Огонь на поражение - Петр Катериничев

— А что делать? Раз ты тупой. Помнишь, анекдот? Ва-силь Иванович собирает войско, объявляет; «Наши славные орлы-красноармейцы захватили вражеский бронепоезд. На бронепоезде обнаружена рация. Кто разбирается в рациях — шаг вперед!» Выходит мужик, спрашивает: «Ва-силь Иванович, а рация на лампах или на полупроводниках?» Чапаев хмурится: «Для тупых повторяю еще раз: на бронепоезде!»

— И к чему ты это?

— А к тому, что информация в компьютере, будь она на винчестере или на дискете, — структурная. Чтоб тебя не утомлять: ее нельзя уничтожить компьютерным «стиранием», всегда можно восстановить!

— То есть ты бы мог?

— Да. Естественно, за очень дополнительные деньги.

— За миллион, к примеру.

— Миллион — чего?

— Баксов.

— Где это так платят? Хочу туда!

— То есть, кроме трудоемкости, иных препятствий нет.

— У меня — есть.

— Какая?

— Если это не задевает мое человеческое или профессиональное достоинство.

— Например?

— Например, я не стану расшифровывать для террористов коды хранилищ ядерного оружия.

— За миллион?

— Честь — дороже. К тому же я — гений. А гений и злодейство — две вещи несовместные! Классику надо помнить!

— Согласен.

— Так что уничтожить информацию можно только физически — вместе с дискетой.

— Кувалдой?

— Можно и так, раз ты живодер. А можно — в огонь бросить.

— А лучше — и то и другое.

— Олег, как я понял, уничтожить тебе важнее, чем сохранить.

— Мне важнее принцип.

— Какой?

— Честь — дороже.

— Хорошо сказано. За это я выпью! Трубка снова гулко бьется о что-то твердое. Но недолго.

— Насчет вермута ты хорошо сообразил. Мозги работают — аж искрит. Что еще у тебя? А то мне за машину надо, идея одна — блеск!

— Ты смотри, чтоб из искры пламя не возгорелось!

— Будь спок!

— Что такое чип?

— На пальцах? Это такая фигушечка, которая…

— Стоп. На чип можно записать и хранить информацию? Даже если его изъять из компьютера?

— Смотря какого уровня машина…

— Кварт, мы же условились, уровень…

— Помню, «экстра». Да, можно.

— И сколько томов туда влезет?

— Десяток. Может, меньше. Может, больше. Ты не мудрствуй, ты мне этот чип «пальцем покажи».

— Ладно, этого достаточно. Какой он по размерам?

— В половину спичечного коробка. Или даже — в треть. Узкий.

— В часы его можно спрятать? В наручные?

— Если не в дамские — то легко.

— А чтобы часы при этом ходили?

— Дрон, ты как маленький. Всякая техника — дело техники.

— Значит, можно?

— Да.

— Спасибо.

— Э-э, Дрон? Ты когда объявишься-то? Выпьем, посидим… Да, и я тут одну программу придумал, покажу — ахнешь!

— Ясное дело, ахну! Давай на Рождество.

— Значит, в этом году не получается?

— Да тут осталось-то…

— Тогда — с Новым годом.

— Взаимно. С наступающим.

— Удачи, Додо, — Тебе тоже.

— Не пропадай.

— Не пропаду.

Из комнаты отдыха аэропорта выходят трое мужчин. Один из них озабоченно оглядывается по сторонам, затем все трое садятся в серую «волгу» и уезжают.

За компанией наблюдает человек в длинном черном плаще. Темные очки и низко надвинутая шляпа скрывают его лицо. Невозможно разглядеть ни кто он, ни сколько ему лет. Невозможно даже определить, мужчина это, женщина или подросток.

Человек садится с темно-синий «БМВ». Машина трогается с места вслед отъехавшей только что «волге».