Расстрельная сага - Александр Тамоников

Шаламеев на собственной шкуре испытал, что означает быть наемником, поэтому понимал этих молодых, безразличных ко всему до начала «работы», возможно, уже обреченных на смерть парней! И в группе Райкеля он видел профессионалов. Составив собственное мнение о «гостях», бывший капитан на время потерял к ним интерес. Он устроился поудобнее на переднем сиденье и закурил.

В 10.15 «Газель» сошла с шоссе на грунтовую дорогу, уходящую к деревне Хвоста, что расположилась на берегу заболоченного лесного озера. Остановилась возле усадьбы на самой околице. Высокий песчаный холм закрывал дом усадьбы от остальных, в основном брошенных и полуразрушенных зданий селения.

Шаламеев вышел из «Газели», прошел через калитку во двор, вошел в открытую дверь крепкого и большого бревенчатого дома с мансардой, имеющей отдельный тыловой вход в виде уличной лестницы. Впрочем, этот вход от центральных ворот виден не был.

В сенях Шаламеева встретил Шорин:

— Привет, Виктор!

— Привет!

— Доставил «гостей»?

— Доставил!

— И как они тебе?

— Нормально. Типичные наемники средней руки, кроме, пожалуй, старшего. Тот классом повыше, да и поопытнее своих подчиненных. Хотя так оно и должно быть.

Шорин кивнул:

— Добро! Давай размещай наемников в гостевых комнатах. После завтрака до 14.30 пусть латыши отдохнут. Могут принять душ, баки в сарае наполнены. Проинструктируй ребятишек, чтобы из дома на улицу нос не казали. В общем, организуй здесь все с Курком, а в 14.50 собери их в гостиной. Я к Штерну. В 15.00 будем здесь. Дальше — что решит генерал. Понял, Витя?

— Понял!

— Ну и хорошо. Работай. «Газель» в гараж. Она вряд ли теперь в ближайшие дни понадобится.

— Сделаю! Езжай. Жду вас с генералом в 15.00.

Шорин вышел через тыловую дверь сеней, прошел садом до второй задней калитки забора, за которой на проселочной дороге, уходящей в лес, его ждал джип «Тойота».

9.00 того же дня. Квартира Екатерины Уманской

Сергей проснулся от звонка будильника сотового телефона, который завел ранним утром, ложась спать. Проснулся и протянул руку обнять Катю. Но никого не обнаружил. Женщины в спальне не было. Не услышал майор никакого шума ни из зала, ни из кухни. И в ванной ни звука. А ведь у Екатерины сегодня выходной. И после вчерашнего бурно проведенного вечера она, по идее, должна бы находиться в постели. Странно!

Солоухов рывком бросил тело с кровати на пол и начал быстро отжиматься. Отжавшись легко сорок раз, поднялся, принялся делать общефизические упражнения. Перейдя на отработку ударов по невидимому противнику, вышел в гостиную. Прекратил размахивать руками, увидев на журнальном столике записку.

«Сережа! Извини, но меня вновь вызвали в больницу. Раньше пяти часов вернусь вряд ли. Так что ты уж до вечера как-нибудь без меня. Завтрак в холодильнике, ключи знаешь где. Будет желание, звони на мобильный! Хотя, если операция, ответить не смогу. Встречать не надо. Целую. Катя.

P.S.: Я вчера, наверное, выглядела в школе полнейшей идиоткой! Как оказались дома, не помню. Ужас! Пока!»

Сергей, выпрямившись, потянулся.

Вот оно что! Катю вызвали в больницу. Значит, звонили по городскому телефону, а он и не слышал. Впереди встреча с Брединским. И эта встреча не повысит настроение Марку. Но ничего не сделаешь, такова жизнь. Сейчас в душ, легкий завтрак и — к заводу. Вот только разговаривать они будут не в кабинетах административных корпусов, а где-нибудь в парке, или лучше в лесу, до которого от промзоны города от силы минут двадцать — полчаса езды. Вопрос: как вытащить Марка с завода так, чтобы это не засекли возможные наблюдатели Штерна? Но эту проблему пусть решает сам Брединский!

Сбросив плавки, майор отправился в ванную, где встал под освежающие струи слегка теплого душа.

Без пятнадцати десять майор остановил свою иномарку возле кинотеатра «Восток». Отсюда до завода было три остановки на трамвае. Если за Брединским и велось наблюдение, то уж точно не отсюда. Сергей снял с панели сотовый телефон, набрал номер школьного друга.

Тот ответил сразу, словно ждал звонка:

— Да?

Солоухов заговорил быстро:

— Привет, Марк. Молчи, ничего не говори, только слушай! Я нахожусь у кинотеатра «Восток». Найди возможность покинуть завод и прибыть к кинотеатру. Лучше, если ты это сделаешь один. Ничему не удивляйся. На все вопросы я отвечу при встрече. Теперь скажи что-нибудь, типа «мне сейчас не до вас» — и отключись. Жду тебя! Если не сможешь незаметно уйти с предприятия, отзвонись, но опять-таки ничего не говори. Просто набери номер, чертыхнись, мол, не тот, и отключись. Я пойму и постараюсь найти другой вариант встречи. На заводе мне появляться нежелательно. Все, отбой!

Сергей отключил телефон, вставив его в держатель передней панели. Он был почти уверен, что услышит пустой вызов, так как понимал, насколько трудно товарищу будет незаметно скрыться с завода. Фигура он слишком приметная. Для всех. Однако пустого вызова не последовало — Солоухов увидел вышедшего из-за кинотеатра Брединского. Марк оглядывался по сторонам, ища взглядом Сергея. Майор из форточки махнул ему рукой.

Спустя минуту кандидат в губернаторы опустился на мягкое сиденье переднего пассажира автомобиля Солоухова.

— Что означает эта конспирация, Серега?

Вместо ответа майор задал свой вопрос:

— Ты одежду давно не проверял?

Брединский удивился:

— В смысле?

— В смысле «жучков», которые на твой прикид могли насажать люди Штерна!

— А?! Вот ты о чем! Об этом не волнуйся. Меня предупреждали о подобных штучках, и в кабинете установили специальный аппарат. Пока ничего замечено не было.

— Это хорошо. Но пока о делах выборных ни слова. Сейчас отъедем в одно место, там и поговорим.

Солоухов резко развернул иномарку и повел ее на выезд из города. Одновременно отслеживая обстановку, пытаясь определить, не подцепили ли они с Брединским «хвост» Штерна. Ничего подозрительного майор не заметил. Сворачивая в лес, он был уверен, что слежки за его машиной не велось, но вот в том, что Марк на самом деле «чист» от прослушки или маяков, полной уверенности у майора не было. Поэтому, остановив машину сбоку от грунтовки, на небольшой поляне, и приказав другу молчать, Сергей лично тщательно проверил одежду Брединского. Марк оказался прав, он был «чист» от, как сам выразился, всяких шпионских штучек.

Закончив с проверкой, Сергей предложил Брединскому прогуляться по лесу. Тот без особого энтузиазма, но согласился.

Выйдя из салона, кандидат в губернаторы спросил майора:

— Не понимаю, за каким чертом мы приехали сюда?

— Ты же сам просил о встрече!

— Да, но не здесь же. Почему мы не остались на заводе? Или хотя бы в пределах города.