Призрак со свастикой - Александр Тамоников

— Договоримся, майор? — Что-то подсказывало, что стоит потянуть резину. Они уже допустили ошибку, раньше времени себя выдав. Почему бы не повторить?

— Извини, капитан, договариваться приказа не было.

— Но ты же понимаешь, начнем палить, и у вас будут потери. Кстати, майор, ты у меня на прицеле…

Савельев дернулся, побледнел. Покатился камень с горы. Стрелок наверху поднялся еще выше, теперь он частично видел смершевцев, мог и зацепить, имея чуток везения. Перебежали двое по правую руку от Савельева. Как не хотелось стрелять, черт побери! Но уже рвался на острие атаки смертельно бледный Звягин…

Дробно застучали автоматы за спиной Савельева и компании! Кто-то подкрался к ним сзади и начал бить в упор. Савельев повалился вниз лицом, простреленный в нескольких местах. Офицер, засевший наверху, успел выстрелить, но и ему не поздоровилось. Тело скатилось со склона, рухнуло на тропу, разбросав руки. Двое других, судя по звукам, пустились бежать. Но далеко не ушли, автоматы стучали, как отбойные молотки. Кто-то придушенно охнул, другой застонал, придавленный камнем. Очередная порция свинца избавила его от мучений. Павел хотел подняться, но что-то заставило прилипнуть к камню. Окаменел и Звягин где-то справа, слился со средой. Щипало глаза, и Павел усиленно моргал, всматриваясь в импровизированную амбразуру. Словно из тумана возникла фигура. Человек неторопливо карабкался по камням. Он был одет в форму советского офицера! В руках держал раскаленный от стрельбы «ППШ». Человек улыбался!

— Капитан Верест? Павел Сергеевич? — донесся знакомый простуженный голос. — Это Сенцов, можете выходить! Со мной мои люди! Вы славно поговорили с этими парнями, мы все слышали. Что, растут трофейные аппетиты некоторых недобросовестных людей?

Майор Сенцов? Вот так рояль в кустах! Майор ГБ вроде должен заниматься сегодня другим делом. Павел переглянулся со Звягиным, тот неуверенно улыбался и начал подниматься, упирая колено в шершавый булыжник.

— Федор Михайлович? Какими судьбами?

— Работаем, Павел Сергеевич, — засмеялся Сенцов. — Вы недооцениваете возможности НКГБ. Поверьте, когда-нибудь эта организация станет самой влиятельной в Советском Союзе. Сколько человек вас осталось?

— Двое… Вас не напрягает, Федор Михайлович, что вы застрелили офицеров Красной армии?

— Которые собирались застрелить вас, моего в некотором роде начальника… Давайте призадумаемся, Павел Сергеевич, они бездумно выполняли приказ или имели свой собственный интерес? Ведь кончилась война, скоро домой, лишняя копеечка, как ни крути…

Смазанное движение за спиной Сенцова! Словно крупная змея проползла между камнями. Пятнисто-серая раскраска, как полевой камуфляж немецкого десантника! А вот и каска, обтянутая сеткой…

— Сенцов, ложись, немцы сзади!!!

Павел выпустил несколько пуль из «ТТ», рухнул за каменную горку. Рухнул на землю и Звягин, и вовремя, шквал огня ударил по баррикаде, пули рикошетили от камней, сбивали их на головы оперативников. Те скорчились, закрыли головы руками.

Стрельба вдруг оборвалась. Наступила тягостная тишина. И в этой тишине вдруг кто-то стал насвистывать, не очень талантливо, но узнаваемо выводить мелодию. Павел похолодел. Йоганнес Брамс — «Немецкий реквием»…

Он вновь припал к своей амбразуре. Майор Сенцов предпочел опуститься на колено, спрятаться за булыжником. Сзади к нему подходили несколько солдат — в комбинезонах с опущенными капюшонами, они держали на изготовку штурмовые винтовки, внимательно разглядывали каменную горку в двух десятках метров. Им ничто не мешало бросить туда гранату, но почему-то пока воздерживались. Мелодию насвистывал рослый мужчина в эсэсовском мундире. Он стащил с головы фуражку, вытер пот с макушки. Голова была практически безволосая, сплющенная. Глаза у субъекта были насмешливые, пытливые. Это же некто Мартин Шульц, личный подручный гауляйтера Леманна! Непосредственный виновник гибели господ Хоффмана и Дрекслера, имевших информацию о «золотом» эшелоне. А возможно, к «скоропостижной» гибели банкира Краузе и директора вокзала Кёнига он тоже приложил свою кровавую руку…

