Жалостью к врагам не страдаем - Александр Тамоников

– Я все понял, саиб!

– А понял, так действуй. Да поможет тебе Всевышний! О гибели Зайнулло и Гарнуса в группировке знать не должны. Все! Жду связи с Халифом.

Поднявшись с топчана, Абадзе прошел в дом и уединился в кабинете.

В 11.00 в служебное помещение дома полевого командира Амира Ахадрада вошел Карради. По его физиономии было заметно, что он изыскал способ выполнить сложное задание босса.

– Саиб, у меня на этот раз хорошая весть.

– Продолжай!

– Через пять минут вы сможете переговорить с Халифом.

– Вот как? Можешь, значит, когда захочешь? Как тебе удалось связаться с Хаба-Юртом?

– Через Щербатого, саиб!

– О нем я не подумал. Ну, и?..

– Я вышел на Джербет. Щербатый по сотовому телефону позвонил в Хаба-Юрт. Передал Халифу ваш приказ. Помощник Керима сказал, что Асанов недавно выехал на кладбище, и доступ к спутниковой системе открыт. В 11.05 он вызовет вас.

Абадзе взглянул на часы, и тут же сработал сигнал вызова спутникового телефона. Полевой командир включил трубку:

– Ахадрад слушает!

– Это я, господин, Халиф из Хаба-Юрта. Щербатый передал, что вы хотели поговорить со мной?

– Да. Мы можем общаться спокойно? Тебя никто не слышит?

– Нет. Мы можем говорить. Это для меня такая неожиданность и честь!

– Удивляться будешь позже. Слушай и запоминай, что тебе предстоит делать сегодня вечером.

– Слушаю, господин!

– Сегодня вечером, ориентировочно около 19.00, у Керима случится сердечный приступ, от которого он умрет.

Наступила пауза, затем помощник Асанова спросил:

– Что? Я не ослышался? Керим должен умереть?

– Не должен умереть, а умрет. Его организм отравлен, и часы сочтены.

– Но…

– Не перебивай, а слушай! Вопросы задашь потом. Вечером ты должен находиться возле Асанова. Когда ему станет плохо, поднимешь шум, вызовешь фельдшера. Будет лучше, если с вами будет еще кто-то. Итак, вызовешь фельдшера, который зафиксирует смерть Асанова. Как только это произойдет, соберешь в усадьбе всех верных тебе людей. Сообщишь народу о смерти хозяина и объявишь себя главой селения. Далее, твои люди должны спровоцировать недовольство твоим поведением, если это не произойдет стихийно. Необходимо, чтобы против тебя выступила какая-то часть населения Хаба-Юрта и поднялся бунт, который ты должен подавить с особой жестокостью. Как только к усадьбе подойдут люди, прикажешь своим бойцам открыть огонь. И не важно, кто будет в толпе – вооруженные мужчины или женщины, дети, старики. Чем больше прольется крови, тем лучше. Только таким образом ты станешь на место Керима, забрав себе его усадьбу с женами, и установишь свой собственный порядок. Ты готов занять место Керима?

– Да, но…

– Что «но»?

– Это так неожиданно…

– Любые судьбоносные события наступают неожиданно. Если ты не сделаешь то, что я тебе сказал, то отправишься следом за Асановым. Я найду, кому подмять под себя аул.

Халиф проговорил:

– Я… я сделаю то, что вы сказали, босс!

– Молодец, верно оцениваешь обстановку. Теперь можешь задать вопросы. Только быстро и по теме!

– Да у меня сейчас и нет вопросов.

– Понимаю, тебе надо переварить услышанное. Переваривай. И далее действуй! К утру я должен говорить с тобой как с новым хозяином Хаба-Юрта. Тогда же, в спокойной обстановке, доложишь подробности захвата власти. И… займешься похоронами. Одно учти: информация о бойне в Хаба-Юрте не должна уйти дальше аула. Керима похоронишь со всеми почестями. Семьям погибших или пострадавшим заплатишь деньги. Но не стелись перед толпой. Толпа должна стелиться перед тобой. Позже я перешлю на твой счет крупную сумму денег. Ты станешь очень богатым человеком. И полновластным хозяином Хаба-Юрта. Если, конечно не совершишь ошибки. У меня все! До связи, Халиф!

– До связи, босс!

Отключив трубку, помощник Керима присел в кресло Асанова. Он звонил в Афганистан из его кабинета, убрав из дома охрану, пользуясь властью помощника Керима. Он был растерян. То, что сказал, а точнее, приказал Абадзе, ввело Халифа в ступор. Он сидел, тупо уставившись в трубку телефона. И только несколько затяжек анаши привели его в чувство. Халиф взглянул на часы, поднялся и вышел из кабинета. Вызвал к себе ближайших подельников, Радаева и Галанова. Он знал, что может во всем положиться на них, как и знал, что ему делать дальше. От былой растерянности не осталось и следа.