Пасынки Джихада - Лев Пучков

Вот что у нас получалось по личностям. Ребята — профессиональные угонщики, белая кость: ни одной судимости, ни одного привода, оружия сроду в руках не держали. Коренные жители Минвод.

Теперь собственно по делу. Тут все просто. «Брателло» звякнул, сказал: есть тачка, «срочная», стоит там-то, приезжайте. Вот и приехали. Все вроде как обычно, а тут — на тебе! Как говорится, «вдруг откуда ни возьмись»…

Понятно. На чем приехали, как просочились через посты?

Приехали на своей «Ауди», стоит в переулке, в начале улицы. А что значит «просочились»? Они тут всех ментов по имени знают, не первый год работают. Да, на постах останавливали, сказали, что ищут каких-то злобных дагов. Так они же не даги и уж тем более не злобные!

Что это за «брателло», за какие услуги или бабки тачку отдал?

«Брателло» — правильный пацан, тоже не судимый, ингуш, зовут его Султан Муратов. Папа у него уважаемый в здешних краях товарищ, вес имеет. Султан держит автомастерскую, тоже машинами занимается… Ой, неправильно сказали: просто машинами занимается, никаких «тоже».

Ясно. Что по условиям? Тачку что, просто так отдал? И откуда она у него?

Откуда «мерс», Султан не сказал. Сказал лишь, что тачка сильно «паленая», поэтому везти через посты нельзя. Но для них это не проблема — все маршруты давно накатаны. Поскольку «мерс» такой «паленый», Султан берет за него всего пять штук, плюс — груз спрятать.

Груз? Что за груз? Где груз?

Груз в багажнике… Тут хлопчики самую малость запнулись и как-то странно сникли. Вася недовольно крякнул и опустил лезвие ножа к бедру недорезанного товарища…

В этот момент в начале улицы раздался шум мотора, а спустя несколько секунд показался свет фар.

Короче, наши прибыли. Быстро прикатили, видимо, гнали как ошпаренные. Поскольку их было всего трое (Глебыча, напомню, взял в заложники командир местного ОМОНа), приехали на испытанной «таблетке». Капризный «УАЗ» оставили в санатории.

— А ну, кого тут допросить? — кровожадно поинтересовался Петрушин, с ходу засучивая рукава.

— Уже не надо, — поспешил я разочаровать боевого брата. — У нас и так полный расклад…

Иванов выслушал доклад, поблагодарил за работу. Полковник был радостно возбужден: взяли ребят чисто, без помарок. Случись все немного иначе, в нашей и без того непростой ситуации это было бы чревато осложнениями. А теперь у нас есть «конец», дело сдвинулось с мертвой точки, можно работать.

— Надо продумать, как бы половчее поболтать с этим Султаном, — Иванов ровно на секунду наморщил лоб. — Нам потребуется кое-какая помощь. Угу… Так… Ну, без кореша Глебыча тут не обойтись.

Полковник тотчас же позвонил Глебычу — до полуночи еще далеко, надежда имеется.

Глебыч и в самом деле оказался еще не сильно пьяным. Иванов сказал, что нужна помощь: пристроить до утра двоих задержанных — мимо оформления, естественно (по всем задержанным немедля докладывали следственной бригаде из Москвы) и прикрыть в процессе частного визита по такому-то адресу.

Глебыч кратко посовещался с командиром ОМОНа и сообщил: все будет, никаких проблем.

— Ну и отлично, — Иванов, похоже, другого результат не ждал — прыгать от радости не стал. — Давай, через сорок минут пересечемся недалеко от такого-то адреса…

— Так, вроде бы все утрясли. Теперь прокатимся к этому Султану, поболтаем… Возражения есть?

— Вообще, по-хорошему бы, надо отдать их московским важнякам, — Костя кивнул в сторону угонщиков. — Они бы нас за это полюбили и потом поделились бы информашкой по результатам расследования. А то опять получается, что мы тут волюнтаризмом маемся.

— Насчет волюнтаризма — не спорю, — согласился Иванов. — А насчет «поделились бы» — очень сильно сомневаюсь. С какой это стати?! Кто мы для них такие? Как только сдадим этих хлопцев и информацию — нас сразу отодвинут в сторону.

— Какие проблемы? — вклинился Петрушин. — Надо — отдадим. Но сначала съездим к Султану. А до утра времени — вагон, так что…

— И это правильно, — одобрил Иванов. — Поболтаем с этим Султаном, даже если он и ни при чем, узнаем, откуда тачка, груз… Секунду… А что за груз? Смотрели?

— Как раз собирались, да вы приехали, — Вася вынул ключи из замка и без лишних слов пошел открывать багажник. — Так, что тут у нас…

— Ну ни хрена себе… — пробормотал Петрушин, светивший фонариком из-за Васиного плеча.

Да, груз был малость того…

Короче, в багажнике, скрючившись в три погибели, лежал труп полковника Руденко. На лице «главного шпиона» отчетливо, как посмертный гипсовый слепок, застыла гримаса страшного удивления…

* * *

Ну, что вам сказать? Сказать, что Иванова этот несвоевременно свалившийся на нас труп огорчил, значит сильно упростить ситуацию.

Полковник в буквальном смысле впал в транс. Сел на корточки, привалившись спиной к багажнику «мерса», правой рукой подпер подбородок, левую сунул под мышку и уставился в одну точку прямо перед собой. Ушел в себя, не беспокоить!

— Ага… — Петрушин, воспользовавшись оперативной паузой, ухватил пленников за воротники и потащил их в дом. На ходу деловито бросил Васе: — В «таблетке», в бардачке, скотч возьми. Тащи сюда. И фонарик прихвати…

Через минуту полковник попытался взять себя в руки и под аккомпанемент скорбного мычания, доносившегося из заброшенного дома, принялся обрывочно мыслить вслух:

— Хорошо, Вите уже доложил. Сутки имеем… Угу…

Перевожу: до завтрашнего вечернего доклада у нас есть сутки, чтобы работать в рамках версии «Руденко — главный шпион». А потом придется доложить, что шпион мертв и версия была, как теперь стало понятно, ложной. Причем надо подумать, как бы половчее доложить, чтобы опустить время обнаружения трупа. А то ведь, если выяснится, что водили начальство за нос целые сутки, кое-кому так не поздоровится, что даже представить страшно!

— Значит, все-таки те даги? Машина — их…

Тут и переводить не надо. Выходит, главные негодяи — дагестанцы. Всех перерезали, под прикрытием полковника выехали из дивизии. Но шустрые-то какие, просто фантастика! Прямо как три Васи, связанных колючей проволокой. Везде успели…

— Теперь надо быстренько придумать, что с этим делать…

То есть с трупом и пленными. Пять минут назад полковник договаривался насчет того, чтобы всего лишь приютить двоих угонщиков на ночь. Теперь у нас появился труп и выяснилось, что угонщики не просто так, а вроде как при трупе. Да и труп — не абы кого, а главного фигуранта всей этой свистопляски, что творится в городе уже вторые сутки.

В общем, по всем раскладам выходит: надо немедленно сдавать все «важнякам» из Москвы. И труп и угонщиков…

— Не врут, — спустя три минуты доложил Петрушин. — Насчет трупа вообще ничего не знают. Султан намекнул, что груз, от которого надо избавиться, — особый. В мыслях они держали, что это может быть труп, но такого в делах с Султаном раньше не было, так что как-то всерьез это не восприняли…