Ангелы сирийского неба - Александр Тамоников

К 21.00 боевая группа была готова к вылету.

Викулов провел последний инструктаж.

С подполковником Шахановым связался командир взвода сирийского спецназа:

– Набат, это Евфрат. Как слышишь?

Капитану Фариху Рамаду был передан позывной Шаханова.

– Слышу хорошо. Где находишься, Евфрат?

– Через час начну выдвижение на заданный рубеж. Идти приходится осторожно. Разведка сбросила информацию о выходе в район крупной банды боевиков. Пока мы не встретились с ними. Со мной две БМП-2. Новые машины.

– Продолжайте движение. Рубеж должен быть занят в двадцать три ноль-ноль.

– Принял, Набат.

– Дальнейшие указания по ходу развития ситуации.

– Принял.

– О выходе на рубеж доложить!

– Есть!

Боевая группа вместе с морпехами находилась в десантном отсеке «Ми-24», несущий винт которого медленно вращался.

На площадке оставались только Викулов, Шаханов и Грубанов. Они ждали Королева с последними разведданными.

Начальник штаба подъехал и сразу сообщил:

– Обстановка в районе Эль-Халя не изменилась. Обращает на себя внимание одна деталь, пропущенная ранее, а именно сгоревший остов автомобиля-внедорожника, который следовал из Эр-Ракки в Эль-Халь.

– Посмотрим на него. В самом селении новых людей не появилось?

– В Эль-Хале все спокойно, – ответил Королев.

Шаханов усмехнулся.

– Ну да, как и в Багдаде. Это в сказке про Аладдина. Ладно, товарищи, полетели мы. Сейчас двадцать один десять. В двадцать два тридцать мы должны быть у рощи, в двадцать три – закольцевать усадьбу Дулаима. Потом, естественно, штурм.

– Дмитрий Михайлович, желательно все сделать тихо, – проговорил Викулов.

– Конечно, товарищ полковник. По Хадиду отдельная задача будет?

– Я запросил Москву. Там не думали об этом. Но если возьмем полевого командира, то это только плюс. Хотя главное – доставить на базу майора Пестова. Живым, Дима. За этим следит сам президент.

– Ради этого мы все и затеяли. Ладно, по коням!

– Удачи!

– До встречи, товарищи офицеры. – Подполковник Шаханов поднялся на борт.

Дверь закрылась. «Ми-24» вырулил на взлетку и через какое-то время исчез в ночном небе. Операция началась.

«Ми-24» шел на высоте три тысячи метров со скоростью триста километров в час. Все системы работали безупречно.

«Ми-24» мог идти относительно спокойно. «Стингеры» вреда вертолету не нанесли бы. Специальные устройства, генераторы и тепловые ловушки нейтрализовали бы угрозу. Да и такая высота для устаревших модификаций «ПЗРК» являлась уже едва ли не критичной. Тем более что при проявлении угрозы или на опасных участках маршрута планировался подъем вертолета до четырех тысяч метров.

В 22.35 «Ми-24» совершил посадку у рощи в районе Эль-Халя.

Группа покинула машину, рассредоточилась поблизости на позициях круговой обороны. Этого можно было и не делать, но действия спецназа строго расписаны в инструкциях, обязательных к исполнению в любой ситуации.

Подполковник Шаханов и капитан-лейтенант Ревин прошли до остова сгоревшего автомобиля.

– Внедорожник шел к Эль-Халю и был подбит из гранатомета, – проговорил подполковник. – Стрелок, судя по всему сидел на холме. Оттуда открывается прекрасный обзор и возможность прицелиться. В Эль-Халь мог уходить начальник Хадида Авад со своим секретарем. Внутри обгоревшего салона два изуродованных трупа. Кто мог подстрелить Авада?

– Только Хадид, – сказал Ревин. – Авад узнал о Пестове, Хадид же, по-видимому, решил использовать ситуацию в своих интересах. Вот он и встретил начальника выстрелом из гранатомета.

– Ты прав.

В группу Шаханова кроме прибывших морских пехотинцев входили всего шесть человек, считая и самого подполковника. В том числе специалист по электронике старший лейтенант Алексей Лаганов.

Командир вызвал его и приказал:

– Зафиксируй на камеру этот внедорожник и возьми образцы тканей трупов. Вдруг пригодятся?

– Есть, командир!

Шаханов подал сигнал на сбор группы.

К нему подошел заместитель майор Андрей Воропаев, капитаны Александр Тушин, Геннадий Саленко, старший лейтенант Руслан Камоев, а также морпехи старшина Дуканин и лейтенант Леонид Бурин.

В это время сработала сигналом вызова спутниковая станция Шаханова.

Он ответил:

– Набат!

– Я – Евфрат. Взвод находится на позиции, копаем капониры для БМП. Обстановка спокойная.

Шаханов приказал:

– Подготовьте вертолетную площадку, к вам подойдет «Ми-24», обеспечьте охрану!

– Принял, Набат.

Подполковник Шаханов отдал приказ:

– Сближение с целью до рубежа подготовки штурма в пятидесяти метрах от усадьбы. Там определение задачи каждому бойцу. В передовом дозоре капитаны Тушин и Саленко, в замыкании – морская пехота, за исключением капитана Ревина, который идет со мной. Старшему лейтенанту Камоеву продвижение вдоль рощи с выходом к группе у селения. Вопросы?

Вопросов не было.

– Отправляемся! Готовы? Вперед!

Боевая группа, состоявшая из девяти человек, начала продвижение к Эль-Халю, о чем Шаханов сообщил полковнику Викулову.

«Ми-24» ушел к позициям сирийцев.

8 ноября

В полночь боевая группа вышла к обозначенному рубежу подготовки штурма, проходившему на удалении в пятьдесят метров от селения и собственно усадьбы.

Там Шаханов подозвал к себе старшего лейтенанта Лаганова и спросил:

– Леша, аппаратура работает?

– Так точно! – Специалист по электронике снял с плеча металлический компактный ящик.

– Мне нужны снимки с беспилотника. Он еще здесь?

– Здесь, товарищ подполковник, только теперь кружится выше из-за подъема облаков.

– Неслышно летает.

– Так новейшая разработка, только в прошлом году проходила полевые испытания. В серии «Орланов» еще мало. Первые экземпляры сразу поступили сюда. Но высота полета беспилотника никак не отражается на работе системы «Рентген-2М».

– Преобразователь сигналов?

– На первом режиме опознавания.

– Подключи второй. Мне надо видеть все как в кино.

– Как в кино, командир, не получится, однако близко к этому сделаем.

– Сделай. Работай по усадьбе, затем по всему селению и прилегающим к нему территориям в радиусе километров пяти.