Кондор умеет ждать - Александр Терентьев

— Это что еще такое? — Скат резко развернулся к замершим в паре шагов позади мичману и пленнику и, схватив последнего за отворот куртки, зло прошипел, указывая на решетку: — Я тебя, урод, спрашиваю: это откуда? Ты же говорил, что никаких дверей тут нет! Похоже, парень, ты что-то не понял… Решил в ловушку нас завести?

— Сэр… Сеньор, — бандит неожиданно осел, пытаясь встать на колени, — я про эту решетку забыл. Просто она никогда не закрывалась, всегда открыта была — я и забыл. Клянусь вам! Там можно рукой по стене пошарить — может быть, ключ с той стороны висит…

— Нет, ну точно придурок, — чувствуя, как злость сменяется чувством, весьма близким к ощущениям игрока, вдруг обнаружившего, что казавшаяся уже совсем близкой победа начинает оборачиваться безнадежным проигрышем — все козыри взяли вдруг да и превратились в никчемных, злорадно ухмыляющихся шестерок. — Какой к дьяволу ключ? Тритон, что делать будем? Стрелять по замку? Или гранатой? Так ведь на шум вся бандитская бригада через три минуты сбежится. И тогда нам точно будет полный кирдык…

— Тихо, командир, — Троянов неожиданно замер и по-змеиному зашипел: — Свет, свет гаси… Слышишь, нет? Вот опять… Кто-то к нам в гости прется. Судя по шагам — человек пять…

…И Скат, и мичман, приготовив оружие, замерли в наступившей темноте, прижимаясь спинами к холодным каменным стенам по сторонам решетки. Лейтенант после недолгих размышлений засунул пистолет за пояс, с едва слышным шелестом выдернул из ножен свой длинный нож и снова застыл в напряженном ожидании.

Шаги приближались и теперь были слышны совершенно отчетливо. Троянов был прав — сюда направлялись несколько человек. Может быть, трое. А могло быть и пятеро — трудно определить точно. Не очень-то и таятся, прикинул Скат, различая невнятные голоса. Если идут без особых предосторожностей, то, возможно, это и не по наши души… Так, первого же нужно снять ножом и отбросить в сторону, а там посмотрим…

Из-за угла блеснул свет, скользнул по решетке — и на каменный пол упала и зашаталась неровная тень от прутьев. Кто-то приблизился к решетке с той стороны и, подсвечивая фонарем, начал возиться с замком. Лязгнул и завозился в корпусе замка ключ…

— Да что ж ты не открываешься, а? — в голосе незадачливого ключника отчетливо слышались досада и нетерпение. Наконец замок все-таки смачно щелкнул, поддаваясь, и хорошо смазанная решетка подалась в сторону, пропуская непрошеного гостя в комнатку, где притаились лейтенант, мичман и пленный бандит, у горла которого Тритон держал клинок своего ножа — на всякий случай. Мало ли пленнику в голову что-то ударит и он рванется к своим или еще хуже — заорет что-нибудь вроде «атас, братва!»…

Скат пропустил вошедшего чуть вперед, мгновенно поймал шею в захват и рванул, сбивая с ног, на себя, одновременно зажимая ладонью рот. Из-под ладони вместо крика раздалось яростное мычание, захваченный еще разок-другой дернулся в наивной попытке освободиться, и тут же затих, поскольку лейтенант вполголоса заявил:

— Мария, это я, Скат… Как ты здесь оказалась, чертова девка, а? А майор где?

— Господи, как же вы меня напугали, — облегченно выдохнула Мария, поднимая с пола выпавший из руки фонарик и освещая лейтенанта и его спутников, при этом одновременно растерянно улыбаясь и потирая слегка пострадавшую шею. — Ну и хватка у вас, лейтенант… Майор? Они сейчас подойдут — отстали немного, а меня послали вперед решетку открывать.

