Истребитель закона - Василий Головачев

– Уже ввязался, рожай.

– Астрал.

– Что?

– Астрал. Любая реальность должна иметь свое континуальное поле информации. Соединим усилия и поищем след Соболева в астрале.

– Я же говорил, что ты гений!

– Не преувеличивай, – хмыкнул польщенный Самандар. – Можно подумать, у тебя не было решения.

– Было, – признался Василий, – но твое лучше. Я хотел попросить тхабс перенести нас в пределах данной реальности в то место, где находится Соболев.

– Тхабс – не транспортное средство.

– К сожалению, ты прав. Что ж, попробуем допросить здешний астрал. Давайте присядем и сосредоточимся.

Они уселись на пупырчатой из-за плотно упакованных разнокалиберных шаров поверхности пирамиды спиной к спине, Стас положил свой «штрих-меч» рядом, и все трое сконцентрировались на ментальном прощупывании местного энергоинформационного поля.

Результат сказался тут же, но не такой, какого они ожидали.

Прорыв в чужое информпространство удался, и люди даже уловили, как им показалось, порядок «ступеней смысла», ведущих в разные области знания, однако, во-первых, это ощущение было ложным, «болото» чужого астрала просто стало глубже, перегруппировало свои бездны, а во-вторых, по психике Посвященных был нанесен внезапный дезорганизующий удар, едва не лишивший их воли и сознания. Психоэнергетическая атака была настолько неожиданной и мощной, что все трое «поплыли», несмотря на защитные блоки сознания, и пришли в себя не сразу. Правда, из астрала они вынырнули, точнее сказать, их оттуда вышибли, но это обстоятельство можно было считать удачей.

– Кто это нас так? – хрипло проговорил Василий, успокаивая «вздыбленную» нервную систему, дыша через нос медленно и глубоко. – Неужто Монарх подстерег?

– Не знаю, кто, – отозвался оставшийся невозмутимым Самандар, – но контактировать с ним я больше не хочу.

– Да, здешний астрал нам не подвластен, – с неохотой констатировал Василий. – Хорошо еще, что мы подстраховали друг друга. Порог вхождения в астрал здесь вдвое выше, чем на Земле. И еще этот сторож… может, действительно Монарх? Или какая-нибудь его хитрая кусачая программа.

– Какая разница? Мы не в состоянии… – Вахид Тожиевич не закончил.

Издалека послышался гулкий нарастающий топот, приблизился, и между ближайшими строениями-холмами города Пауроподов показался стремительно приближающийся всадник на громадном черном звере. Впрочем, это был не всадник – кентавр! Только кентавр необычный.

Путешественники вскочили, с изумлением глядя на чудовищное существо, достигавшее в росте не менее шести метров.

Тело льва, на спине два кожистых вздутия, напоминавшие попону и оказавшиеся впоследствии крыльями, ноги лошади с раздвоенными копытами, вместо головы – человеческий торс и на нем голова с женским лицом совершенно удивительной красоты, обрамленным густыми и длинными серебристыми волосами. В руках этот полулев-получеловек держал огромную секиру с крюком на конце, напоминавшую земную западноевропейскую интрепель семнадцатого века. Остановившись у пирамиды, на которой стояли потрясенные встречей путешественники, едва не доставая головой до ее вершины, он (она?!) внимательно оглядел каждого и произнес металлическим голосом, совсем не женским:

– Возвращайтесь в свой мир, двоешкурые. Здесь вам делать нечего. И не появляйтесь больше, если не хотите оказаться в аду! Даю на размышление два удара сердца. – Существо подняло над головой секиру.

– Сфинкс! – прошептал Стас. – И он говорит на русском языке!

– Это, наверное, всего лишь эффект ментального обмена, – хладнокровно сказал Самандар. – А может быть, тхабс при переходе границы дает и знание местных языков.

– Недаром говорят: живи тихо – не увидишь лиха, – проговорил Василий. Поколебавшись немного, снял шлем гермокостюма, осторожно втянул воздух носом, потом вдохнул полной грудью. – Дышать можно. – Повернул голову к кентавру. – Кто ты?

– Я Асат[22], страж границы. И я очень удивлен, что земным существам удалось ее перейти. Но – уходите!

– Хорошо, мы уйдем, только ответь на один вопрос. Десять лет назад… так мы называем отрезки времени на Земле… сюда проникли четверо людей.Ты не знаешь, где их можно найти?

– Ответ отрицательный. И ваше время кончилось.

Кентавро-сфинкс поднял свою великанью секиру еще выше. Василий поднял ствол висящего на ремне под рукой «кипариса» и дал очередь в небо. Направил его на замершего монстра.

– Стой спокойно, дядя… или тетя? Мы никого не трогаем, никому не угрожаем, и нам угрожать не надо. Тебя же по-хорошему спрашивают? Ты видел четверых землян, наших товарищей?

– Не видел. – На прекрасном лице женщины появилась странная улыбка: презрение, высокомерие, угроза и жалость соединились в ней удивительным образом.

В ту же секунду ствол пистолета-пулемета в руке Василия изогнулся, глянул ему в лицо, и оторопевший Вася едва успел отклонить голову от струи пуль, выпущенной «кипарисом» самостоятельно. Палец Котова в этой процедуре не участвовал, пистолет действительно стрелял сам.

Секира с гулом обрушилась на вершину, едва не разрубив Василия, боровшегося со своим собственным оружием, которое норовило расстрелять хозяина. На поверхности пирамиды осталась глубокая, змеящаяся трещинами расселина.

Кентавро-сфинкс поднял свою секиру, снова ударил. И в этот момент Стас, в подкате подхватив лежащий невдалеке «штрих-меч», подставил его под удар. Того, что произошло вслед за этим, не ожидал ни он сам, ни женщина-кентавр.

Секира, коснувшись меча, разлетелась на множество стеклянных осколков. Кентавр вскрикнул, отбрасывая древко секиры, с которого на его руку перебежал голубой ручеек электрического разряда.

– О, Великий Первый! Синкэн-гата!

Василий, наконец успокоивший пистолет, поднялся на ноги, с любопытством посмотрел на ошеломленное лицо воспитанника, сбросившего шлем, перевел взгляд на россыпь осколков – все, что осталось от секиры, проговорил задумчиво:

– Похоже, мы не зря подобрали этот ножичек. – Вася повернул голову к стражу границы, застывшему в каком-то странном благоговейном оцепенении. – Что вы там такое сказали, э?

– Синкэн-гата… – Металла в голосе стража стало меньше. – Его еще называют устранителем препятствий и нейтрализатором высших непреодолимостей. Простите меня, незнакомцы, я не знал, что один из вас – Воин Закона.

Самандар тоже снял шлем, пригладил волосы, скосил глаза на Стаса, разглядывающего меч.

– Поздравляю, студент. Кажется, это ты у нас Воин… э-э… какого-то Закона. Между прочим, синкэн-гата в японской культуре – один из методов передачи знаний от учителя к ученику[23]. Переводится буквально как «духовный меч».