Дорога смерти - Илья Бушмин

— Собрали гильзы. Всего в дверь он всадил 16 пуль. Две обоймы угрохал, прикидываешь? Чувак явно был на взводе.

— Говорю же, он никак не рассчитывал, что я смогу попасть внутрь и закрыться там.

— Все планы людям сорвал, гад, — хмыкнул Рябцев. — Серийные номера на гильзах спилены, если тебе интересно. Так что это банда ДТА, без сомнений. Гильзы баллистам конечно отправили. А вот пули деформированы полностью. Сам понимаешь, дверь железная… Слушай, Сань, тебе бы перебраться куда-нибудь в другое место, а? Лопатин тебе ведь номер в гостинице предлагал.

— Я не поеду в гостиницу. Не люблю людей.

— Это я заметил! — хохотнул Рябцев. — Прости, вырвалось.

— Я смотрю, как только мне ногу покалечили, у тебя сразу настроение улучшилось? — иронично подметил Бегин, натягивая на ступню очередной ботинок.

— Да нет… Это я так. Нервное.

— За меня переживаешь? Очень мило.

Рябцев уныло покивал. Собственная рубаха ближе к телу. Гораздо больше он сейчас переживал за свой любовный треугольник, который теперь обзавелся четвертым уголком.

* * *

Рябцев был прав — как только они добрались до УВД, сразу стало ясно, что Бегин теперь звезда. На него косился каждый второй, а каждый первый норовил подойти и сказать что-нибудь ободряющее. Дежурный, первым делом уточнив, как Бегин себя чувствует, доложил, что полковник Лопатин ждет следователя у себя в кабинете.

Рябцев довел Бегина до приемной и помог ему пробраться в кабинет. Лопатин бросился к Бегину и пожал ему руку.

— Как самочувствие?

— Голова болит.

— Что? Ааа! — Лопатин хохотнул. — Шутите. Это хорошо. Рябцев, не оставишь нас наедине?

Рябцев молча кивнул и покинул стены кабинета. Лопатин норовил помочь Бегину сесть, но тот отстранился, сам докарабкался до стола и с облегчением опустился в кресло.

— Сергей Вениаминович, мне нужно оружие, — сообщил Бегин. — Я звонил своему шефу в Москву. Он сказал обратиться к вам.

— Да-да, мы с ним уже все обсудили по телефону. Не вопрос, все организуем. Лицензия у вас есть, вы прикомандированы к нашему управлению, так что никаких проблем. И уж тем более после того что было… Просто так вам больше ходить нельзя. Как насчет охраны? Я могу приставить к вам парочку надежных людей…

— Просто пистолет. И вооружите, пожалуйста, Рябцева. Раз он временно возвращен в строй.

— Согласен. — Лопатин покачал головой. — Вас ведь могли убить… Что странно, если говорить честно. Основными следственными действиями вы не руководите, мероприятий в рамках основного расследования не проводите… Почему именно вас?

— Делайте выводы об основном расследовании, — кратко ответил Бегин.

Лопатин нахмурился. Помолчал, переваривая намек.

— Кстати, Александр Ильич… Говорят, вы интересовались убийством нашего участкового Зубова?

— Кто говорит?

— Как кто? Все. От секретариата до оперов. Управление у меня не самое большое. А я, между нами говоря, был бы херовым начальником, если бы не знал все, что тут происходит. Как вы думаете — это как-то связано? Просто ваше мнение.

— Все может быть.

Бегин не был настроен на искренние и длительные излияния, и Лопатин наконец это сообразил.

— Послушайте, Александр Ильич. Лично я, чтобы вы знали, считаю ошибкой ваше отстранение.

— Вот как?

— Вы в курсе, что мы сейчас ищем уже вторую ячейку террористов? — Лопатин покачал головой. — А когда поймаем ее, а убийства вдруг продолжатся, будем искать третью. А потом что? Четвертую, пятую? Черт-те что. А ведь в этой работе задействованы сотни моих людей. Я не преувеличиваю, сотни. Но штаб сейчас по сути пляшет под дудку чекистов. Другие версии не то чтобы игнорируются совсем… Я бы сказал, скажем так, они не особо приветствуются.

— Я заметил.

— Плюс я должен вам за угонщиков, — продолжал полковник. — Мне тут благодарность за операцию объявили, а я не любитель жар чужими руками загребать. Так что вот такая вот у нас ситуация. Поэтому, если у вас будут какие-то новости, версии, идеи — можете смело обращаться ко мне. Напрямую. Минуя Раскова, который сейчас кроме экстремистов с Ближнего Востока не хочет ничего видеть, и Мальцева, который, между нами, уже много лет под ФСБ-шную дудку пляшет… Помогу чем смогу. Обещаю.

— Договорились, — согласился Бегин. — Тогда сразу просьба. Мне нужны материалы Зубова.

— Какие?

— Все материалы за последний месяц. То есть все, с чем он работал перед своей смертью. Административные дела, письменные жалобы, заявления от населения, которые Зубов не успел пустить в ход. Отказные материалы тоже. Планы, служебные записки. В общем, все. Поможете?

Лопатин нахмурился, сделал пару заметок на бумажке.

— К обеду все будет у вас на столе. — Бегин кивнул. А Лопатин продолжил, откинувшись на спинку кресла и пододвигая к себе любимую черную кружку с аршинными буквами «БОСС», словно напоминая, кто здесь хозяин: — И еще раз, Александр Ильич — будьте осторожнее. Если что — сразу звоните мне. Я не хочу, чтобы в моем городе убили следователя по особо важным делам из главного управления СК.

Бегин сухо улыбнулся.

— Они попытались меня убить. Но сделали ошибку. Они слишком мало обо мне знали. Плохо подготовились и в результате прокололись. Узнали бы чуть побольше — поняли бы одну вещь.

— Вот как? И какую же?

— Если начали, нужно добивать. Или вообще не лезть. Когда-то давно ко мне домой уже приходили… Я это не простил. Второй раз прощать тем более не стану.