Я хотел, чтобы меня убили - Борис Бабкин

– Жизнь становится все интереснее, – улыбнулся Борис.

– Черт, – удивился Виктор, – ты улыбаться начал. Во, блин, я и не думал, что ты умеешь. Пробовал, конечно, но то не улыбка была, а волчий оскал. А сейчас вполне нормально скалишься.

– Тише ты.

– Да трактор работает, ничего не услышат.

– Менты уехали. Значит, поняли, что мы вполне можем находиться где-то рядом. Только бы здесь не заметили. Хотя сено сейчас коровам не нужно. Сверху нас не увидеть. Так что запрыгнуть на трактор с сеном была отличная идея. И хорошо, что разгружать стали не сразу, мы успели перебраться на уже уложенное сено. Только курить надо очень осторожно.

– Нет их нигде. – Солнцев положил телефонную трубку.

– И все-таки они где-то снова залегли, – уверенно сказал Бескровный. – Не ушли они. Поэтому внимание и еще раз внимание. И особенно пристальное в радиусе трех километров от дачного поселка. В Москву они не сунутся, а будут пытаться проскочить скорее всего в Ярославль. Или в Воронеж. Хотя туда Вулич вряд ли поедет. Так что все внимание на выезд из области. И особое – в окружности трех километров от дачного поселка. Будем учитывать, что кровь на них уже есть. Они вполне могут попытаться прорваться с боем. Если начнется перестрелка, Вулич будет воевать, а этого допустить не хотелось бы. Вулич удержал Вихрева от убийства женщины и спокойно отнесся к убийству участкового. Первый шаг он уже сделал.

– Но вы сами допускаете возможность причастности Вихрева и Вулича к убийству наркобарона и его людей.

– Там была, как говорится, криминальная разборка. А убить представителя власти – это для бывшего офицера, принимавшего участие в боевых действиях, совсем другое. Ведь не исключено, что сотрудник милиции был в горячих точках и воевал бок о бок с Вуличем. Да и с Вихревым тоже. Хотя Вихрев даже не задумывается об этом. А Вулич наверняка еще вспоминает войну. В общем, говорить об этом можно долго. Главное – Вулич уже является соучастником убийства сотрудника милиции. А женщину добить не позволил. Впрочем, выбор они уже сделали.

– И никто не знает об их планах. Даже Букин, который, помогая им, совершил преступление.

– Он и до этого не единожды привлекался за различные деяния. С тем же Кузьмой, которого выгораживал начальник райотдела. Вот уж не думал, не гадал…

– Знаете, Семен Петрович, я уже перестал этому удивляться.

– Нам сейчас надо выходить на след этой пары, мать их! А я-то думал, работенка будет плевая, через пару дней беглецов возьмем, ну недельку с Вихревым поработаю, и он все выложит. Ан нет. Ты не жалеешь, что я тебя втянул?

– Да что вы! – улыбнулся Владимир. – Нет, конечно. Сейчас я чувствую, что работаю.

– Когда возьмем их, тогда отметим нашу работу, и я тебя переведу в прокуратуру. Чем быстрее мы их возьмем, тем быстрее будешь в следственном отделе.

Воронеж

– Вот Вулич и стал соучастником убийства сотрудника милиции, – хмуро проговорил Горюнов-отец. – Как ты воспринял это? – Не отвечая, сын опустил голову. – То-то же. Надеюсь, ты помнишь наш разговор и не станешь скрывать от меня, если Вулич свяжется с тобой.

Юрий поднял голову и посмотрел отцу в глаза:

– Ты думаешь…

– Я сказал на тот случай, если это вдруг произойдет.

– Я скажу, если Борис позвонит, – кивнул Юрий.

– Ну что я вам говорил! – злорадно улыбнулся Федин. – Вулич – бандит и убийца. А вы…

– Да хватит тебе, – остановил его плотный капитан. – На твоем месте я не был бы…

– Ты – это ты, а я – это я, – высокомерно проговорил Федин. – Для меня на первом месте закон, а все остальное потом.

