Притворщик-2, или Сага о «болванах» - Александр Шувалов

— Взмок, Маугли? — хохотнул Толя. За прошедшую неделю ему стало заметно лучше, и он даже опять начал хохмить. На мой взгляд, несколько плоско.

— Сам бы походил во всем этом, — огрызнулся я и отправился в ванную, смывать трудовой пот с утомленного притворством тела.

— Пива? — спросил Толя, когда я показался в гостиной, одетый исключительно в полотенце.

— Кончилось.

— Уже нет, я тут сходил и прикупил упаковку.

— Молодец, — я направился к холодильнику. — Будешь?

— Пожалуй, приму за компанию. Послушай, Стас, — он отхлебнул из горлышка и аккуратно поставил бутылку на столик. — А, может, ну его?

— В смысле?

— Припрячем эту хреновину до лучших времен и разъедемся. Через пару-тройку месяцев, когда все успокоится, кто-нибудь из конторы заедет и спокойно ее заберет. Как тебе идея?

— Не греет, — я допил бутылку и принялся за изготовление бутерброда. — Меня, если ты не в курсе, послали разыскать изделие и привезти в Россию, значит, придется везти, если разыскал.

— Упертый ты мужик, Скоморох, — вздохнул он. — Знаешь, что, дай-ка я на него еще разок взгляну.

— Зачем?

— Хочется.

— Там внутри самоликвидатор, не забыл?

— Я осторожненько.

— Осторожненько, — передразнил я. — Ты в восьмидесятых в Афган заезжал?

— Ну.

— Историю с кораном помнишь?

— Ну.

— Вот тебе и ну. Там тоже хотели осторожненько.

Та героическая история действительно произошла в Афганистане в середине восьмидесятых. Было принято решение о физическом устранении одного мелкого, но отмороженного на всю голову полевого командира, назовем его Абдулла. Отправить этого нахала на тот свет задумали с помощью Корана, нашпигованного пластитом. Наш агент должен был передать его Абдулле под видом подарка из Пакистана, тот, в свою очередь, должен был его с благодарностью принять, уединиться и с трепетом раскрыть, после чего направиться на встречу с создателем мелкими кусочками. Сказано, сделано. Спецы из технического управления в лучшем виде подготовили изделие, книгу привезли в Афган, осталось только доставить Коран агенту. Вот тут-то жизнь, как это часто бывает, внесла легкие коррективы в сухую и пресную теорию.

Дело в том, что один из двоих оперов, которым поручили доставку посылки, до того, как попасть в разведку, служил инженером на флоте. Второй, что еще хуже, с раннего детства трепетно обожал технику и просто фанател от разного рода прибамбасов.

— Давай посмотрим, что там внутри, — предложил фанат инженеру.

— С ума сошел? — возмутился тот. — Там же хренова туча пластида, е…т, костей не соберем.

— А мы аккуратненько, — не унимался тот. — Слегка подденем ножом и поглядим. Неужели не интересно?

— Интересно, — согласился инженер. — Но жизнь дороже.

Фанат продолжал ныть и на выезде из Кабула инженер сломался.

— Черт с тобой, давай, — сказал он. — Только осторожно.

— Обижаешь, — обрадовался напарник. — Мы же только глянем, — и скомандовал водителю. — Тормози!

— Есть, — машина остановилась у обочины. — Я за сигаретами, — водила выскочил, и помчался в сторону ближайшего дукана.

И очень правильно сделал, потому что оказался единственным оставшимся в живых, хотя и обделавшимся от страха.

Коран освободили от обертки и аккуратно положили на заднее сиденье.

— Давай! — скомандовал инженер.

— Сейчас, — фанат раскрыл ножик, просунул лезвие между страниц и слегка повернул его. Оба исследователя склонились над книгой.

Долбануло так, что машина, родной армейский УАЗ-469, подпрыгнул на метр вверх, колеса со свистом разлетелись в разные стороны. В домах в радиусе ста метров побились стекла, и снесло крыши. А мерзкий Абдулла еще целых полгода после этого загаживал местность самим фактом своего существования, пока угодил, наконец, под точечный авиаудар.

Мораль сей басни такова: не суй свой нос, куда не надо, а то оторвут и очень правильно сделают.

— Я не в том смысле, просто, хотел еще раз осмотреть.

— Кому надо, осмотрят в Москве. Все, Грек, конец дискуссии. Отдыхаем, а ближе к ночи у нас по плану переезд. Скажи лучше, как обстановка?

— На этом экране, — он указал на, показывающий картинки с камеры видеонаблюдения, телевизор, — без изменений. А, вот, по этому… — ткнул пальцем в сторону телевизора на тумбочке. — Несколько раз за день показали твое фото.

— Становлюсь популярен.

— Это точно.

— Награда обещается?

— Нет, не обещается, но обратившимся в полицию гражданам предлагается телефон людей, готовых заплатить за информацию.

— Первая хорошая новость за день. Ладно, Толян, ложись спать, а я подежурю.

— Кто бы возражал, — он сладко зевнул, кряхтя, встал на ноги и пошел в спальню, а я зарядил кофеварку и устроился поудобнее возле экрана.

А ведь, прав Грек, пора из этой страны съезжать, что-то мы здесь загостились. В большом городе, конечно же, затеряться легче, чем в деревне из пяти домов. В Москве мы запросто смогли бы просуществовать на нелегалке с год, не меньше. Но это в Москве, там люди годами живут на одной лестничной клетке и умудряются не узнавать друг дружку при встрече. Этот же город раз в двадцать меньше и, потом, местная полиция работать умеет, так что вопрос нашего обнаружения — дело времени. Черт, даже в партизаны здесь не уйдешь, потому что совсем нет лесов. Недаром же, в далеком прошлом только богатые могли позволить себе жить в деревянных домах, беднякам приходилось строить жилища из камня.

Я глянул на часы. Этот микроавтобус у подъезда… Подъехал больше часа назад и стоит себе с опущенными стеклами. Водитель и пассажир на сиденье рядом выходить наружу не спешат, сидят и курят. Интересно, они сюда просто покурить заехали, или ждут кого-то? Тогда и я подожду.

Так, о чем это я? Находиться в городе с каждым днем все опаснее, авианосец или ковер-самолет отчизна за мной не пришлет и, в то же время, на прорыв идти просто глупо. Значит… Стоп, кажется, началось.

Водитель и пассажир вылезли из драндулета у подъезда. Оба молодые, крепкие на вид парни, в темной одежде, в одинаковых шерстяных шапочках с подвернутыми краями. Захлопнули дверцы, оглянулись по сторонам и направились прямиком к нашему подъезду. Вторая приятная новость за сегодняшний день. Не то, чтобы приятная, конечно, просто, все могло быть много хуже.

— Грек, вставай, нас грабить идут!

Давно, почти двадцать лет назад нечто похожее с нами уже происходило. Тогда мы с Толей, еще молодые и рьяные советские военные разведчики, сидели в крохотной квартирке в одном приморском городке на юге Европы и ожидали приезда регионального резидента, а дождались отмороженных по самые бакенбарды албанских бандюков. Они почему-то приняли нас за сотрудников Интерпола, вот, и решили нанести визит вежливости. Если вам кто-нибудь скажет, что случайности и накладки в разведке происходят редко, пожалейте его, товарищ явно судит о работе спецслужб по кулинарным книгам Тунцовой. Рассказать бы вам, как меня однажды приняли за частного детектива и принялись избивать клюшками для гольфа…