Антидиверсанты - Сергей Зверев

Северо-восточная Украина

Полигон

18 августа

00.50

Коваль никогда не опускал рук. Что бы с тобой ни произошло, в какой бы ситуации ты ни оказался, держи марку! Сжав челюсти, связав свою волю прочнейшим шпагатом, иди вперед! Ты же мужчина, офицер, командир отряда спецназа!

Произошедшая здесь катастрофа (по-другому не назовешь уничтожение украинского вертолета), по сути, полностью закрывала возможность успешного выполнения задания. Коваль был убежден, что любой здравомыслящий руководитель антидиверсионного подразделения в создавшихся условиях, не раздумывая, незамедлительно повернул бы обратно.

Но Коваль поступил иначе. Семь бед – один ответ. Терять уже нечего. Поэтому надо идти вперед, на амбразуры врага. Тем более что ему в голову пришла одна простая идея…

– Богдан! – остановил он своего заместителя, уже готовившего аппаратуру для связи с Киевом. – Отставить доклад Луценко. Пошли. Сюда и без наших сейчас слетятся со всего округа.

Потом резко поднялся и позвал Тараса и Кречета:

– Двинули за мной.

Когда спецы быстро прошли метров двести, оказавшись у края разрушенных сооружений Полигона, Коваль присел на траву под защитой густого куста терновника. Махнул рукой бойцам. Сейчас нужно было провести небольшую разъяснительную беседу.

– Вот что, хлопцы, положение у нас хуже некуда, – медленно произнес он, проверяя свой боекомплект. – Девяносто девять процентов, что мы угрохали военный патрульный вертолет. Сами разумейте, какие будут последствия. Вас я постараюсь отмазать, но…

Хлопцы молчали.

– Короче. Вариантов всего два. Первый. Мы вызываем штаб и ждем свой транспорт. Дальнейшее очевидно. Второй. Мы продолжаем выполнение задания. Правда, в этом случае нам нужно заключить между собой небольшой договор. Врубаетесь, о чем я?

Никто из спецназовцев по-прежнему не произнес ни слова.

– Сейчас мы вынуждены пойти на крайние меры, вступить в огневой контакт с засланными группами, а потом…

Коваль прервался, вслушиваясь в ночную тишину. Но ее нарушал только согласованный стрекот цикад.

– Бор, – тихо произнес Богдан, – почему ты в нас сомневаешься? Никто ничего не узнает. К тому же срезал вертушку я. И уже после того, как они покосили наших…

– Тебе прекрасно известно, – жестко сказал Коваль, – что расследование будет очень серьезным. Неужели ты забыл, как проверяют в ГРУ? Соберут все обломки «Ми-6», отправят на экспертизу, прочешут тут каждый квадратный метр, подсчитают число гильз. Даже если мы успешно ликвиднем диверсантов, на вопросы отвечать все равно придется. И не один раз. Но шанс свалить это дело на них у нас есть.

Со стороны поля ветер приносил едкий запах дыма, едва шевелились листья деревьев. Луна скрылась за тучами, и над Полигоном повисла темная августовская ночь.

– Так чего мы сидим, Бор? – Кречет, самый молодой боец, уже готов был вскочить с места.

– Эти хлопцы не дураки, давно завершили свои разборки. Ты думаешь, у них проблемы со слухом? Но уходить им пока рано. Простая арифметика. Одна группа что-то здесь ищет и, возможно, уже нашла, вторая ей мешает. Пока оба отряда не выполнят свои задачи, они останутся здесь. Я почему-то убежден, что этого пока не произошло.

Коваль поочередно посмотрел на лица спецов и неожиданно улыбнулся:

– Будем работать на полную мощь. Схема обычная.