Последний контракт - Михаил Нестеров

Он тронул машину с места, когда дневальный автостоянки, одетый в синеватую униформу, проходил мимо. И тут же остановился: охранник делал ему знаки. Алексей вышел из машины и кивком спросил: «Что?» Тот указал на правую сторону «Порша». Родионов присвистнул, глянув на спущенное колесо.

— Спасибо, — поблагодарил он служивого. Махнул рукой водителю «Нивы», которому перегородил дорогу: «Сейчас». Сел в машину и сдал, полуобернувшись в кресле, на свое место. Хотел было бросить все к чертовой матери, но не позволяла директива «резидента»: приехать на работу на машине. Интересно, куда придется ехать? Может, Сергей решил познакомить его со своим руководством? Было бы неплохо.

Алексей открыл багажник, глянул на приспособление для монтировки шин — не тот случай, чтобы долго ковыряться с колесом. Он достал запаску и положил ее напротив спущенного колеса. Вернулся за домкратом и ключом. Постелив на запаску чистую тряпку, присел и ослабил болты на проколотом колесе, чтобы открутить их окончательно при приподнятом задке машины. Он опаздывал на работу, тем не менее не спешил, понимая, что суета только отнимет время.

Готово. Алексей опустил машину с домкрата, уложил на место проколотое колесо. Остановился напротив будки охранников и на ходу показал, что ему нужно вымыть руки.

— Гвоздь? — равнодушно поинтересовался дневальный.

— Не знаю, — ответил Алексей, намыливая руки над струйкой воды. — «Вулканологи» определят. — Спускаясь по лесенке, отметил время. На работу он опаздывал уже на десять минут. И с каждой минутой автодороги будут только пополняться транспортом. На круг выйдет полчаса.

На часах было 8.21, когда Родионов подъехал к охраняемому шлагбауму, привычно дождался жеста охранника: подчиненный поднес руку к головному убору, приветствуя Родионова.

Алексей проехал по ровным площадкам «бороны» и свернул на внутреннюю площадку, где у него было свое место — подальше от машин руководителей и поближе к отделению охраны. Едва он заглушил двигатель и открыл дверцу, его оглушил рев мотоцикла. Родионов даже не посмотрел на байкера — он один такой на все предприятие в целом и пожарный расчет в частности. Его звали Бойцом и он приезжал на работу на «Ямахе», почти всегда опаздывал.

Алексей вышел из машины, бросив взгляд на крайнее окно подразделения спецназа, официально именующееся «группой быстрого реагирования». Обычно бойцы в составе двух отделений, имеющих на вооружении противодиверсионные средства, заканчивали обход территории в половине восьмого ровно, а потом отдыхали в просторном помещении. Так и есть, автоматически отметил Родионов. В середине стоял теннисный стол, играли двое на двое. Окна не были зарешечены и никогда — затемнены, отсюда просматривались оба КПП. Металлическая створка внутренних ворот с «егозой» по гребню закрылась, пропуская байкера на «Ямахе», и как минимум до обеденного перерыва останется неподвижной.

Родионов на ходу поздоровался с бойцами и прошел за перегородку. Его металлический шкаф стоял третьим в первом ряду, на дверце рисунок — гроздь винограда. Алексей уже точно не помнил, кто из спецназовцев предложил стеба ради обозначить свои шкафы наклейками, как в яслях. Командир этой смены приклеил на дверцу изображение кукольного всадника на лошадке-качалке.

Алексей переоделся и прошел в холл; там к этому времени остались лишь контролеры. Кто-то не преминул качнуть головой: «Опаздываем». «Бывает», — натянуто улыбнулся в ответ Родионов. Он подошел к своему рабочему месту и едва взялся за журнал, как на третьей стойке вместо приветственного зеленого прибор вспыхнул предостерегающим красным и словно дал команду икающей сирене. Алексей увидел Егорова. Тот развел руками и несколько раз кивнул подошедшему охраннику: «Иду, иду, куда деваться?» К стойке начальника охраны он подошел уже в компании Валентина.

— Александр Николаевич, доброе утро! — поздоровался Родионов, принимая пластиковый пропуск Егорова. Без лишних слов он вставил его в контрольный сканер и перевел взгляд на монитор. Доброжелательная улыбка, которую Алексей приготовил для начальника отдела, исчезла, едва он ознакомился с содержанием информации на мониторе. Если в программу не вкралась ошибка, то Егоров сегодня уже проходил контроль — в 7.48.

— Вы не выходили сегодня? — задал Родионов лишний вопрос. Если бы Егоров выходил, компьютер выдал бы другие данные.

Сегодня он вышел из дома ровно в 7.30, как делал это на протяжении двух лет, пока расписание не изменили: раньше институт начинал работу в девять утра. Он откровенно шарахнулся от двух типов криминальной, как ему показалось, внешности. Они стояли перед дверью, один из них, судя по его позе, намеревался позвонить в дверь. Увидев хозяина квартиры, опустил руку, сунул ее в карман и извлек удостоверение оперуполномоченного Федеральной службы безопасности. «На прошлой неделе вы потеряли ключи, так?» — «Но я нашел их, это была ошибка, я говорил начальнику охраны...» — «Мы знаем. Кто-то мог на время завладеть ключами, сделать с них слепки или дубликаты. Вы берете работу на дом?» — «Изредка. Но ничего секретного». — «Вы работаете в области зенитно-ракетных систем, где любая бумажка засекречена. Нам нужно задать вам несколько вопросов». — «О господи...» — вздохнул Егоров.

— Снова проблемы с компьютером на третьей линии? — поддел начальника охраны недовольный Егоров.

— Посмотрим, — нахмурился в свою очередь Алексей, предчувствуя неладное; он напрочь забыл о том клочке бумаги, на который собственноручно набросал цифровой ключ и передал «резиденту». А пока что дал Егорову весьма дельный совет: — Опоздание можете списать на проблему с компьютером. За эту неделю уже вторая проблема.

— Не понял.

— Я говорю про ключи.

Егоров пересилил желание высказаться напрямую: «Это ты сдал меня, сволочь!»

Родионов вынул пропуск из сканера и положил его на полку. Потянулся к телефону и задел пропуск рукавом форменной куртки. Отвечая на звонок по городской линии, Алексей нагнулся за идентификационной карточкой Егорова...

* * *

Катя выругалась, приняв сообщение от группы наружного наблюдения:

— Мы упустили курьера.

— Как и почему это случилось?!

— Он работал с подстраховкой. На Максимова его поджидала белая «шестерка», номер А905НО. Она свернула между домами №1 и 3. Оттуда сразу же выехал «КамАЗ»-длинномер и перегородил нам дорогу. Скорее всего «шестерка» ушла по улице Рогова, а дальше по Живописной — она в том месте одна вдоль реки проходит.

— Да, здорово вы живописали! Начинайте придумывать отчет. Но прежде пробейте «шестерку»!

«Олухи! — снова выругалась Скворцова. — Ни украсть, ни покараулить».

* * *

В разговорах с Родионовым про начальника отдела Марковцев почерпнул дельную информацию и довольно четко представлял путь к лаборатории 12-Г. Фактически все отделы являлись локальными зонами. Тот же пропуск давал допуск на вход в тот или иной отдел; на ночь отделы закрывались на обычные замки, ключи сдавались дежурным.