Крутая глиссада - Альберт Байкалов

– Сколько у тебя людей, которым нечего терять? – Антон внимательно посмотрел на Хана и пояснил: – У кого руки в крови или окончательно свихнулись на ваххабизме?

– Трудно сказать, – на минуту задумавшись, Хан пожал плечами. – Многих я почти не знаю.

– Точнее.

– Пятерых человек раньше никогда не видел.

– А остальные?

– Из моего и соседнего села.

– Ясно, – Антон посмотрел на часы. Светлого времени суток оставалось от силы часов шесть. Минус час на непогоду. Филиппов взял «винторез» и поднялся: – Решай, как поступить. Либо предлагаешь им отказаться от участия в теракте, либо это делаю я. В случае неповиновения отдельных лиц разговор короткий, – он с хлопком положил ладонь на удлиненный глушитель ствола. – Перед началом беседы сними посты. Я посажу своих людей на расстоянии, которое позволит, в случае чего, поддержать тебя огнем. Полной безопасности не гарантирую.

– Нет, – Хан решительно замотал головой. – Так дело не пойдет. Стоит только тебе начать стрелять, и все, даже те, кто не хочет воевать, ответят огнем. Ты не знаешь чеченцев. Я сейчас расскажу им, какую ловушку готовит Метис, а потом они пусть сами решают.

– Смотри, – Антон нагнулся и сорвал травинку. – Среди них могут быть люди Метиса, получившие конкретную задачу – контролировать тебя и в случае неповиновения или других действий, которые могут привести к срыву плана, попросту убить. Если брать во внимание тот факт, как продумана операция, вероятность такого развития событий очень велика. Ведь сам говоришь – у большинства тех, кто оказался здесь, включая тебя, не было другого выхода, а Метис и Рагим далеко не дураки. Они это понимают. Кроме того, я не исключаю, что ими руководит кто-то более опытный в делах подобного рода.

– Я знаю, что делать, – неожиданно перебил Филиппова Хан. – Нужно собрать самых надежных. Рассказать им. Дать гарантии, что Метис с Рагимом будут убиты, потом говорить с остальными.

– Поступай, как знаешь, – Антон сунул травинку в рот, последний раз взвешивая в уме все «за» и «против» своего решения. – Я даже могу предоставить тебе возможность принять участие в ликвидации банды. Для пущей убедительности. Кстати, это тебе зачтется.

– Эй, Хан! – неожиданно окликнули из зарослей кустарника.

Антон с чеченцем развернулись.

Среди молодых, чуть выше человеческого роста, деревьев стояли двое боевиков. Один был высокий, с болезненным, вытянутым лицом и козлиной бородкой. На голове афганская нуристанка. Некое подобие войлочного колпака с плоским верхом, края которого завернуты. Он был одет в камуфляж. Второй – полная ему противоположность. Невысокого роста, круглолицый. Нос по форме напоминал картофелину. Черный берет и танковый комбинезон, поверх которого был накинут серый разгрузочный жилет, делали его похожим на персонаж из дешевого боевика. Они настороженно и даже с презрением смотрели на своего полевого командира и его собеседника.

– О чем ты говоришь с этим неверным? – насмешливо спросил высокий бандит. – Может, будешь целовать его?

Антон догадался, что боевики как раз из тех, о ком он предупреждал Хана, и покосился на него. Чеченец стал пунцовым и переменился в лице. На скулах забегали желваки. Еще немного – и начнет стрелять. Это некстати. Не исключено, что боевиков больше. Просто остальных они еще не видят. Антон украдкой бросил взгляд туда, где сидел Москит. Старшего лейтенанта видно не было, а торчавший из травы ствол автомата можно было принять за сухой сук.

– Да-а, – протянул Антон. – Не очень-то твои хваленые моджахеды уважают своего командира.

– Ибрагим, я разве не говорил, что со мной не надо идти? Зачем подглядывал?

– Почему ты не сказал, куда уходишь? – прищурился длинный и сделал несколько шагов вперед.

– Я не обязан перед тобой отчитываться, – прохрипел Хан. – Или забыл, где твое место?!

– Ты решил за нашими спинами договориться с русскими? – не унимался и продолжал лезть в бутылку бандит, которого Хан назвал Ибрагимом. – Почему вместо того, чтобы зарезать его, как барана, ты мирно говоришь с ним?!

Хан неожиданно перешел на родной язык и медленно двинулся в сторону бунтарей:

– Разве тебя не учили, как нужно вести себя? Я твой командир!

– Ты – никто! – неожиданно вступил в разговор коротышка. – Метис приказал нам следить за тобой. Поверь, мы ни перед чем не остановимся и доведем дело до конца. Даже без тебя.

– Метис убит, а его помощники разбежались, – неожиданно вступил в разговор Антон. Сказал он это по-русски и уверенно.

– Зачем обманываешь? – Ибрагим всем телом развернулся к стоящему позади него боевику: – Ты слышал, что он сказал?

Но Антон понял его уловку. Повернувшись, Ибрагим направил в сторону его и Хана ствол висевшего на груди автомата. Оружие наверняка снято с предохранителя. Сейчас бандит сделает коротышке знак стрелять и, нажав на спусковой крючок, отпрыгнет. Антон опередил его. Он корпусом оттолкнул в сторону Хана и выстрелил. Причем сделал это в полете, почти не целясь. На учебном центре они сожгли не одну сотню патронов, чтобы освоить такой вид стрельбы. Он до последнего момента не хотел стрелять. Дальнейшие события были непредсказуемыми. Сейчас банда рванет на шум, и тогда неизвестно, чем все закончится. Ибрагим вздрогнул и замер на какое-то время, оставаясь стоять спиной к Антону и Хану. Он словно увидел вместо своего дружка какое-то чудовище и оцепенел, забыв обо всем на свете. Антон успел заметить, как ему на шею, ближе к левому уху, словно села муха. Почти сразу это пятнышко увеличилось в размерах до спелой вишни, приобретая бордовый цвет. Бандит покачнулся и схватился обеими руками за голову. Из-за него с обезумевшими глазами выскочил коротышка. Антон уже лежал. Он упал на спину, прямо на Хана. Тот телом придавил свой автомат. Антон еще раз выстрелил и тут же встал на одно колено и прицелился. В это время Ибрагим опустился на корточки, издал протяжный хрип и повалился на бок. Коротышка обернулся. Вид у него был растерянным. Антон дважды выстрелил в боевика. Не издав ни звука, коротышка упал. Хан наконец пришел в себя. Он вскочил и укрылся за остатками небольшого пня.

Антон перебежал к корчащемуся на земле Ибрагиму. Стянув через голову ремень автомата, откинул его в сторону. Бросил взгляд на коротышку. Он уже не подавал признаков жизни. Немудрено. В этого бандита Антон стрелял основательно. Больше не теряя времени даром, осторожно ступая, Филиппов направился вперед. Дойдя до зарослей, используя которые бандиты незаметно подобрались к ним, остановился. Было тихо.

Сзади раздались шаги. Антон обернулся. Это шел Хан. В выражении лица не было прежнего спокойствия и уверенности. Было заметно – он волнуется.

– Сколько до места, где вы остановились?

– Полкилометра.

– Понятно, – Антон забросил ремень «винтореза» на плечо. – Могли не слышать.

Хан кивнул: