Команда. Верхом на атомной бомбе - Максим Шахов

Редин размахнулся тяжелой кувалдой, которая отлично помогала ему в работе, и со всей силы ударил по бортовой коробке громкоговорящей связи.

В хранилище сразу стало тихо…

Пригород столицы одного из ближневосточных государств

– Абу! Разве я не говорил, чтобы ты никогда больше не пользовался этой связью?

– Господин! Это катастрофа! Мы ничего не можем сделать…

Как ни старался главарь террористов на судне сохранять спокойствие и невозмутимость, это у него не получалось. Его рассказ был полон эмоций и растерянности. Ахмад Джебриль не перебивал. Он понял, что должен позволить выговориться своему подчиненному. Только это могло помочь добиться от него максимума достоверной информации. Без нее Джебриль терял контроль над ситуацией. Но и с ней…

Уже с первых слов он почувствовал неприятные спазмы в районе желудка: мгновенно дала о себе знать застарелая язвенная болезнь. Правильно говорят: язва – это от нервов. Когда у тебя за плечами долгая жизнь, полная стрессов и экстремальных напряжений, нервы становятся ни к черту. К мудрым приходят опыт и понимание, но безвозвратно уходит здоровье. Хотя ему грех жаловаться, он еще силен и способен командовать и руководить. Даже личным примером! А его ум стал лишь более изворотливым и прозорливым.

Катастрофа? Это промелькнуло в его голове лишь в первые секунды. Слишком неожиданны оказались новости от Абу. Ничего подобного он не предвидел, но изощренный разум быстро подсказал единственно верное в такой ситуации решение. А может, оно пришло свыше? Хвала Всемогущему Аллаху!

– Достаточно! – резко прикрикнул Ахмад. – Все вы там не специалисты в радиологии. Что говорит об этом немецкий мастер?

– Ничего не говорит. Его нет с нами: русский захватил его с собой в хранилище.

– Они что, заодно?

– Нет-нет! Русский взял его в плен. Он позволил ему сказать несколько фраз по связи, чтобы мы поняли, что он не обманывает.

– «Он, он», – передразнил Джебриль. – Тебя невозможно понять!

Хотя что тут было понимать: сумасшедший русский не врал и не блефовал, в это Ахмад поверил сразу всем сердцем и умом.

– Слушай меня, Абу, очень внимательно! – Голос Джебриля стал размеренным и спокойным. – Кто на борту судна слышал твои переговоры с русским?

– Только капитан и рулевой.

– С этого момента оба они не должны покидать рубку! И ни один член экипажа не должен вступать с ними в контакт. Все распоряжения, которые капитан отдает по трансляции на ходовые посты, должны произноситься только в твоем личном присутствии.

– Но, господин… Многие из команды слышали взрывы, которыми мы пытались разрушить стены хранилища! Они будут интересоваться…

– Значит, пришло время жестких решений. И жестоких! Во имя Аллаха и для успешного завершения нашего дела. Какое расстояние отделяет корабль от точки, где тебя должны были забрать наши люди?

– Примерно миль 150 или чуть больше.

– Всего часов шесть-семь хода, – подсчитал Джебриль. – Всем матросам запретить покидать свои посты! Под страхом смерти! При нарушении – стрелять без предупреждения. Можешь уже сейчас демонстративно ликвидировать одного-двух неверных, которые первыми полезут с расспросами. Пусть все остальные пребывают в постоянном страхе за свою жизнь!

– Да, господин!

– Сам не вступай больше ни в какие радиоконтакты с властями. Если они станут вызывать, отвечай односложно, грубо, с угрозами, а затем прерывай связь. Наши требования уже выполняются: переводы начали поступать на нужные счета и все прочее… Значит, никаких изменений в планы вносить не требуется, понял?!

– Да, мой господин! А русский?

– Он тебе мешает? Ха-ха! Замуровался сам, да еще «дружка» себе прихватил… Вот пусть и развлекаются! Недолго.

– Я все понял. Будет исполнено. Аллах акбар!

Ахмад Джебриль умел проигрывать. По крайней мере он сам так считал. Потому что, даже проигрывая, он оставался героем. Еще бы! Одинокий, плохо вооруженный и бедный палестинский борец за освобождение Родины, окруженный лишь горсткой преданных сподвижников, против громадной, превосходно отлаженной и экипированной армии израильских оккупантов! И наплевать, что в роли этих кровожадных злодеев подчас выступал малочисленный полувоенный патруль из возрастных добровольцев и вчерашних мальчишек-призывников. За их спинами стоял вооруженный агрессор, а он боролся с кривым ножом и самодельной базукой в руке. Герой!

Но сейчас-то все изменилось! Это он, Джебриль, стал мировым пугалом, до зубов вооруженным террористом, напавшим на беззащитное гражданское судно. А на его пути встал непонятно как оказавшийся там русский. В одиночку! И победил!!! Даже если теперь погибнет вместе с кораблем…

Пожалуй, с этим уже ничего нельзя поделать. Но можно спасти Имя. Его имя, Ахмада Джебриля. Как хорошо, что он не поторопился во всеуслышание взять на себя ответственность за чудовищный теракт! Что связывает лично его с трагедией на Балтике? Какие-то призрачные намеки на исламский след, известные разве что узкому кругу сотрудников спецслужб. В Ахаусе работали боевики РАФ, германские активисты «зеленых» внедрили в атомный Центр своего агента Дитриха Кляйна и организовали на воде демонстрацию протеста, во время которой заминировали корабли. Наконец, почти все террористы на борту оставшегося судна опять же европейцы. Почти. Значит…

Ахмад Джебриль сделал новый вызов по спутниковой связи:

– Слушай меня! Ожидай подхода судна через шесть часов. Дальше будет все, как мы планировали. Да-да, не надо повторяться! Появилось только одно небольшое, но чрезвычайно важное изменение: на остров Готланд ты должен вернуться без того человека, которого заберешь со взорванного корабля. Да-да, теперь ты все правильно понял с первого раза, молодец!

А что касается якобы выдвинутых германскому правительству требований, наплевать и забыть! Немцы ни за что не станут их афишировать, предпочитая выдать свои поспешные дипломатические потуги исключительно за собственную инициативу по урегулированию ближневосточных проблем.

Зато деньги… Их практически невозможно отследить. Из указанных властям банков они уже выведены, и даже начата их обналичка. Жаль, конечно, что из полной затребованной суммы успеют перевести чуть больше половины, но и это – достойная награда за неосуществленную операцию. Не надо быть жадным, чтобы не лишиться всего.

А главным организатором всего беспредела, конечно, выступит дорогой немецкий друг Карл. Правда, пока он этого еще не знает. Да и сам Джебриль еще не решил, в какой именно форме это произойдет. Вот об этом в самый раз сейчас продуктивно поразмышлять: приятно, неутомительно и с пользой для дела.

Боль в желудке окончательно утихла.

Москва, Лубянская площадь, ФСБ РФ

– Товарищ генерал! – в раздавшемся из динамика громкой связи голосе секретаря было недоумение. – Тут поступил вызов на разговор по Скайпу, но я не знаю среди ваших абонентов такого имени…