Призрак со свастикой - Александр Тамоников

— Леха, мать его за ногу, это же гауляйтер Леманн… — Павел чуть не взвыл от досады. — Уйдет же, сука!.. Еще и бабу свою с собой тащит… Кстати, познакомься, это баронесса фон Шлессер. Значит, не забыл свою зазнобу, отправлял людей следить за ее замком, не совсем она ему оказалась безразлична…

— Мы можем что-то сделать? — покосился на него Звягин.

Машина уезжала. Как гауляйтер собирался покинуть охраняемый район — загадка. Но, видимо, знал, что делал. А золото не убежит, все инструкции он раздал…

— Да ни хрена мы не сделаем, — буркнул Павел. — Ладно, номер запомнили… Сообщим командованию, пусть свяжутся с американцами, может, удастся вернуть его обратно… Давай по тропе, Леха, шевелим булками. Спустимся с восточного склона…

Казалось, все неприятности остались в прошлом. Натруженной рысью оперативники бежали по тропе в обход горы. Тропа превращалась в петляющую змейку, которая непрерывно сужалась. Камни выстреливали из-под ног. На тропе возник завал в половину человеческого роста. Он перекрыл не только тропу, но и часть склона. Что-то мелькнуло впереди над тропой! Фигура воздвиглась над валуном и скрылась. Реакция отменная, и плевать на усталость! Верест толкнул Звягина, и оба упали за каменную баррикаду. Что-то чиркнуло по камню над головой, завыло в воздухе. Дьявол, пуля! Но звука выстрела они не слышали!

— Командир, ты что? — прохрипел Звягин. — Меня чуть не сплющило…

— Зато квиты… — Павел вертелся, высвобождая автомат. — Стреляют по нам, не чуешь?… Ногу убери — чего выставил?

Звягин охнул, стал подтягивать конечность, выставленную на тропу. Пуля щелкнула по камню, и они прижались к завалу, только так могли остаться в «слепой» зоне для стрелка сверху. По тропе им навстречу кто-то перебежал. И внизу покатились камни, там кто-то возился. Там целая команда! А если тот, что наверху, немного поднимется?

— Командир, что за хрень? — Звягин таращился на него мутными глазами.

— Не знаю, Леха, давай разбираться…

Верест сместился вбок. Что-то вроде амбразуры — узкая щель между камнями, в которую не пройдет даже ствол «ТТ», который он сжимал в руке. Пошарил в подсумке, извлек револьвер «наган» образца 1895 года, который хранил на крайний случай. Автомат отложил — только помеха в этом неудобстве. Звягин тоже выискивал позицию, куда-то полз. Пуля сбила камень с завала, и он прокатился по спине Звягина. Стреляли из отечественного оружия. Один из первых серийных «глушителей» в СССР назывался «БраМит», по имени его создателей — братьев Митиных. Громоздкая конструкция, но с задачей справлялась. «Глушитель» можно было накручивать на «наган», на винтовку-трехлинейку. Широкого хождения в Красной армии он не получил, но для спецподразделений был незаменимой штукой.

Павел видел, как из-за камня на тропе высунулся хмурый мужик со знакомой физиономией. Темная ватная безрукавка, серая кепка. В руке пистолет с глушителем. Он сделал знак кому-то слева, справа. Перебежал еще один: тоже в штатском, в пиджаке поверх залатанного свитера. Верест ругнулся про себя. Вот и появились, когда про них забыли, люди на загадочной второй дрезине…

— Вы кто такие, господа хорошие? — спросил он по-немецки. — Может, пора представиться? Вы «пасли» нас в городе, «пасете» за городом… Выяснили все, что хотели?

— Так точно, товарищ капитан, мы все выяснили, — оскалился небритый тип, с которым Павел сталкивался на Линдау и которого видел в трофейной легковушке напротив квартиры Беккеров.

