Тайна острова Солсбери - Сергей Зверев

Погрузившись в воду, он на несколько секунд теряет способность говорить, что заставляет меня всерьез усомниться в его пригодности к работе в таких условиях.

– Сейчас… Сейчас, Женя… Я немного привыкну… – наконец слышится его голос.

– Окунись с головой и энергично подвигайся, – советую я.

Он исчезает под водой, спустя несколько секунд шумно появляется на поверхности и быстро проплывает по кругу вдоль бетонных стен.

– Легче стало?

– Да, вроде уже не так холодно, – улыбается он.

– Зажми зубами шланг и попробуй подышать на поверхности.

Он послушно исполняет приказ.

– Теперь опусти голову в воду – неглубоко, сантиметров на тридцать, и продолжай дышать.

С минуту Даниэль находится под водой. Сначала воздух на поверхности пузырится слишком интенсивно, парень волнуется, отчего дышит неравномерно и часто.

Вытащив его на поверхность, спокойным голосом подбадриваю:

– Молодец, все нормально. Ты ничем не хуже других новичков в дайвинге.

– Женя, есть одна проблема: мне не хватает воздуха. Можешь подбавить?

– Могу, но так он быстрее закончится в баллоне.

– Что же делать?

– Успокоиться и дышать ровнее. Представь, что ты в своем родном соленом озере. Черт… забыл, как оно называлось.

– Суапэн.

– Точно, Суапэн. Давай на второй заход и нырни глубже – на пару метров.

Уходим под воду вместе. Держусь рядом, наблюдаю за Даниэлем и контролирую каждое его движение.

Постепенно он осваивается и даже подает какие-то знаки.

Кстати, надо обучить его нашему языку, показать и объяснить значение самых необходимых жестов. Пригодится.

* * *

Время первого практического занятия я ограничил десятью минутами. Вряд ли организм Даниэля был приспособлен к таким экстремальным условиям, и я решил не рисковать.

Покинув воду, мы отмываемся в теплом душе и перемещаемся в столовую комнату.

Вынув бутылку спирта, оставленную для меня комендантом, наливаю в кружки по глотку. Унюхав запах крепчайшего алкоголя, приятель веселеет.

– Ты неплохо здесь устроился! – восклицает он. – А закуска есть?

– Только вчерашний хлеб, – двигаю тарелку с черствыми корками.

Негр опрокидывает в себя спирт, занюхивает хлебом и тянется к сигаретам.

Я невольно смеюсь:

– Дружище, ты совсем обрусел на этой шахте. На родине пробовал чистый спирт?

– Нет, что ты! Там мы пили вино или пиво. Спирт и самогон я впервые попробовал в России.

– Да, с крепким алкоголем в нашей стране полный порядок. Кстати, пока занимаешься дайвингом, советую поменьше курить – эти вещи плохо совместимы.

– Хорошо, буду дымить по вечерам.

– Согрелся?

– Вполне.

– Тогда туши сигарету и пошли, попробуем тебя на глубине.

Снова натягиваем костюмы, берем маски, ласты, фонари и выходим из бытовки. По пути к размывочной площадке показываю Даниэлю несколько жестов для общения под водой и объясняю их значение.

* * *

Прибывая, вода все ближе подходит к горизонту размывочной площадки, на которой трудятся парни в прорезиненных робах. Решаю совместить второе практическое занятие с очисткой протоки.

– Вот что, Даниэль, – инструктирую перед погружением, – сейчас мы опустимся до дна и включим фонари. Ты немного освоишься, после чего я залезу в протоку, а ты останешься у ее горловины.

– Хочешь начать работу?

– Да, я буду подтаскивать из протоки к горловине куски породы, а ты займешься их погрузкой в корзину. Идет?

– Попробую.

– Если почувствуешь на глубине дискомфорт, потихоньку всплывай на поверхность. И запомни главное: глубина не терпит суеты, необдуманных действий и паники.

Следуя моему совету, Даниэль сразу прыгнул в подстволок, продышался, стиснул зубами шланг и ушел под воду. Я последовал за ним.

Медленно опускаясь ко дну, мы включаем источники света. Веду напарника к горловине и постоянно поглядываю в его сторону; как ни крути, а натаскивать новичка в подобных условиях мне приходится впервые. Пока он держится молодцом. Посмотрим, что будет дальше…

Мы у дна. Впереди на фоне светло-серого бетона темнеет входная горловина. Течение по-прежнему слабое. Временами мне кажется, что его нет совсем.

Жестом спрашиваю у напарника:

«Ты как?»

«Порядок», – отвечает он.

«Жди здесь. Я пошел».

«Удачи…»

Захожу в протоку, преодолеваю расчищенный участок.

Обычно, работая здесь, я не очень спешу, экономя силы. Сейчас приходится все делать быстро, ибо страшновато надолго оставлять Даниэля в одиночестве.

Расчищенный мной участок достиг длины более сотни метров. Но этого все равно мало – течение слишком слабо, а впереди, если Даниэль не ошибается, остается двести или триста метров забитой кишки. «Не успеть, – размышляю, выдергивая камни. – Даже вдвоем не успеть…»

Набрав полные руки обломков, плыву назад, освещая путь прицепленным на лоб фонарем. У выходной горловины встречает Даниэль. Кажется, с ним все в порядке.

Сгрузив камни на дно, спрашиваю:

«Ты как?»

«Норма!» – показывает он.

«Загружай в корзину. Я на вторую ходку…»

* * *

Опасаясь застудить непривычного к ледяной воде Даниэля, я ограничился двумя ходками в протоку. Собранных мной камней едва хватило на одну корзину, но это было лишь началом совместной работы.

– Сейчас хорошенько погреемся и нырнем в третий раз, – посвящаю напарника в рабочие планы и подаю Вениамину тяжелую корзину.

Он принимает ее прямо с площадки, так как поверхность воды не доходит до края всего сантиметров на двадцать.

– А что потом? – спрашивает Даниэль.

– Пообедаем и опять сюда…

Мы намереваемся подняться по лесенке, и в этот момент на размывочной площадке появляется группа людей в белых одеждах. Начальство сопровождает немыслимое количество охранников – человек пятнадцать или двадцать.

Позабыв о холоде и намерении поскорее покинуть воду, мы с Даниэлем плаваем на поверхности и изумленно глядим на гостей…

Впереди шествует исполнительный директор. Кажется, директора зовут Анатолий Вадимович. Да-да, Анатолий Вадимович Гаврилов.

За ним, приотстав на почтительные полшага, идут три человека в таких же белых комбинезонах и касках. Ранее я встречал только одного – главного инженера шахты.