Удавка для опера - Владимир Колычев

Теми же оперативно-следственными мероприятиями установлена группировка, с интересами которой перехлестнулись амбиции бывших ментов. Какой-то оптовый рынок не поделили Слишком активно уволенные менты начали завоевывать себе место под солнцем. В качестве бандитов А что, у них было все, чтобы отвоевать себе это место. Ум, сила, наглость. Но некий Антончев оказался умней и сильней. Задавил он ментов. И сейчас в Бутырке прохлаждается. Говорят, показания вот-вот давать начнет. Никаких сомнений, что это он убил Кручу, Комова, Савельева и Кулика.

— В общем, Сергей Михайлович, можно считать, что с нашими «друзьями» покончено.

— Так я и скажу Ныркову… Хм, а ведь они и в самом деле могли бы нагрянуть в Семиречье. Своего друга защитить. И…

— И на завод наехать…

По-бандитски, но очень точно выразил свою мысль Плотников:

— Чего нам совершенно не нужно…

— Завод нам очень нужен, — деловито заметил советник.

Он думал, что знает все. Но на самом деле он не знал ничего.

* * *

Мощный самолет военно-транспортной авиации стоял в самом дальнем уголке аэродрома. В его утробу въезжал новый джип «Рейнджровер». Еще немного, закрутятся мощные винты, самолет тронется с места, вырулит на взлетную полосу — и вперед, в сибирские дали.

Степан Круча наблюдал за погрузкой машины. Рядом с ним стоял Николай Марков.

— Спасибо тебе, Коля! — благодарил Степан друга. — Выручил…

— Да ладно тебе. Вернешься, сочтемся…

— Да уж…

— Ты, главное, не пропадай.

— Да нет, все будет в порядке.

— Учти, Нырков достаточно серьезный противник. Есть сведения, что его подпольный спиртовой завод охраняют опытные бойцы. Числом до двух десятков…

— Ничего, и не таких давили

— Ни пуха тебе…

— К черту!

Степан обнялся с Марковым и двинулся к самолету.

Никто не знал, что этим рейсом летит он и его ребята — Федот, Эдик и Саня. Только Коля Марков. И летчики. Но те не знали, кого именно они доставят по месту назначения.

Для всех майор Круча, капитан Комов, капитан Савельев и старший лейтенант Кулик — покойники. Это все Марков устроил.

Степан связался с ним. Попросил о встрече. Коля не отказался. Не зря говорят, друг познается в беде. А Коля оказался настоящим другом. В разговоре он предложил «упокоить» Степана вместе с его ребятами.

«Сегодня разборка одна была. Пять трупов. Их сожгли в крематории».

Коля решил сделать так, чтобы их прах приняли за останки Степана, Федота, Эдика и Сани. В печи все равно — трупом больше, трупом меньше…

А потом Марков взял одного бандюка. Прямо на месте преступления. Своего дружка «авторитет» пристрелил. Коля решил простить ему этот грех. Но с условием: тот не будет возникать, когда его привлекут по делу об убийстве четырех бывших милиционеров. Сознаваться ни в чем не надо — только молчать.

«Через пару месяцев мы его отпустим, — сказал Степану при встрече Марков. — За недоказанностью…»

«А может, и раньше, — сказал Степан. — Когда я вернусь. И откроюсь».

Коля знал, куда он собирается. В Сибирь, в Семиречье. Друга спасать и себя обелять.

Камень преткновения — это Нырков. Нужно вывести этого гада на чистую воду. Взять его за жабры. И вытрясти из него всю правду. Только тогда Степан сможет заявить на весь мир, что он ни в чем не виновен, и подать иск о восстановлении на службе в прежней должности. И его ребят восстановят.

Но легко сказать, трудно сделать. Чтобы добраться до Ныркова — нужно ехать в Сибирь. Хорошо, что не на голое место. Коля сделал все возможное, чтобы выловить в мутной воде хоть крохи информации о Ныркове.

«Есть сведения, что где-то в окрестностях Семиречья у него подпольный завод, — говорил Степану Марков. — По производству древесного спирта. Этот факт держится в большой тайне…»

«Надо брать этот завод…»

«Не рекомендовано, — криво усмехнулся Марков. — У Ныркова сильные покровители…»

«Знать, завод этот мегатонны литров производит…»

«Да, спирта производится очень много. И кое-кто из правительства неплохо на этом греет руки…»

«Ничего. Придется охладиться…»

«Кстати, тут слушок прошел. Кто-то из братков на завод этот наехать не прочь…»

«Кто конкретно? И когда?!»

«Ничего конкретного не скажу. Не знаю. Но братки откуда-то из Сибири. Это точно…»

«И столичные братки на завод наедут. Я, типа, со своими пацанами. А чо, в натуре, не проканает?» — Степан накинул на лицо бандитскую маску.

Вышло убедительно.

«Проканает… — усмехнулся Марков. — Под братков закосишь…»

«А чо, братуха, в натуре, это конкретная мысль.

Сечешь поляну, братан!..»

С оружием проблема уже решилась. А вот с транспортом нет. Негоже мотаться по тайге на «девятке», пусть и новой. Не та проходимость. И сила не та. Коля решил проблему и с транспортом. Поднажал на Антончева. И вытряхнул из него новый джип. А затем связался со своим знакомым из Генштаба, попросил содействия в авиаперевозке. Поэтому сегодня Степан улетает в Сибирь на военном самолете. Инкогнито.

Оружие, транспорт, деньги. Но главное — это четыре крутых бойца, к числу которых Степан причислял себя. Он не сомневался, что победа будет за ними.