— Вот падла фашистская… — сплюнул Звягин. — Смотри, как по-нашему наблатыкался…

— Падла фашистская? — удивился человек в штатском. — Ты подбирай выражения, контрразведчик хренов… Перед тобой майор Савельев, боевой офицер Красной армии, с 41-го в действующих войсках, прошел весь путь от Москвы до Берлина. Со мной такие же строевые офицеры, кавалеры орденов Славы и Боевого Красного Знамени.

Павел не удивился. Услышать что-то подобное он и рассчитывал. Только грустно стало от этих слов.

— Мы тоже, майор. И ты об этом прекрасно знаешь. Тогда какого хрена твои люди в нас стреляют?

— Извини, товарищ капитан, ничего личного, как говорится. Просто ты, твои люди, да и твое начальство попали под раздачу. Право сильного, слышал о таком? В общем, извиняй, ты проиграл. Маловато вас осталось, нет? Вроде четверо было. Не бережешь ты людей, капитан…

— Товарищ майор, мы сюда болтать пришли? — недовольно спросил кто-то справа. — Может, закончим уже?

— Ага, скоро закончим, — хмыкнул Савельев. — Кстати, Верест, не советую вам стрелять. Только высунетесь, сразу снимем, уж поверь на слово.

Да верил он… Все кипело в нем от негодования. Ярость в голове не помещалась! Да, контрразведка Смерш — тоже не благотворительная организация, проявляла жесткость, порой жестокость, но чтобы так цинично ликвидировать своих!

— На кого работаете, Савельев? — спросил он, чутко работая ушами. Почувствует, если пойдут. Майор не хочет шума, это ясно, боится, что немцы услышат. Ведь немцы недалеко!

— Трофейный комитет, капитан, слышал про такую структуру? Специальный отдел Трофейного управления фронта. Выполняем задание командования. Ты ни в чем не виноват.

Мысли лихорадочно вертелись. Дело серьезное, еще какое серьезное. Трофейные бригады и службы свели в Трофейный комитет, поставив его главой маршала Советского Союза Ворошилова. Полномочия у Комитета шире некуда. Сбор, охрана, учет, вывоз, сдача трофейного вооружения, боеприпасов, боевой техники, продовольствия, горючего и других военных и народнохозяйственных ценностей, захваченных на территории противника. 300 тонн золота — неплохая «народнохозяйственная ценность». Мощная всесильная спецслужба — вот что такое Трофейный комитет. Кто такой Климент Ефремович? Да никто. Безвольное слабохарактерное существо. Перед кем он трепещет, помимо Верховного главнокомандующего? Не лезет ли в это дело всесильный нарком внутренних дел — весьма влиятельная и одиозная личность?

— На Лаврентия Павловича работаешь, Савельев? — спросил прямым текстом Верест.

— Я приказ выполняю, капитан. — Савельев выразительно глянул в сторону — там, похоже, что-то происходило. «Заболтать решил», — сообразил Павел, подавая знак Звягину. Тот начал приподниматься, сжимая «ТТ», но пока не выпрыгивал, как черт из табакерки.

— Уверен, что твоя работа пойдет на благо страны, а не конкретного человека, который и так не испытывает крайней нужды?

— Смешной ты, Верест, — язвительно засмеялся майор. — Наивно полагаешь, что ТВОЯ работа пойдет на благо страны?

Честно говоря, Павел не знал. И подполковник Шалаев, скорее всего, не знал. И тот, кто выше него. А вот что думают по этому поводу люди в заоблачно высоких кабинетах… Вересту плевать, он обязан выполнить приказ. И на приказ, полученный майором Савельевым, ему плевать.

— Как вы нас нашли, майор?

— Ты наверняка уже догадался. Зачем искать, если можно следить за тем, кто ищет и у кого получается? Мои люди служили в разведке, в специальных подразделениях, умеют наблюдать и быть невидимыми. Вы подсказали нам, где проход. Осталось лишь пробраться с другой стороны. Был хороший проводник, у нас подробные карты местности, информация обо всех предприятиях в этих горах — в том числе о секретных… Мы просто ждали вас, капитан. Примерно знали, какого направления вы будете придерживаться. Надеялись, вас прикончат на этом объекте, но вы оказались живучие…