Ангелы сирийского неба - Александр Тамоников

– Хорошо, подождем. – Шаханов повернулся к командиру вертолета огневой поддержки: – Капитан Болтин?

– Так точно, товарищ подполковник! В штаб прибыл и мой оператор старший лейтенант Лучев.

– Как зовут тебя, капитан?

– Игорь. Позывной – «Гарпун».

– Машина готова к вылету?

– Так точно!

– Вооружение?

– Два подвесных контейнера с неуправляемыми снарядами, пушка. Больше вешать ничего не стали, решили, что дополнительные топливные баки будут нужнее.

– Это правильно. Подойдем к карте.

Офицеры подошли к экрану, на котором продолжала светиться карта.

– Нам надо сюда, – указал Шаханов, выставив маркером точку у рощи. – Сколько времени понадобится, чтобы оказаться на месте, и какой именно маршрут вы предлагаете?

Болтин взглянул на Шаханова и ответил:

– Маршрут: база – Эр-Сван – Кадар – обход Эр-Ракки – точка у рощи.

– Это сколько же километров выходит?

– Немногим более четырехсот.

– Скорость «Ми-24», насколько я помню, составляет двести семьдесят километров в час, не так ли?

– Крейсерская – да, максимальная – триста тридцать пять. Дальность полета – четыреста пятьдесят километров, но это без дополнительных баков. Мы берем горючки еще на пятьсот верст.

– На какой высоте пойдем?

– Статический потолок – тысяча четыреста метров, динамический – четыре тысячи девятьсот пятьдесят. Предлагаю идти на высоте в три тысячи метров.

– А разве возможен дальний полет на высоте, превышающей статический потолок?

– «Ми-24», товарищ подполковник, такая машина, что на ней можно экспериментировать. Но сейчас это не для нас. Мы, кстати, на данной высоте пробудем менее двух часов. Учитывая то, что пойдем со скоростью триста километров в час, окажемся на месте через час двадцать минут.

– У нас еще будет десант.

– Я в курсе.

– Значит, вы уверены в своей машине?

– Как в самом себе.

– Это хорошо.

– Внимание, товарищи, беспилотник над целью, – заявил начальник связи. – Применяем «Рентген», поступают первые снимки.

– Доставьте сюда Чаглара и подведите к экрану.

Когда в помещении появился помощник Элмаза, все офицеры вместе с ним встали перед большим экраном, на который выводилась картинка, получаемая с беспилотника.

Ее комментировал начальник штаба:

– Перед нами общий план селения Эль-Халь, теперь усадьба Белала Дулаима. Это гостевой дом. Там мужчина и две женщины, оружия нет. Во дворе техника, на двух пикапах установлены станковые пулеметы «Хубер», сейчас широко применяемые на всем Ближнем Востоке. Двухэтажное здание с внешней лестницей с тыловой части. Видны четверо мужчин, один из них Дулаим, второй Хадид. Мы получили карту с его персональными данными. В другой половине две женщины, пара детей. В отдельном помещении мужчина и женщина. Товарищи офицеры, позвольте поздравить вас! На снимках отчетливо виден мужчина, раненный в ноги и прикованный к постели. Это майор Пестов. Около него, видимо, врач и медсестра. Все, первые снимки больше никого не зафиксировали.

Шаханов потер руки:

– Славненько! Для нас это удача. С первого раза прямо в цель! Охраны вряд ли будет больше. Может быть, Хадид и имеет сторонников в селении, но такие герои, как правило, быстренько куда-то пропадают, если начинается какая-то заварушка. Итак, в усадьбе сейчас находятся Хадид, Дулаим, его семья, двое охранников и бригада медперсонала, состоящая из пяти человек. Это врач, его помощник, тоже, наверное, хирург, и три медсестры для круглосуточного наблюдения за пациентом. Оружие у охраны, Хадида, Дулаима. На пикапах два пулемета. Ни «ПЗРК», ни гранатометов нет. Отлично! – Командир боевой группы взглянул на начальника штаба и спросил: – Сколько времени может находиться в небе беспилотник «Орлан»?

– Конструкторы заверяли, что шестнадцать часов, у нас же он держался где-то десять.

– Вполне достаточно. Это значит, что на момент операции мы сможем использовать его.

– Я понимаю, вам не терпится начать операцию, на то вы и президентский спецназ, – проговорил начальник штаба. – Но я не делал бы заключения о силе противника прямо сейчас. Первые снимки не всегда дают полную и объективную картину. Вот когда у нас наберется пара десятков таковых, тогда и можно будет принять окончательное решение.

– Я учту ваше замечание, товарищ подполковник. Впрочем, уточнением обстановки вы будете заниматься без меня. Я формирую группу, еще раз прорабатываю план операции с командиром «Ми-24», связываюсь с сирийским спецназом. В общем, готовлюсь к вылету. А вы тут выясняете детали. В любом случае работаем сегодня в ночь. – Он повернулся к непосредственному начальнику: – Разрешите идти, товарищ полковник?

– Да, – ответил Викулов.

– Честь имею, товарищи офицеры. – Шаханов козырнул и вышел из кабинета.

Викулов приступил к допросу Чаглара:

– Вы узнаете Амира Хадида и Белала Дулаима?

– Это сложно сделать по данным снимкам.

– Ничего, сейчас мы придадим им вид обычного фото. Ну что?

– Да, господин полковник, в большой комнате сидят Амир Хадид и Белал Дулаим.

– У Хадида в Эль-Хале есть люди, которых он мог бы поднять для защиты дома своего помощника?

– Нет. Хадид лишь прячется там. Да и Дулаим старается не афишировать свою причастность к ИГИЛ. Ему это не надо. Законы кровной мести никто не отменял. Если игиловцы вдруг убьют какого-то соседа Дулаима, то нетрудно догадаться, на кого падет гнев родственников этого погибшего человека.

– В усадьбе два пикапа и внедорожник. Хадид может достать другие машины?

– Да, в Эр-Ракке. Оттуда, кстати, он может запросить помощь.

– Это понятно. Вот только захочет ли Хадид поднимать шум, обнародовать тот факт, что держит у себя российского пилота?

– Это может сделать Дулаим, если Хадид погибнет.

– Понятно. Вы можете что-нибудь добавить?

– Мне, господин полковник, проще отвечать на вопросы.

– В таком случае вас уведут. Пока вопросов нет, но они могут возникнуть позже.

– Да, конечно, господин полковник.

Очередные снимки системы «Рентген 2М», установленной на беспилотнике, дали дополнительную информацию. Данные о людях и пленном пилоте полностью подтвердились, по технике тоже. Новым стало обнаружение спутниковой станции и двух гранатометов «РПГ-7» с парой выстрелов на каждый, тайника с боеприпасами – двумя лентами по двести патронов для пулеметов «Хубер», шести магазинов к автоматам. Дальнейшая работа «Рентгена» только подтверждала сведения, полученные ранее.