Группа особого резерва - Михаил Нестеров

– Кроме группы Скумбатова, в силовой операции был задействован экипаж самолета в составе трех азербайджанцев. Это Хуциев, Гиев и Султангареев. Они предоставили Марковцеву свой самолет и свои услуги. И последний, он же главный фигурант: Сергей Марковцев. Это он разработал план нападения на диверсионный лагерь и руководил операцией по уничтожению банды Давлатова. В то время Марковцев уже не работал на военную разведку.

– Почему именно ему поручили эту работу?

– Профильный отдел контрразведки не рассчитывал на успешное завершение операции, – акцентировал Верестников. Заодно он интонацией четко объединил отдельно взятый отдел со службой в целом. «Обычно такие люди идут далеко», – мимоходом отметил генерал. И кивнул подчиненному: «Дальше».

Тот продолжил:

– Профильный отдел купил бойцам спецназа билет в один конец. Марковцев узнал о планах операции от сотрудника отдела – Екатерины Скворцовой, с которой состоял в близких отношениях. И решил возглавить группу спецназа, которая отправлялась с заданием в Азербайджан. Радости профильного отдела не было предела. Одним ударом они избавлялись от целой плеяды преступников.

Верестников по глазам начальника понял, что немного переборщил с «радостью коллег». Во всяком случае, его последняя сбивка резко выпадала из его более чем взвешенной речи, а точнее, его стиля, которому он старательно учился, скинув военную форму и надев деловой костюм. У него сложилось такое чувство, что он, в определенный момент перестав контролировать себя, снова влез в полевой мундир.

– Марковцев переиграл контрразведку, обратившись за помощью в ГРУ.

– Он рисковал головой, – заметил Коротков. И только сейчас решил сменить положение: закинул ногу за ногу. – Он здорово рисковал. Неужели только из-за двенадцати разведчиков? Может, были другие причины, о которых ты не знаешь?

– Действительно, об этом мне ничего не известно, – ответил Алексей. И вернулся к началу разговора: – Мы установили местонахождение Марковцева. Собственно, вся группа сейчас в Азербайджане.

– Опрометчивый шаг с его стороны, – снова не преминул заметить Коротков. – Хотя… у них не было выбора, – закончил он короткой и доходчивой фразой.

Это походило на известную шутку: дважды два – четыре, это понятно, а вот два плюс два – это дайте подумать. В любом российском городе террористов раздавили бы в одну секунду, и мокрого места не осталось бы. А сделать это в Азербайджане, суверенном государстве, было не так-то просто. Это – дайте подумать. То есть речь шла о привлечении к поискам и обезвреживанию силовых структур и госведомств Азербайджана, с теми, с кем Марковцев мог поторговаться и найти общий язык, нарисовать истинную подоплеку этого дела. Все это называлось шансом, и не ухватиться за него, как за спасительную веревку, было бы глупо. Хотя понимали, что ухватились за оба конца веревки.

– Они преступники и пойдут до конца, – довершил общую мысль генерал. И все же мысль о зевке не давала ему покоя. – Вот ты, Алексей, военный. Лично ты ожидал такого откровенного зевка от подполковника военной разведки?

– Лично я и только от него – нет. Но он не один, он работает в команде. И в этом случае зевок произошел со стороны коллективного разума.

Коротков не смог сдержать улыбки. Однако не разделил точку зрения подчиненного.

– Такие люди, как он, не носят с собой больше, чем могут потерять, – изрек он. – А теперь главный вопрос. – Генерал выдержал паузу. – Кто «крыса»?

– Екатерина Майорникова.

Генерал покивал. Лично он с ней не встречался, но точно знал, что в «Фирме» она сидела на покупке инсайдерской информации.

– Откуда у нее детали инкассаторской операции?

– Понятия не имею. Возможно, есть еще одна «крыса».

– Значит, ты хочешь провести операцию только силами своего подразделения?

Короткову незачем было знакомиться или лично проверять боевое ядро «Фирмы», легко отделяемое от мякоти офицеров группы физической защиты, – он знал в лицо всех и каждого. Хотя бы по той причине, что был готов пожертвовать «всеми и каждым». Первоначально планировалось сопровождать контейнеры бойцами спецгруппы, начиная инкассацию с мраморного пола в «Русском доме». Он был готов похоронить их на дне дерюгинской котловины. А точнее, он относился к ним как к материальной части той задачи, которую он перед собой поставил. Собственно, речь шла о средствах к достижению цели. И они были на одно лицо – хороши.

– Марковцев, да? – повторил генерал фамилию подполковника ГРУ. И дословно припомнил вступительные слова Верестникова: «Налицо возрождение группировки… Люди с сомнительным прошлым». Но внес более резкие уточнения: «Возрождение преступной группировки, люди с преступным прошлым. Да и настоящим тоже». С этим спорить не мог бы даже сам Марковцев, взявший борт на абордаж. Генерал не питал личной неприязни к Марковцеву. Его поражала в нем наглость; а она, помноженная на безнаказанность, давала результат – в двух словах обрисованный портрет террориста. Ему многое, почти все сходило с рук. У него были серьезные покровители, которые в угоду своим интересам, пусть они были даже государственного масштаба, шли с ним на сделку.

– Заканчивай с ним.

Верестников не смог сдержать улыбку, получив так необходимый ему карт-бланш. Необходимый и по той причине, что ему жизненно важно было сбросить полинявшую шкуру и блеснуть новой. Оказалось, все эти долгие месяцы и годы подшитый воротничок униформы скрывался за белым воротничком стерильной рубашки. Он ни на йоту не сомневался в том, что в разговоре с генералом ему удастся склонить чашу весов в свою сторону. Он оказался в роли командира группы спецназа, получившего приказ на штурм самолета, захваченного террористами: уже не позволял вмешиваться в свою работу, вся ответственность лежала на нем и только на нем. Он гнал прочь слово «отрывался», которое походило на камень, брошенный ему в спину, – он наверстывал упущенное. И вдруг словно споткнулся о другое слово. Но вот улыбнулся ему. Он влез в шкуру героя-негодяя – он хотел этого, может быть, большую часть своей жизни. С таким «погонялом» легко свернуть с любой дороги.

– Я могу идти, шеф?

Коротков хотел было ответить утвердительно, но что-то удерживало его. Он быстро нашел причину и надеялся получить ответ на свои вопросы так же быстро.

– Кто информировал тебя о том, что Марковцев в Азербайджане? И второй вопрос: кто продолжит тебя информировать? Наша беседа заняла какое-то время, и планы Марковцева могли измениться.

– Я понял, Юрий Петрович. Ну, первичная информация, как вы знаете, исходила от Тувинцева.

– Бог с ним, – кончиками губ улыбнулся Коротков. – Продолжай.

– Не обошлось без вмешательства случая. Бизнесмен, заключивший с Минобороны Азербайджана договор о приобретении в собственность автобата, оказался клиентом банка «Русский дом». Я вспомнил о нем, когда название населенного пункта – Закаталы – всплыло из досье Марковцева. Остальное – дело техники. У него собственность и в Москве. Я попросил его о встрече, он дал мне координаты начальника охраны объекта в Азербайджане. Тот уже несколько раз проинформировал меня. И дальше я жду от него новостей. Если вам нужен подробный отчет… – Верестников вопросительно приподнял бровь.