Ритуал возмездия - Александр Тамоников

Закончив отстрел наемников, отряд перевел огонь в сторону населения, ведя его выборочно, поверх голов, никого не задевая, предупредительно! Жители в спешке, с криками женщин, собирающих плачущих, но спасенных детей, разбежались по домам.

Лукин, получив доклады от всех командиров групп об успешном завершении акции в ауле, перевел взгляд на ущелье.

Из него на машинах начал выдвигаться отряд Аслана.

Майор связался с командиром звена «Су-25», которые десять минут назад, по его же распоряжению, поднялись в воздух, взяв курс на Балак, и были уже где-то на подлете:

— Молния-1, я – Эфа, как слышишь меня?

— Я – Молния-1, слышу тебя, Эфа, хорошо! Мы начинаем боевой заход. Что за обстановка в районе применения?

— Я не слышу шума ваших двигателей!

— Скоро не только услышишь. Уточни обстановку, майор, чтобы нам холостого пролета не делать.

— Обстановка такова. Банда на машинах. Идут колонной. Впереди три «УАЗа», джип, два «ГАЗ-66». Но перед аулом «чехи» развернутся в шеренгу и спешатся!

— Не успеют, Эфа!

— Джип не трогать, «Молния»!

— В курсах, не беспокойся! Встречай нас!

Лукин увидел тройку камуфлированных штурмовиков, которые, словно оправдывая свои позывные, молниями вынырнули из облаков со стороны ущелья и, сближаясь с землей, открыли ракетный огонь по колонне Аслана, – как и обещал летчик, боевики не успели покинуть автомобилей.

Ракеты строго ложились в цель, с первого же захода были подорваны все машины вместе с бандитами, кроме джипа, который от взрывной волны перевернулся на крышу.

Секунды, и самолеты, взмыв вверх, вновь вошли в облака. И тут же вызов:

— Эфа! Я – Молния-1, подтверди поражение целей!

— Подтверждаю! Да, ребята, мастера вы в своем деле, работа ювелирная!

— Повторный заход требуется? У нас еще остался боекомплект, может, рвануть чего?

— Не надо! Спасибо, «Молния», счастливого вам возвращения!

— Успехов и вам, спецназ! Конец связи!

Пока Лукин вел переговоры с летчиком, старший лейтенант Белов повел к джипу своих подчиненных. Лукин только крикнул вдогонку:

— Поосторожней там, Вова! Нам нужен только Аслан, и то постольку-поскольку! Зря людьми не рискуй! На огонь противника – ответный огонь на поражение!

— Все я понял! – отрывисто, на бегу, ответил майору его заместитель.

По Белову и его группе никто не открыл огня. Люди в перевернутом джипе были не в состоянии стрелять. Мощная взрывная волна контузила всех, включая Аслана. Без сознания, но живой, с разбитой физиономией, он лежал под телом тучного водителя.

А через семь минут на равнину за позициями Харламова приземлились пять «Ми-8», прикрываемые зависшими в стороне над холмами тремя боевыми вертолетами огневой поддержки «Ми-24».

Лукин направился в аул в сопровождении трех своих подчиненных. Их догнал прапорщик Стукин.

— Ну что, Слава? – спросил у него майор.

— Был оператор – нет оператора. И камеры нет, и пленка сгорела.

— Молодец!

Они вошли в вымерший аул. Бойцы «Вихря» в полном составе контролировали раненых наемников.

Лукин встретил командира роты спецназа внутренних войск на пустыре, где должна была состояться свадьба-бойня. Тот представился:

— Товарищ майор, капитан Александр Щербинин прибыл с ротой для выполнения поставленной командованием задачи!

— Я знаю, капитан. Занимайся своим делом. Плацдарм для работы мы вам подготовили.

— Да, сработано лихо! Ничего не скажешь! И сколько вас тут работало, если не секрет?

— Да какой секрет? Неполный взвод, по армейским меркам.

— Лихо! – повторил капитан МВД.

— Но какой неполный взвод, Саша! Орлы! Ладно, командира наемников, некоего Герхарда, командира банды Аслана и одного козла, бывшего сержанта нашей армии, я забираю с собой. Остальные солдаты удачи – твои! Как и аул! Смотри, как затих? А с утра готовились к веселью. Сейчас, наверное, смотрят из щелей, проклиная гяуров, которые испортили им праздник и уничтожили соплеменников, спешивших «на помощь» мирному населению. И никогда эти чеченцы не узнают, что мы за НИХ здесь стояли! Что мы спасли их, преданных тем, кого они боготворили. Вот что, Саша, обидно!

— Ничего, товарищ майор! Придет время, когда люди узнают правду об этой войне. И пусть будет только правда, как ни горька и черна местами она и для нас. Но ПРАВДА!

— Дай-то бог, капитан, чтобы мы дожили до этого времени. Так, мне пора…

— Да, товарищ майор, борт 057 прибыл специально для вас. На нем доберетесь к себе на базу. Один «Ми-24» пойдет в прикрытии.

— Ну, тогда все? Удачи тебе, капитан!

— Всем удачи и жизни, товарищ майор. И вам с вашими орлами! Передайте им, что спецназ внутренних войск восхищен работой спецназа ФСБ!

— Передам! Пока, капитан! Харламов, – приказал Лукин подошедшему майору, – собирай людей, берите Милле, Аслана, Бокова – и в «вертушку» 057. Вылет через полчаса. А я пока свяжусь с командиром отряда. Пусть готовит встречу.

— Понял, Миша, выполняю!

Лукин подошел к вертолету с бортовым номером 057. Командир экипажа, тоже майор, доложил, что машина готова к вылету. Они поднялись на борт, из кабины пилотов майор Лукин вызвал отряд.

— «Вихрь» на связи! – услышал он нетерпеливый голос подполковника Кириллова.

— Все в порядке, Михалыч!

Из наушников послышался вздох облегчения, командир спросил:

— Потери есть, Миша?

— Нет! Даже раненых! Все целы и здоровы!

— Молодцы! Ты из аула?

— Нет, уже с борта. Ребята грузятся.

— А эти… главари?

— Герхарда Милле взяли, правда, подраненного немного, Аслана контуженного, и еще одну тварь, бывшего сержанта-контрактника, ходившего у наемников отделенным, некоего Андрея Бокова.

— Хороший улов, поздравляю! Когда планируешь вылет?

— Минут через двадцать.

— Я жду вас! Встречу на вертолетной площадке пехотного батальона.

Лукин отключил связь, обратился к пилотам:

— Ну что, ребята, домой?

— Да мы хоть сейчас, ваши еще не загрузились, но заканчивают посадку.

Через полтора часа «вертушка» с бортовым номером 057 совершила посадку в расположении отдельного мотострелкового батальона.

А еще через час, после беседы Кириллова и Лукина с Герхардом и Асланом, Милле вызвал на связь Джуму:

— Босс, это Герхард!

— Рад тебя слышать! Что скажешь, дорогой?