– Так, – спускаясь по лестнице, громко произнес полковник, – если еще раз я услышу, что кто-то говорит о Вуличе не по рабочей тематике, у него будут неприятности. Ясно?

– Мне нравится и место, и сама квартира, – сев в кресло, сказал полный лысый мужчина. – А тебе, милая? – Он взглянул на стоявшую у двери молодую женщину.

– Подойдет, – кивнула та.

– Мы берем, – объявил Руслану полный.

– Понятно, – сказал по телефону Савин. – Значит, сейчас Вулич находится в Московской области? Спасибо. С меня причитается.

– Позволь спросить, Яков, – услышал он в трубке, – а зачем тебе это надо? Насколько я помню, ты проиграл тогда дело. Хотя запросто мог…

– Дело отправлено на доследование, – перебил Савин. – А сейчас, я чувствую, Вуличу может понадобиться…

– Вряд ли ему что-то понадобится. Он бежал вместе с Вихревым, а тот подозревается в тройном убийстве. И, насколько мне стало известно, Вихрева разыскивает заказчик, очень влиятельный тип. Ты понимаешь, что и Вулич попадет под прицел снайпера или нож бандита?

– Спасибо. С меня причитается, – повторил Савин.

– Разочтемся, – услышал он и положил трубку.

– Значит, Вулич под прицелом, – пробормотал он. – Жаль… Он бы сумел разобраться с Русланом. Ну что ж, придется кого-то нанимать. Я уничтожу и Руслана, и эту потаскуху.

– Ну что? – Антон нетвердой походкой вошел в кабинет. В руке он держал наполовину пустую бутылку водки. – Дождалась? Твой офицерик милиционера зарезал. Вот так. – Он покачнулся, но удержался на ногах.

– Ты пьян, – бросила Нелли, – и несешь чушь!

– А ты поинтересуйся у друзей Вулича. – Он поднес бутылку к губам. Сделал три глотка и, шумно выдохнув, усмехнулся. – Не веришь мне, так поезжай к ним, и они тебе скажут. Они тоже отвернулись от него. Одна ты у нас святая. – Антон в конце концов упал. Бутылка ударилась об пол и раскололась. Он что-то бормотал, когда Нелли быстро вышла из квартиры.

Ярославль

– Это точно? – тихо спросил по телефону хмурый Шугов.

– Абсолютно, Василий Иванович, – ответили ему. – Вихрев убил милиционера, кажется, участкового в Московской области и пытался убить женщину. Его и Вулича взять пока не удалось, им помогли какие-то парни, как я понял, сослуживцы Вулича, но шансов у них нет.

– Да, – вздохнул Шугов. – Как же я это Оле скажу.

– Что, дедушка? – вошла в комнату внучка. – Ты меня звал?

– Нет. – Он отключил телефон. – Просто ты задержалась. Обычно с тренировки приходишь раньше.

– Заболталась с подружками, – улыбнулась девочка. – А кто звонил?

– Да по работе.

– Что о папе слышно? – задала Оля свой обычный вопрос.

– Все так же, ищут. Пойдем ужинать, что-то проголодался я.

– Значит, мента сделал? – покачал головой Запорожец. – Выходит, Вихрь по-крупному играть начал. И понял, что конец один – возьмут и на пожизненное. Все спорят – нужно ли вводить смертную казнь. Да вышка по сравнению с пожизненным – подарок. Значит, Вихрь хочет полный расчет произвести. Афган-то попал под замес. А интересно, в натуре Вихрь за бабки троих шлепнул или порожняк это? Ментовня, правда, базарит, что Вихрь – мокрушник по наводке. Конечно, авторитет у него не тот был, все-таки в охранниках ходил, но неужели в натуре на мокруху по заказу пошел?