Иного решения нет - Альберт Байкалов

Получив от Вахида информацию о наличии у боевиков компонентов биологического оружия, Филиппов некоторое время не мог в это поверить. Голова соображала плохо. Несмотря на то что Антон уже обсуждал с Родимовым вопрос о двояком смысле сказанного перед смертью сотрудницей военной разведки, он был в растерянности. Сказалось то, что спал он не больше часа. Было раннее утро, и размытые очертания в предрассветных сумерках окружающих предметов в совокупности с нереальностью информации некоторое время мешали сосредоточиться.

Первое – поднять личный состав и ввести в обстановку. Второе – доложить наверх. В принципе и первое, и второе делать придется одновременно. Оба мероприятия можно поменять местами, но суть от этого не изменится. Родимов сейчас здесь, значит, докладывать в Москву придется ему.

– Группа, подъем! – распахнув дверь, рявкнул Антон и направился в следующую комнату. Опочивальня, приготовленная для Родимова, разительно отличалась от кубрика, где располагались разведчики. Стол, стул, кровать. В углу видеодвойка. Золотистые шторы не позволяют видеть уныло серого цвета бумажные мешки с песком, которыми до половины заложены оконные проемы с установленными на них решетками. Стены оклеены обоями. Под потолком, вместо свисающего патрона с лампочкой на искривленном и засиженном мухами проводе, скромная, на два плафона, люстра. Кому-то покажется странным, но условия, которые были созданы для прилетевшего шефа, казались остальным офицерам райскими. Конечно, все прекрасно понимали, что обыкновенный человек, живущий где-нибудь в районе Рублевки, хотя там тяжело найти такого, напротив, удивится убогости интерьера так называемого генеральского номера. В представлении обыкновенного россиянина генерал – это уже не человек, а комплекс из квартиры, коттеджа, машины с мигалкой и развлекательной программы типа ресторанов, саун, девочек и охоты с вертолета. Как довесок на втором плане одетая в меха и увешанная золотом безобразно толстая жена, страшная, как атомная война, дочь и дебил-лейтенант, женившийся на ней ради карьеры. Все это старательно вбивалось в головы потенциальных солдатских матерей девяностых со страниц газет и экранов телевизоров зачастую в форме бездарно снятых рекламных роликов.

О хороших офицерах предпочитали не говорить. Во-первых, на них журналисту невозможно сделать карьеру, а во-вторых, за такими надо ехать в горячие точки, лазить по полигонам, ловить на стрельбищах. Напрягаться выгодно только в том случае, когда разыскиваешь очередного полевого командира, маньяка, либо психически больного человека, реализовавшего свои грезы на деле, да и то, если командировка оплачена каким-нибудь фондом типа Сороса или российским опальным олигархом.

Кровать Федора Павловича была заправлена, а сам он в одних брюках отжимался на руках от пола, с трудом отмытого перед его приездом.

– Доброе утро, – глядя на раскрасневшееся лицо шефа, протянул Антон, прикрывая за собой двери. – У нас плохие новости.

– У Хаяри сибирская язва? – Генерал пружинисто встал и отряхнул руки. – Мы об этом уже говорили.

– Тогда только предполагали, – Антон замялся.

– Как ты думаешь, – Федор Павлович снял с дужки кровати полотенце и направился к дверям, – я за каким чертом сюда приперся?

– Под утро пришло сообщение от Джина, – Антон посторонился, пропуская шефа мимо себя. – Хаяри был у Наставника за сутки до его возвращения. Кейс с бактериологическим оружием, предположительно спорами сибирской язвы, находился на момент проверки в крышке люка.

– Почему не предусмотрели такой вариант? – Родимов задержался и уставился на него колючим взглядом.

– Обыск был проведен тщательно, – Антон пожал плечами.

– Хорошо. – Родимов наконец взялся за дверную ручку и, взглянув на стоящего в коридоре дневального от комендантской роты, вновь посмотрел на Антона: – Сбор через семь минут наверху.

Офицеры расселись вокруг стола, за которым Антон провел ночь. В общих чертах все были в курсе происшедших событий. Родимов сообщил результаты работы группы Джабраилова в Москву. Информация такого характера не залеживается. Как водится, доложили президенту. Быстро обработав, разослали по департаментам и министерствам. В общем, как это принято говорить, довели до лиц, ее касающихся. Оттуда в расположенные на территории Чечни, Дагестана, Северной Осетии и Ставропольского края соединения и части Министерства обороны, подразделения МВД, МЧС и ФСБ полетели директивы, приказы, распоряжения. В основном они уже были конкретизированы каждому ведомству в соответствии со спецификой его деятельности. Если МЧС в срочном порядке готовилось к локализации возможных районов заражения, их дезинфекции, эвакуации людей, карантина и оказания помощи пострадавшим, то силовики отзывали из отпусков оперативных сотрудников, усиливали и увеличивали количество постов, маршрутов патрулирования. Войска старались максимально перекрыть административные границы. В общем, огромный механизм пришел в действие. Но все прекрасно понимали, что эти меры запоздалые. Угроза применения оружия массового поражения не устранена, а значит, в любой момент может произойти непоправимое.

– Нам неизвестно, на чем перемещается Хаяри, где находятся его основные силы, а главное, в каком месте он сейчас хранит контейнер, – обведя спецназовцев задумчивым взглядом, заговорил Родимов. – Тем не менее мы успешно провели первую фазу операции по внедрению наших сотрудников в ближайшее окружение араба, коим, несомненно, является Наставник. Наша задача сейчас находиться в полной боевой готовности и ждать дополнительной информации от Джина. Не отвлекаться ни на какие посторонние задачи. Зачистки, засады, поиски – пусть этим занимаются разведчики группировки и милиция. У нас есть реальная возможность выйти на след Хаяри, и мы должны ее максимально использовать.

Учитывая сложность задачи и то, что противник предпримет весь комплекс контрразведывательных мер, Родимов перевел взгляд на Антона, – подполковнику Филиппову в течение тридцати минут организовать транспорт, который в случае выезда не вызовет подозрения у местного населения. Территорию комендатуры необходимо скрытно покинуть. Район ожидания подготовить с таким расчетом, чтобы мы смогли добраться до Джугурты не больше чем за десять минут. Вопросы?

– Почему Джугурты? – Антон хотел встать, но генерал сделал знак рукой, чтобы тот оставался на месте. – Контейнер оттуда забрали. Больше Хаяри с этим поселком ничто не связывает.

– Там Вахид. – Генерал взял со стола ручку и стал задумчиво крутить ее в руках. – Раз старик посвятил его в тайну предстоящей акции, значит, они планируют его использовать.

– Он это и сказал, – подтвердил Антон.

– Поэтому я считаю, – не обращая внимания на реплику командира группы, продолжал Федор Павлович, – что либо Джина навестят для инструктажа, либо вызовут к Хаяри или одному из его помощников. В этом случае, насколько мне известно, Джабраилов меняет диапазон частоты своего маяка, и кто-то должен начать его преследование.

Заработал сигнал на станции. Филиппов бросил на генерала извиняющий взгляд и вышел из-за стола:

– Слушаю, Филин…