Кодекс морских убийц - Сергей Зверев

Тогда наш МИД направил вторую ноту: «Вы надругались над вечным покоем наших погибших подводников, вторглись в пределы братской могилы…»

Госдепартамент не замедлил с ответом. «Ваши моряки перезахоронены в море по всем правилам, принятым в ВМФ СССР и РФ». К ответу прилагалась копия киносъемки.

На том переговоры закончились, ибо нашим дипломатам крыть было нечем.

Мы с Горчаковым снова сидим в его кабинете на Лубянской площади. Снова пьем кофе с коньяком и смотрим воспроизводимую на DVD-проигрывателе видеозапись. Только запись теперь другая.

На дальней стене корабельного ангара висят государственные флаги; меж двух рядов американских моряков, одетых в парадную форму, стоят контейнеры с телами наших моряков. Звучат гимны двух стран, затем военный священник служит молебен на русском и английском языках.

Посмотрев запись, некоторое время с чувством грусти молчим.

Встаю, подхожу к окну.

– А что же произошло потом?

По возвращении в Москву Горчаков почти не выходил из кабинета, заставив работать в том же ритме и направлении три десятка опытных сотрудников. В результате он узнал многое.

Достав из пачки сигарету, генерал долго разминает ее тонкими пальцами и рассказывает:

– Захоронив шестерых советских подводников, «Эксплорер» убыл к Западному побережью США, в район Сан-Франциско. Там в тщательно охраняемой бухте под названием «Редвуд-Сити» из носовой части извлекли торпедное вооружение и обследовали сохранившееся оборудование, признав некоторые технические решения «весьма интересными».

– Значит, они добрались до жилого отсека и командирской каюты?

– Да, второй отсек лодки оказался в руках американской разведки. Но «расколоть» шифры радиообмена, а также завладеть аппаратурой ЗАС-связи и боевыми пакетами у них не вышло.

Не понимая, что же могло помешать им, я гляжу на шефа. Как же так? Поднять с глубины носовую часть субмарины с командирским отсеком и… Впрочем, одно объяснение есть.

– Видимо, документы погибли от долгого пребывания в воде?

– Теперь этого никто не узнает, – загадочно улыбается старик. И наконец выдает свою тайну: – А в далеком девяносто четвертом на нашу сторону встал его величество Случай. Все дело в том, что командир подводного крейсера капитан первого ранга Локтев был очень высокого роста и с трудом переносил неудобства тесной каюты. Во время планового ремонта подлодки он договорился с главным инженером завода о небольшом отступлении от проекта. Проще говоря, о переносе шифр-рубки в другой отсек и расширении командирской каюты за счет освободившегося места.

– И ее перенесли?

– Представь – да. Мы разыскали того главного инженера, давно ушедшего на заслуженный отдых. Он честно признался, что за некоторое количество чистого спирта распорядился произвести работы по переносу рубки в четвертый отсек.

– Представляю, – посмеиваюсь я в кулак. – Теперь я точно представляю, когда американцы поняли, что наш народ не победить.

– Видимо, когда на месте шифр-рубки обнаружили капитанскую каюту с удлиненным диваном.

– Точно. А что же потом стало с «Глобал Эксплорером»?

Вспомнив о сигарете, Горчаков щелкает зажигалкой.

– Подъем совершенно бесполезной носовой части нашей субмарины обошелся американским налогоплательщикам почти в миллиард долларов по курсу начала девяностых годов. Не сумев компенсировать огромные расходы, американская разведка решила использовать специальную платформу весьма оригинальным способом. В стародавние времена западнее Калифорнии затонул испанский галеон с грузом золота и серебра. Одна из компаний, оплатив лицензии и надлежащим образом оформив все документы, намеревалась его поднять. Но пока компания готовилась к работам, «Эксплорер» темной ночкой прибыл в район, с ходу ухватил своими клешнями ценный груз и был таков. Разразился скандал, компания подала иск в Верховный суд США. Но руководство ЦРУ недвусмысленно намекнуло: «Хотите работать дальше – закройте рот и заберите иск».

– И компания сдалась?

– А куда она денется? Закон жизни: сильный поедает вкусного.

– Ну да, у них же торжество Закона!..

– Дальнейшей судьбы «Глобал Эксплорера» я не знаю.

– Занятная история… Сергей Сергеевич, вы говорили о том, что сотни родственников по-прежнему ждут вестей о погибших подводниках ракетоносца К-229. Мы проделали огромную работу и узнали подробности гибели. Когда же огласят результаты нашей экспедиции?

Помрачнев, старик тяжко вздыхает:

– Думаю, что никогда.

«Как же так?! Почему?!!» – пожираю я его взглядом.

– Так решило руководство двух стран.

– И как давно?

– Пару дней назад, во время встречи на высшем уровне. Мне же сообщил об этом один деятель в адмиральском мундире.

Последнюю фразу Горчаков произнес с явной неприязнью, словно говорил о встрече на кухне с большим черным тараканом.

– …Служит в Главном штабе ВМФ один неприятнейший тип – человек из далекого прошлого. Так и сказал: «Есть обстоятельства, которые стороны договорились не обнародовать. Забудьте и думать о том, что когда-нибудь семьи погибших узнают правду…»

Вот так. Ни больше, ни меньше. И чем же, позвольте спросить, наши нелюди от политики отличаются от нелюдей из американской политической элиты? Верно – только наличием московской прописки.

Горчаков молодец – свое дело знает. Но я тоже времени не терял и часто возвращался мыслями в западную часть Тихого океана. Слишком много оставалось невыясненных вопросов, связанных с удалой компанией аферистов из Лос-Анджелеса. Теперь, по истечении нескольких спокойных дней, я сумел смоделировать четкую картину всего того, что происходило в районе стратовулкана.

Во-первых, я понял назначение второго подводного аппарата в арсенале Дастина – так называемого «робота со средней глубиной погружения». И понял я это, узнав о пятом члене экипажа буксира – о маленьком человеке по имени Эскобар. На самом деле «робот» был миниатюрным обитаемым аппаратом с глубиной работы до двух с половиной – трех километров. При осмотре аппарата меня заинтересовало назначение третьей титановой сферы; на мой вопрос Дастин уклончиво ответил о каком-то электронном оборудовании. Откуда ему было знать, что он рассказывает сказки человеку, знающему об этой технике практически столько же, сколько известно ее конструкторам. Третья сфера была установлена для размещения маленького пилота – Эскобара. А уловка с «роботом» понадобилась Дастину в целях перестраховки – на тот случай, если на буксир снова пожалуют с проверкой американские вояки. Ни одному из проверяющих не пришло бы в голову, что в эту сферу сможет уместиться человек.

Во-вторых, я на девяносто девять процентов уверен в том, что пока мы возвращались вдоль склона из бездны, туда же отправился «робот», пилотируемый Эскобаром. Он тащил трос, при помощи которого двумя часами позже захватил одну из баллистических ракет.