Автоматчик что-то заметил, полоснул очередью. Пуля едва не проскочила сквозь амбразуру! Верест отпрянул и сполз вниз. Баррикада пока защищала. Он напряженно слушал, только бы не пропустить что-то важное! На него исподлобья смотрел Звягин, моргая воспаленными глазами.

— Ты слышишь меня? — прошептал Павел.

— Не глухой, — буркнул товарищ.

— Бросят гранату — катимся туда, — показал он на валун, способный прикрыть двоих. — Будут провоцировать — не стреляй, сразу повалят. Ползти можешь? Ползи туда, — показал он наверх. Каменная горка тянулась до обрыва свисающей террасы. Она вполне могла укрыть ползущего человека. — Но чтобы не видели, уяснил? Очень тихо. Ты должен оказаться на господствующей высоте. А мы пока поболтаем с товарищем майором госбезопасности…

Звягин кивнул и пополз в сторону.

— Павел Сергеевич, что-то тихо у тебя, ты еще здесь? — насмешливо спросил Сенцов.

Он видел краем глаза, как отползает Алексей. Но и автоматчики, судя по звукам, начинали рассредоточиваться.

— Здесь мы, Федор Михайлович, — неохотно отозвался Верест. — Перевариваем новый поворот… Так ты и есть тот самый «смотрящий», о наличии которого намекал Шалаев?

— «Смотрящий»? — удивился Сенцов. — А, это что-то из уголовного жаргона… Да, капитан, мы должны быть в курсе того, что затевает Смерш. Вас никто не считает глупцами. Вы доказали свою эффективность. А тут еще Трофейный комитет начал вставлять палки в колеса… Мы подозревали, что интерес проснется не только у контрразведки. Мы все время за вами следили. Но сегодня утром действительно произошло непредвиденное: эта досадная буча с поляками, на которую пришлось ехать, будучи должностным лицом в ГБ. На несколько часов мы потеряли вас из вида, и вот результат. Вы славно погуляли на объекте, Павел Сергеевич. Гарнизон и так небольшой, так вы его сократили вдвое. Но ладно, главное, что мы убили всех зайцев…

— Я так понимаю, ты не Федор Михайлович Сенцов?

— О, конечно, нет, — засмеялся лжемайор. — Подполковник абвера Леонард фон Рейнхардт. Последнее звание получил, находясь в глубоком советском тылу. Я родом из маленького городка в земле Гессен — это на западе Германии. С 38-го года занимался Россией, осваивал язык, менталитет ее жителей… Настоящий майор Сенцов утонул в болоте под Ржевом. Глупая и страшная смерть, гм… Несчастный человек, он потерял на этой войне всех родственников. Наши лица имели определенное сходство. Документы размыло — в штабе Калининского фронта выдали новые. Фактически перед вами самый настоящий майор НКГБ, занятно, правда?

— Всю войну в Красной армии?

— Ценю ваше чувство юмора, — засмеялся «майор». — Только с 43-го года. И то несколько раз приходилось переходить линию фронта, даже побывал в краткосрочном отпуске на родине. Помните 22 сентября 1939 года? Единственный случай в истории, когда войска вермахта и РККА проводили совместный парад, прошли торжественным маршем по улицам города Бреста. От наших войск парад принимал генерал танковых войск Гудериан, от ваших — комбриг Кривошеин. Пропагандистская служба рейха проводила съемку. В бундес-архивах до сих пор пылятся фотографии — офицер, стоящий за Гудерианом и что-то шепчущий ему на ухо — ваш покорный слуга. Я там неплохо получился. К счастью, ни одному офицеру Особого отдела за все годы не попалось это фото. Я занимался в Бресте сворачиванием полевой телефонной линии, формированием небольшой агентурной сети…