Секретный пеленг - Иван Стрельцов

Четверка «Скорпионов», отстреляв на горном полигоне седьмой дивизии ВДВ «Дарьял» обязательную программу по уничтожению наземных целей при наступлении и обороне десантных частей, перешла к произвольной.

Еще в темноте бронеколонна покинула расположение полевого лагеря и выдвинулась на огневой рубеж.

«Скорпионы» синхронно развернулись и встали в шеренгу, задрав к небу тонкие длинные стволы. Возле боевых машин суетились бойцы, группа старших товарищей готовилась фиксировать результаты стрельб.

Начальник вооружения дивизии взглянул на свои наградные часы в золотом корпусе и коротко приказал, сопровождая команду взмахом руки:

– Начинайте.

Отработка произвольной программы заключалась в уничтожении высокоскоростных и маневренных мишеней.

В небе то и дело, как кометы, мелькали выпущенные с разных направлений реактивные снаряды, каждый из которых через несколько секунд разлетался в клочья, попав в облако взрывов артиллерийских снарядов.

– Этот балет хорош только для показательных выступлений, – буркнул один из офицеров.

– Это почему же? – поинтересовался стоящий рядом Магамедин Бекбаев.

– А что здесь непонятного, – снисходительно усмехнулся десантник. – Экипаж боевой машины не может состоять из двух человек, где командир выполняет роль многостаночника. Он обязан следить за полем боя и выбирать цели, которые должен уничтожать наводчик-оператор. В данном случае, наблюдая за небом, запросто можно пропустить болванку с земли в борт.

– Командиру не всегда нужно пялиться в небо, – возразил конструктор. – В основном эта обязанность автоматики систем наведения.

– Ну да, прямо на боевых я понадеюсь на железку бездушную, – зло ответил офицер – чувствовалось, он знает, что говорит.

И тем не менее Бекбаев был уверен в своей правоте.

– В данном случае, товарищ майор, в этой машине автоматика надежная. Это уменьшенная копия флотской системы «Абордаж», причем несколько месяцев мы на стенде ее доводили.

– На стенде, – ухмыльнулся десантник.

– Товарищ майор, я готов поспорить на ящик коньяка, что «Скорпион» и без экипажа уничтожит любую воздушную мишень, – громко, чтобы его все слышали, заявил Бекбаев.

На наблюдательном пункте повисла неловкая тишина, все присутствующие уставились на спорщиков. Майор встал со своего стула, оказавшись на две головы выше конструктора. В его глазах появилось ехидное выражение.

– А что, ящик коньяка – это заманчиво. Согласен, – и он протянул широкую ладонь.

Дальше испытания пошли веселее, теперь все с нетерпением ждали результатов спора. Бекбаев взял микрофон радиостанции и вышел на связь с головной машиной.

– «Скорпион 1», я «Центр», как слышите?

Рация хрипло ответила:

– «Центр», я «Скорпион 1», слышу хорошо.

– Боеприпасов для тридцаток много осталось?

– Добрая треть, «Центр».

– Хорошо, ставьте систему на автомат и покидайте машину. Как понял, «Скорпион 1»?

– Вас понял, «Центр». Выполняю.

Через минуту из боевой машины проворно выскочили оба испытателя в черных комбинезонах и танковых шлемах.

Наблюдая за четкими действиями экипажа, майор-десантник заподозрил что-то неладное, особенно не понравилось ему, что, оставшись необитаемым, «Скорпион» задергал артиллерийскими стволами то вверх, то вниз и по небольшой амплитуде стал разворачивать башню из стороны в сторону.

– Я это, пойду к операторам, проверю, как там они управляют пусками, – ни к кому не обращаясь, проговорил офицер и покинул наблюдательный пункт.

– Ну, держись, Кулибин, сейчас Серега сам сядет за пульт управления, а в стрельбе ПТУРами он ас, – засмеялся начальник вооружения, обращаясь к Бекбаеву. Тот лишь неопределенно передернул плечами.

– Это не мои проблемы.

Прошло долгих десять минут, когда наконец раздался хлопок выстрела противотанковой ракеты «Фагот». Вращающаяся вокруг своей оси ярко-светящаяся комета молниеносно рассекала пространство, то и дело виляя из стороны в сторону и меняя высоту.

«Скорпион» засек цель, его стволы дернулись, как будто принюхиваясь к жертве, и уже в следующее мгновение загрохотали выстрелы. Наперерез «Фаготу» устремилась розовая цепочка трассеров, и тут же раздался взрыв, разметавший горящие осколки ракеты в разные стороны.

– Лихой пассаж, – покачал головой главный оружейник, выпрямляясь во весь рост. Подошел к изобретателю и спросил: – А скажите, вашего зверя можно научить так же работать по наземным целям?