В плену у талибов - Александр Тамоников

– Мы готовы. До связи, Юлдаш!

Рашидов набрал номер станции Кардопольского. Тот ответил не сразу:

– Да, Юлдаш? Говори по существу, машины с комиссией уже на территории центра.

– Борт отправлен в Дерхан.

– Рад слышать. Все?

– Все.

– Меня больше не вызывай; позже, как буду свободен, сам свяжусь с тобой.

– Хоп, Эдуард! Удачи тебе!

Кардопольский отключил станцию.

– По голосу нашего друга-чиновника слышно, что он обеспокоен приездом комиссии, – проговорил Рашидов. – И это хорошо. А теперь, Эргаш, – обратился он к Хаджиеву, – выезжай с территории аэропорта – и домой. Мы свое дело сделали.

Хаджиев повел престижную иномарку к воротам служебного выезда. Из контрольно-пропускного пункта выбежал служащий охраны аэропорта, нажал на кнопку у входа в КПП, но ворота не тронулись с места. Хаджиев опустил стекло:

– Эй, служивый, в чем дело?

– Да вот, автоматика не работает. Я сейчас…

Полного ответа преступники услышать не успели. Со стороны КПП раздался хлопок, и в открытое окно водителя влетел небольшой цилиндр, который разорвался у рычага автоматической коробки передач автомобиля, мгновенно заполнив салон светлым дымом и так же мгновенно усыпив находившихся в нем Рашидова и его сообщников. Из помещения КПП вышли представитель Администрации президента Узбекистана Усманов, заместитель начальника российского ГУБТ генерал-майор Потапов, а также четверо спецназовцев службы безопасности. Один из них держал в руках ружье с широким коротким стволом.

– Прекрасный выстрел, офицер, – сказал ему Потапов, – точно в цель.

– Мы тоже кое-что умеем, господин генерал, – ответил, улыбаясь, спецназовец.

– Вижу! Ну, что, давайте перенесем клиентов на КПП?

Усманов отдал команду, и трое спецназовцев перенесли тела Рашидова, Хаджиева и Исмаилова в комнату отдыха контрольно-пропускного пункта. Преступников положили на топчаны, обыскали, изъяв рации, мобильные телефоны, часы. Проверили сканером одежду. Старший группы захвата доложил:

– Никаких радиоэлектронных приборов не зафиксировано.

– Хорошо, – сказал Усманов, – позовите медика.

На КПП вошел мужчина в военной форме с медицинской сумкой.

– Приведите этих типов в порядок, майор, – приказал Усманов. – Остальным – покинуть помещение.

Врач склонился над торговцами оружием. Спецназовцы отошли к воротам. Потапов прошел в соседнюю комнату, разложил на пульте спутниковую станцию и вызвал Феофанова.

– Да, Владимир Дмитриевич? – отозвался генерал-лейтенант.

– «Ил-76» пошел к Термезу.

– Рашидова взяли?

– Так точно, Сергей Леонидович!

– Вопрос с возвращением в Самарканд специалистов по установке системы «Фантом» решен?

– Пока я не поднимал его. Занимались захватом Рашидова с подельниками.

– Реши обязательно. И возвращайся на «Ту-134» с торговцами оружия и группой специалистов.

– Понятно!

– Действуй, Владимир Дмитриевич.

Отключив станцию и уложив ее обратно в чемодан, Потапов вернулся в комнату отдыха. Рашидов, Хаджиев и Исмаилов медленно приходили в себя благодаря врачу, который ввел им препарат, нейтрализующий действие усыпляющего газа «Мгла». На руки бандитам были надеты наручники.

– Еще минут пять, и с ними можно будет беседовать, – повернулся к Потапову Усманов.

– А какой смысл? Поговорим с господином Рашидовым в Москве… Мне с вами, Батир Нигматович, надо один вопрос решить.

– Слушаю вас.

– У нас в Термезе после вылета «Ил-76» в Пакистан остается спецгруппа. Как бы перебросить ее сюда, в Самарканд? Мне приказано доставить и Рашидова, и спецов рейсом «Ту-134».

– Не вижу никаких проблем! Одну минуту…

Высокопоставленный узбекский чиновник достал мобильный телефон и набрал чей-то номер. Разговаривал он с абонентом на узбекском языке. После нескольких фраз взглянул на Потапова:

– В 12–20 ваши люди могут вернуться в Самарканд рейсовым самолетом «Ан-24».

– Прекрасно!

Поговорив еще примерно минуту, Усманов отключил телефон.

– Я проинструктировал начальника Термезского аэропорта. Он обеспечит посадку ваших специалистов на полуденный рейс Термез – Самарканд.

– Благодарю, Батир Нигматович.

– Не за что! Наши клиенты, по-моему, очухались. Смотрят трусливо, как паршивые шакалы… Что, Рашидов? – нагнулся Усманов к торговцу оружием. – Не понимаешь, что произошло?

– Голова болит…

– Пройдет… Ты узнаешь меня?

– Да, конечно, кто же в Узбекистане не знает вас…

– А не догадываешься, почему я здесь?

– Нет…

– Зря ты так, Рашидов. Ты соображаешь, что я говорю?

– Да… Только голова болит.

Усманов повернулся к доктору:

– Майор, избавьте этого ублюдка от боли.

– Есть! – И врач сделал торговцу оружием еще один укол.

– Ну что, – продолжил Усманов, – прошла голова?

– Легче стало!

– Так ты не догадываешься, почему я здесь?

– Нет.

– И к российскому «Ил-76», что недавно проверяли твои люди, конечно, никакого отношения не имеешь?

– Нет!

– Глупо! Ты считал, что тебе позволено все? Что твои друзья и родственники, занявшие высокие посты в МВД, в судах, в парламенте, всегда прикроют тебя? Ошибся… Впрочем, ты уже не наша проблема. Родственники, друзья, подельники – наша, а ты лично – нет.

– О чем это вы?

Усманов указал на Потапова:

– Перед тобой заместитель начальника Главного управления Российской Федерации по борьбе с терроризмом генерал-майор Потапов. Президент Узбекистана и Верховный суд приняли решение о передаче тебя России, где к тебе имеются серьезные претензии.

– России? – испуганно воскликнул Рашидов. – Но почему? Я… я не желаю!

– А кто вас спрашивает, господин Рашидов? – усмехнулся Потапов. – К тому же вы, наверное, запамятовали, что имеете российское гражданство… А еще американское…

– Вот именно, что американское. Я гражданин США! И требую…

– Заткнись, – оборвал его Усманов, – в Москве разберутся с твоими гражданствами.

– Да, мы разберемся. Уверен, власти США немедленно аннулируют ваше американское гражданство, узнав, что вы участвовали в нелегальной продаже оружия талибам.

– Шакалы! – взвыл Рашидов. – Будьте вы все прокляты!