Скат не очень-то понял, что означало сказанное девушкой «они», но переспрашивать не стал, поскольку за углом снова раздались странные шаркающие шаги, и Мария громко произнесла в темноту:

— Майор, у меня все в порядке, идите сюда. Я не одна — тут со мной наши парни…

Из-за угла сначала блеснул слабый свет, потом в проеме обозначились две тени и в комнатушку вошли двое: заметно прихрамывающий Орехов и сопровождавший его высокий и крепкий мужчина в поношенном военном камуфляже. Лейтенант, не скрывая недоверия и неприязни, осмотрел незнакомца с ног до головы и, не отводя взгляда, негромко спросил у майора, присевшего отдохнуть у стены:

— Майор, а это еще кто? Если мне память не изменяет, то именно он тогда по нам на скале палил, нет? Он что, ваш пленник? Или как?

— Да черт его знает, лейтенант, «как»… — устало пожал плечами Орехов, морщась от боли и осторожно растирая раненую ногу. — Сейчас он вроде с нами. Союзник — типа второго фронта. А дальше посмотрим…

— Союзник, значит, — скептически покивал Катков и заученным жестом вбросил клинок ножа в ножны. — Ну, вам виднее, раз вы не боитесь к нему спиной поворачиваться. А ко мне за спину, ты уж, парень, будь добр, не заходи — не люблю я… Майор, а ты как это своим ходом идешь-то? Нога как?

— Не очень нога, — сквозь зубы ответил Орехов и пояснил: — Наш союзник мне пару таблеток дал и укол всадил типа промедола. Я сейчас как тот заяц из рекламы — на батарейках бегаю. Только, боюсь, скоро сядут мои батареечки, лейтенант… Как у вас там дела?

— Господа, извините, что влезаю в вашу интересную беседу, — не скрывая озабоченности, сказал Джексон, прислушиваясь к звукам в глубине только что пройденного ими туннеля, — но у нас, изящно выражаясь, цейтнот. А если проще, то мы там немного нашкодили в муравейнике злых тварей, а они могут и в погоню кинуться. Давайте все беседы перенесем на потом, а сейчас поскорее уберемся из этой норы. Если наши муравьи оперативно перекроют люк, через который, как я догадываюсь, вы сюда проникли, то за наши жизни я и гнилого орешка не дам!

— Он прав, лейтенант, — пытаясь скрыть болезненную гримасу, начал подниматься майор, — надо срочно уходить. Все разговоры и планы — все потом…

Обратный путь к люку оказался намного труднее, поскольку теперь самодеятельным спелеологам пришлось идти «в гору». Впереди шли Мария с Джексоном, за ними тащился пленный бандит, а замыкали колонну Скат и майор, которому пытался помогать Троянов.

До колодца, выходившего на поверхность, добрались без приключений и, не медля ни минуты, Скат тут же первым отправил наверх пленника — если там, наверху, вдруг появилась засада, то пусть ему и первая пуля достается. Катков ничуть не опасался, что бандит выберется на вольный воздух и просто сбежит — слишком уж пленник был запуган, ко всему безразличен и, как пишут в военных сводках, «деморализован».

Пленник выбрался на поверхность и сразу подал сигнал, что вокруг люка все чисто, никаких «муравьев» нет. Тогда один за другим из-под земли выбрались и все остальные и, так же без промедления, сразу ушли в джунгли. Правда, по совету все того же Джексона, он сам, Скат и Тритон приволокли из кустов огромный обломок скалы и, пыхтя и краснея от натуги, водрузили его на закрытую крышку запасного люка, намертво прижимая «грибную шляпку». Теперь можно было не опасаться, что кто-то сможет открыть его изнутри. Даже гранаты вряд ли помогли бы, при том, что взрывом люк могло перекосить и вообще заклинить…

Обратный путь на «авианосец», предусмотрительно перепрятанный пловцами в другом глухом местечке, дался группе нелегко. Сначала с максимальной поспешностью добрались до лодки, потом на веслах долго шли, петляя по протокам. Но и самый долгий путь когда-нибудь да заканчивается, и вконец обессилевшие бойцы, не скрывая радостных вздохов облегчения, наконец-то шагнули на палубу трофейного катера, который Джексон еще недавно хотел взорвать с помощью парочки гранат.