это как можно быстрее притащить сюда Аркадия Каландина. Ты понял?

– Понял!

– Иди, Матвей!

Осипов послушно удалился. Он вдруг понял, что Карахан не просто гость на хуторе. Что за чеченцем и стоит та сила, о которой говорил Ваха.

Проводив Осипова, Карахан прошелся по комнате, взглянув на Галину, проговорил:

– Вот как бывает! Еще с утра Каландин беседовал с гостем. Чуть позже кайфовал под твоими развратными ласками. А потом умер. Вот так неожиданно: был человек, и нет человека. Как же хрупка наша жизнь. Никто не знает, что с ним будет завтра. Да что там завтра, через час, минуту… Все мы во власти Всевышнего.

Проститутка тихо спросила:

– Ваха, дорогой, а если Осип со своими молодчиками обвинит меня в смерти Каландина? Ну, типа я перестаралась и довела старика до того, что он помер, ты защитишь меня?

Карахан ответил:

– Не волнуйся, женщина. Тебя никто не тронет. Слово горца!

– Спасибо тебе, Ваха! Я… я… сделаю все, что ты захочешь. Скажешь, рабыней твоей стану. Не прогоняй меня.

– Замолчи! Оденься, приберись в спальне и скажи повару, чтобы обед подавал.

– Ты можешь сейчас есть?

– И ты сможешь! Жизнь продолжается.

Осипов зашел к Карахану после ужина.

Полевой командир спросил:

– Ну что? Все сделал?

– Все!

– Аркадия вызвал?

– Да! Лично по телефону с ним говорил. Обещал первым самолетом вылететь. Он знает, какое богатство ждет его здесь! Но на всякий случай я попросил кое-кого в Москве присмотреть за сынком Каландина. Если что, его на машине привезут сюда!

– Хорошо! Правильно сделал, подстраховавшись. Что с заключением экспертизы?.. А ты бабу чуть не прибил. Кстати, насчет Галины. С этого дня она постоянно будет жить при мне! И никаких денег за это ты не получишь. Ясно?

Осипов, уже признавший главенство на хуторе Карахана, утвердительно кивнул:

– Чего ж неясного? Забирай бабу! Мне она ни жена, ни сестра.

– Ты правильно ведешь себя. Это зачтется. Теперь займись Аркашей!

– А чего заниматься? Час назад он прибыл в аэропорт Москвы. Сейчас проходит регистрацию. Скоро будет в Ростове.

Карахан спросил:

– Он один летит?

Осипов взглянул на чеченца:

– Один! Провожает его какая-то бабенка, годами постарше. Но билет только у Аркадия.

– Хорошо! Ты поедешь встречать его?

– А кто же?

– Правильно! Встречай, организуй похороны. Потом я скажу, что делать. А сейчас иди! Тебе скоро обратно в Ростов. Работай, Матвей! Отрабатывай право сохранить должность. Все в твоих руках. Ступай!

Осипов молча вышел.

Галина шагнула к Карахану:

– Ваха! Дорогой, я…

– Заткнись! Иди в спальню и жди меня!

– Ага! Конечно! Уже ушла!

Проститутка скрылась в соседней с горницей комнате.

Карахан вышел во двор. Убедился, что поблизости никого нет, достал сотовый телефон:

– Масуд? Карахан!

– Узнал! Говори!

– Сегодня утром неожиданно умер наш друг, господин Каландин!

– Вскрытие проводилось?

– Нет! Но, если надо, проведем, хотя кому нужно вскрытие восьмидесятилетнего старика?

– Аркадий?

– Ночью будет на хуторе!

– Один?

– Да! Невеста провожала его и наверняка будет ждать или решит позже заявиться сюда!

– Я решу эту проблему! Считай, у Аркадия больше нет невесты!

– Когда ждать Шамсета?

– Завтра утром!

– Хорошо!

– Ты справился с поставленной задачей, Ваха. Я поздравляю тебя и благодарю. Впрочем, лучшей благодарностью станет то, чем ты совсем скоро станешь владеть. До свидания!

– До свидания! Да хранит тебя Аллах, Масуд!

Карахан отключил телефон. Вернулся в дом. Выкурил половину папиросы, забитой отборной анашой из индийской конопли. Что вновь взбудоражило кровь и наполнило страстным, диким желанием близости с доступной самкой. Он прошел в спальню, где в кровати его ждала Галина, ставшая рабыней полевого командира. Раздевшись, Карахан набросился на ее упитанное, упругое тело.