Исполнитель приговора - Альберт Байкалов

– Сделаем так, что находящиеся на «точке» боевики не смогут связаться со своими руководителями, – заверил Антон.

– Я знаю, что у тебя теперь техника, способная противостоять целому батальону радиоэлектронной борьбы, – генерал потер подбородок. – Кстати, удалось профинансировать только три комплекса, подобных тому, что перегнал сюда Лаврененко.

Отвечающий за организацию связи и прочие электронные «примочки» Лавр доставил в Завитаевск «Газель», до отказа напичканную последними достижениями военно-промышленного комплекса. При помощи них можно было выполнять самые разные задачи, включая постановку помех, которые напрочь лишали возможности работать на любых средствах связи. Исключали подрыв радиоуправляемых взрывных устройств, либо, наоборот, пробивая частоты и находя нужную, уничтожали боезаряд дистанционно.

В войсках на Северном Кавказе уже давно использовался комплекс «Пелена» на базе автомобиля типа «Урал» или «ГАЗ». Но этот был по габаритам в несколько раз меньше, что позволяло разместить его, вместе с другим оборудованием, в грузовом отсеке микроавтобуса.

– Не будем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня, – принял неожиданное решение генерал и пружинисто встал со своего места. – Иди, завари кофе, а заодно объяви сбор группы. Я пока оденусь. И разбуди Линёва! – крикнул он направившемуся на кухню Антону.

– Я не сплю! – раздался голос из соседней комнаты.

– Вот контрразведчик чертов, – шутливым тоном проговорил генерал. – И ночью от него не утаишься.

* * *

Когда Джинн с Ризваном подошли к Чемтиеву, тот уже успел прийти в себя. Охранник Шаха осветил его небольшим фонариком. Умид сидел, прислонившись к железной стене гаража, и безучастно смотрел перед собой.

Молча подхватив под руки, они поволокли его к машине. Бауди открыл багажник и снял верхнюю панель.

Бросив по сторонам настороженный взгляд, Вахид с Ризваном уложили предателя за задние сиденья. Шах при этом не соизволил даже выйти из машины.

– Теперь куда? – когда все вновь заняли свои места, негромко спросил Бауди.

– К Халиду, – покосившись на Джинна, негромко скомандовал Бакуев.

– А Дукваха? – в голосе водителя появились нотки растерянности.

– Поедет с нами, – Шах отвернулся в окошко. – Он доказал, что любит свою родину, даже не понимая, чем мы занимаемся в этой глуши. Значит, у него есть голова на плечах, что в наше время большая редкость.

Машина долго петляла по городу, пока не оказалась на одной из его окраин. В Завитаевске заметно увеличилось количество патрульных машин. Шах относился к этому спокойно. Со слов Табанжи, русские постоянно усиливают патрулирование в районах скопления иностранных рабочих. Это происходило повсеместно, с одной стороны, чтобы сдержать всплеск проституции, а вместе с ним бытовые драки и убийства, с другой – чтобы не допустить конфликта иностранцев с местным населением.

Спустя полчаса, оказавшись за городом, машина выехала на шоссе, оставив далеко позади себя стационарный пост ГАИ, и направилась в сторону областного центра. Однако вскоре вновь свернули на грунтовую дорогу. Миновали березовую рощу, объехали заброшенное поле.

Впереди, в свете луны, забелели несколько длинных, похожих на бараки, зданий. Сразу за ними начинался лес.

Бауди, не сбавляя скорости, въехал на территорию, огороженную остатками бетонных плит, и остановился.

Тут же от здания, расположенного справа, отделилась тень. Когда она приблизилась, Джинн понял, что это мужчина, вооруженный автоматом.

Наружу вышел Ризван. Обменявшись с незнакомцем несколькими фразами на чеченском, он махнул Бауди рукой. Тот медленно поехал между развалинами кирпичных сооружений. Ризван шел рядом с машиной.

Через пару сотен метров машина свернула в открытые ворота одного из корпусов и встала. Было темно, но по звукам шагов, ворвавшихся в салон, как только двигатель заглох, Вахид догадался, что к машине спешат сразу несколько человек.

В конце помещения открылась дверь. Освещенный светом электрической лампы, в ней появился силуэт еще одного человека.

На всякий случай Джинн незаметно поправил спрятанный за пояс пистолет, который забрал у Чемтиева.

Шах и водитель выбрались наружу. Кто-то открыл багажник.

– Вытащите этого шайтана, – раздался голос Шаха.

Послышалась возня. Машину качнуло. Не зная, как поступить, Джинн тоже выбрался из машины. Постепенно глаза привыкли к темноте, и он разглядел несколько человек, снующих вокруг лежащего на земле летчика. Все говорили на чеченском.

– Почему он связанный, брат? – спросил кто-то заспанным голосом.

– Он трус, – лаконично ответил Шах. – Отведите его в цех.

Вахид втянул носом воздух. Пахло перегнившим сеном и навозом. Скоре всего здесь когда-то был животноводческий комплекс. Таких, брошенных в девяностые, по России было не счесть.

Умида подхватили под руки и поволокли в конец здания. Вахиду ничего не оставалось, как пойти следом.

За перегородкой из кирпича располагалось большое помещение, залитое ярким электрическим светом. По отпечаткам вмонтированных в бетон пола металлических креплений и платформ было понятно, что когда-то в этом помещении была котельная и, возможно, насосная станция.

Сейчас вдоль одной из стен стояло несколько новеньких станков самого разного назначения. Рядом несколько металлических бочек.

Пятеро средних лет мужчин в замызганной одежде встали вокруг брошенного на пол Умида. Трое были вооружены автоматами.

Шах присел на корточки и, брезгливо сощурившись, схватил летчика за волосы.

– Посмотри на этих людей! – заворачивая голову несчастного с такой силой, что у того из глаз брызнули слезы, процедил он сквозь зубы. – Они работают по двадцать часов в сутки, не разгибая спины, рискуя в любой момент погибнуть в этой конюшне. У большинства из них тоже семьи и дети. Среди них нет ни одного человека, кто бы не потерял в войне с неверными кого-то из родных. И ты хотел предать их?!

Он с силой ударил свободной рукой Умида по лицу.

– Неправда! – Умид, морщась от боли, на секунду зажмурился. – Я всего лишь хотел уйти. Просто мне необходимы были гарантии безопасности… Я уже немолод для подобной работы.

– Значит, ты дезертир?! – воскликнул Шах и обвел взглядом стоящих вокруг него чеченцев. – Знаешь, я не буду тебя убивать. Даже пальцем не трону. Ты все равно полетишь туда, куда тебе будет сказано. Либо за штурвалом самолета, либо заваренный в бочку вместе с тротилом.

Неожиданно Умид встретился взглядом с Вахидом. Лицо исказила ненависть:

– Будь ты проклят! – Он скрипнул зубами. – Лучше спроси у этого стукача, откуда он знает мое настоящее имя!

Все чеченцы развернулись в сторону Джинна.